Любовь дьявола - Джулия Лэндон

– Ты правильно поступил, Майкл, – осторожно заметил Сэм.

– Сомневаюсь, – ответил тот. – Но для нее это важно.

– Возможно, тебе интересно будет узнать, что я не слы­шал ни единого худого слова о Дарфилдах, все вам сочувствуют, а Рутье считают негодяем.

Майкл искоса взглянул на Сэма.

– Это правда? – спросил он со слабой надеждой в голосе,

– Разумеется.

– Они и прежде знали, как обстоит дело»-не так ли? – усмехнулся Майкл и опустился в кресло. На минуту воцари­лось молчание.

– Как Абби? – поинтересовался Сэм. Майкл безнадежно пожал плечами.

– Физически? Совершенно здорова. Эмоционально? Держится отчужденно. Бежит от меня как от чумы. Считает, что я живу по правилам двойной морали.

Сэм лукаво улыбнулся Майклу, который невидящими гла­зами смотрел в пространство.

– Подожди еще немного. Ведь Абби тебя любит, я в этом совершенно уверен. Надо набраться терпения. – Майкл фыркнул.

– Боюсь, придется ждать всю оставшуюся жизнь. Уитерз сказал, что Абби пошла к развалинам замка. Там Гэлен и нашел ее. Она стояла на груде щебня, остатках башни. Он остановил коня и помахал Абби рукой. Она. не ответила на приветствие, сурово посмотрела на него и нахмурилась. Зато хромой пес, дремавший на солнце, проснулся и радостно зако­вылял к Гэлену, Гэлен спешился и погладил его. Затем выпря­мился, заслонился от солнца рукой в перчатке и посмотрел на Абби. …..

– Там опасно стоять! – крикнул он.

Абби повернулась к нему спиной. Гэлен с трудом пробрал­ся между камней.и остановился возле груды щебня,

– Я знаю, ты не желаешь со мной разговаривать; но прр-шу тебя, спустись вниз. Если упадешь…

– Ну и пусть упаду – крикнула она. – Тебе не подходит роль жертвы, – упрекнул ее Гэлен.

– Не смейте читать мне лекции, сэр, – холодно ответила Абби, но все же стала спускаться, с холма.

Гэлен смотрел, с каким трудом она выбирает дорогу, и поднялся ей навстречу, когда осталось несколько футов. Абби, не замечая протянутой ей руки, спрыгнула на землю. Отряхну­ла ладони, поправила свою уродливую шляпу и нако­нец взглянула на него. – Как ты здесь оказался? Неужели Дарфилд позволил тебе прийти? – ледяным тоном спросила она. – Или он об этом не знает?.

Гэлен завел руки за спину и нахмурился.

– Знает, малышка. Я пришел просить у тебя прощения.

– Видимо, ты, как и Дарфилд, считаешь, что я должна присесть в реверансе и сказать, что все забыто? – Ничего ты не должна. Выслушай меня хскея бы, черт побери!

Абби равнодушно пожала плечами и пошла в ту сторону, где некогда находился внутренний двор замка.

Гэлен зашагал рядом с ней.

– Я понимаю, как трудно осознать случившееся, но я не хотел причинить тебе боль.

Абби презрительно рассмеялась.

– Неужели? Ты думал, я обрадуюсь твоему предательству?

– Абби, я не надеюсь, что ты меня поймешь, потому что сам себя не понимаю. Но я не миг уехать, не сказав тебе, как горько сожалею о своем поступке. Никогда себе этого не прощу,

Абби шмыгнула носом и тяжело опустилась на груду кам­ней, которые некогда были скамьей. Она чувствовала, что Гэ­лен не лукавит, что слова его идут от самого сердца.

– Ох, Гэлен, – наконец грустно вздохнула она. – Я и в самом деле тебя не понимаю, но не желаю тебе зла.

Гэлен сел рядом с ней. – Ты очень добра, Абби, я этого не заслужил. Но я чув­ствую, что дело не только во мне.

Абби кивнула и опустила глаза.

– Тебе, конечно, не следовало так поступать, Но все рав-, но он заподозрил бы меня во лжи. Он сидел нас под деревом в тот день, и я сказала ему, что ты бывший матрос и знаешь Уитерза. Из этого он сделал вывод, что я лгала ему во всем.

– Понимаю. Это несправедливо с его стороны.

– Ужасно несправедливо.

– Да, но у него не было выбора, – мягко произнес Гэлен, Аб&и озадаченно посмотрела на него.

– Он должен был мне верить, Гэлен. Я ни разу не дала ему повода усомниться во мне.

– Поставь себя на его место, Абби. – Щеки ее порозове­ли от смущения, и она отвернулась. – В чем-то, конечно, ты права. Но не во всем. Ведь ты не сказала ему всей правды. А если еще учесть всю эту постыдную историю с фальшивым за­вещанием, неудивительно, что он в тебе усомнился.

По некотором размышлении она сказала;

– Допустим, в твоих доводах есть логика. Но он не имел правэ обвинять меня во лжи. Тем более что сам вел себя нечест­но. Скрыл от меня, что кукла, которую ты привез, подделка. Об­винял меня в измене, а сам ездил к любовнице. Как после этого я могу верить в его любовь, о которой он без конца твердит?

Гэлен рассмеялся. Майкл, безусловна, любит Абби. Он от нее просто без ума.

– Извини, малышка, но твой муж от страха тебя потерять не может связать двух слов и мечется по библиотеке, как зверь в клетке, высматривая тебя в окно. А под глазами у него тем­ные круги, наверняка не спит по ночам, о тебе мечтает.

Абби поднялась и медленно подошла к развалинам крепост­ной стены. Гэлен последовал за ней и остановился у нее за спиной.

– Лорд Хант рассказывал мне, как Майкл прижимал к себе твое бесчувственное тело, как проводил ночи у твоей по­стели и горячо молился о твоем выздоровлении. Готов покля­сться, так не ведет себя тот, кто приносит ложные клятвы любви. Что до его любовницы, думаю, в высшем обществе связи на стороне являются нормой. Уверен, лорд Дарфилд никогда не вернется к своей бывшей пассии. Абби застыла.

– Почему ты так в этом уверен? – тихо спросила она.

– Готов поклясться, что Дарфилд отдал бы за тебя свою жизнь. Он влил бы в тебя собственное здоровье, если бы мог. По словам Сэма, Майкл достал бы с неба луну и погасил солн­це, если бы это помогло вернуть тебя к жизни. Он безумно лю­бит тебя, Абби. При мысли, что ты можешь оставить его, умирает от страха. Зачем же ему любовница? Мужчины могут меняться.. Я, например, изменился, прими это к сведению.

Абби через плечо бросила взгляд на Гэлена. – Прости его. малышка. Прости, как простила ченя. Он заслуживает прощения гораздо больше, чем я, и клянусь тебе, гораздо больше достоин твоего уважения.

Абби повернулась к нему, а Гэлен обнял ее и крепко при­жал к себе. Потом чмокнул в макушку и отпустил.

– Я сказал то, что хотел. Мне разрешено писать тебе, ма­лышка. Я уезжаю в Вест-Индию и сообщу тебе, когда получу должность – настоящую должность. – Гэлен улыбнулся, неж­но коснулся ее подбородка, повернулся и ушел, оставив Абби у старой каменной стены.

Садясь на лошадь, Гэлен поразился тому, как дрожат у него руки. Его преступление оказалось намного страшнее, чем он себе представлял. Это он виноват в том, что два любящих существа перестали верить друг другу. И в этом ему предстоит раскаиваться до самой смерти.