Лучший друг моего парня 2 - Мария Манич

Дядя произвел на меня впечатление, показался веселым мужчиной, его жена приятной женщиной, которая обещала научить меня готовить, а их дочери заставили меня завести ТикТок и лайкать все их танцевальные видео.

Я счастлива… и в то же время нет. Мне не хватает огромного куска для того, чтобы заполнить этот пазл и сделать его идеально ровным и гладким. Без изъяна.

Мне не хватает Мирона рядом.

Боже… как же я по нему скучаю. Никогда не думала, что стану настолько зависима от другого человека.

— Ангелина, ты уже нашла ошибку в коде, который скинул Денис Олегович? — рядом со мной останавливается Вовчик, тощий высоченный парень с очками в роговой оправе.

Он внимательно смотрит на меня сверху вниз, сквозь свои очки.

— Подержи. — Пихаю в его ничем не занятые руки свою сумку и надеваю куртку. — Отдавай.

— Я могу донести, мне не сложно.

— Не нужно, — произношу с нажимом и забираю свои вещи.

Вовчик, кажется, ничуть не обижается и продолжает шагать рядом, даже когда мы выходим на улицу. Рассказывает, что он нашел три ошибки в заданном коде и хотел бы сравнить с моими результатами. Больше никто в группе пока не сделал поставленную задачу. И я их понимаю: впереди выходные, а задание мы получили только вчера.

— Вов, я гляну и скину тебе в чат. Если честно, я еще не до конца прочитала код.

Потому что была занята сериалом про любовь в кринолинах на берегу Тихого океана.

— Ладно. До метро проводить? — поправив очки, спрашивает Вовчик. — Темно уже.

— Я провожу, — раздается за моей спиной стальной голос Мирона.

И все мои рецепторы взрываются. Кричат о его близости и потребности к нему прикоснуться.

Стремительно оборачиваюсь, так что волосы, взметнувшись, бьют по лицу. Забываю о сумке на плече, о мнущемся рядом одногруппнике, об усталости и недосыпе.

Все, о чем я могу думать, — Мирон здесь. Из плоти и крови. Не телефонный звонок, не набор букв на экране мобильника. А он сам… протяни руку — и…

Мирон улыбается знакомой порочной ухмылкой и широко разводит руки в стороны:

— Иди ко мне, — читаю по его губам.

И срываюсь с места.

Нас разделяло всего несколько шагов, но я влетаю в его раскрытые объятия, успев развить сверхскорость.

— Полегче, НеАнгел. — Мирон, пошатнувшись, крепко прижимает меня к себе.

На нем расстегнутая кожаная куртка и отсутствует шапка. На правой щеке тонкий шрам, который его совсем не портит. Осторожно касаюсь его кончиками пальцев и выдыхаю:

— Ты…

— Я. А это что за хмырь?

Непонимающе свожу брови.

— Ты про кого?

Мирон нетерпеливо ведет подбородком мне за спину, при этом неотрывно смотрит мне в глаза.

— Это Вова. Мой одногруппник.

— Яйца к тебе подкатывает? Оторвать их?

— Мирон Гейден, — произношу медленно, нараспев, — ты что, ревнуешь меня к ботанику?

— Да хоть к палеонтологу… Я пиздец как соскучился.

Не знаю, кто из нас целует первым. Мы тянемся друг к другу одновременно и сталкиваемся на полпути. Впечатываемся в губы друг друга и замираем. Переводим дыхание.

Размыкаем поцелуй лишь для того, чтобы разбиться друг о друга снова.

У меня жжет глаза и, кажется, сейчас случится истерика от такой долгожданной близости с любимым. Обнимаю сильнее, и его руки на моей талии тоже напрягаются. Сдавливают до хруста в костях и моего тихого писка.

— Ты меня раздавишь… — шепчу в миллиметре от любимых губ.

Я еще не нацеловалась, хочу еще. Тянусь за добавкой, и Мирон дает мне ее. Ласкает языком мой рот, доводя до исступления. Пальчики на ногах поджимаются. Я даже через несколько слоев одежды, разделяющих наши тела, чувствую, как Мирон возбужден. Я тоже его хочу.

— Поехали на квартиру, —говорит Гейден, заглядывая мне в глаза.

Киваю.

Его черный «кайен» припаркован недалеко. В салоне тепло и пахнет хвойным деревом. В навигатор уже забит мой адрес, ведь Мирон сам снял мне квартиру в двух станциях от университета. И я приняла его помощь, потому что сдалась.

Деньги Соколовых мы отправили Валентине Головиной анонимно. У меня оставалось совсем немного средств к существованию, и я планировала найти где-нибудь подработку, но Гейден в первом же своем звонке попросил этого не делать. Просто учиться. Как обычной студентке. Не думать о деньгах. И он сделал все, для того чтобы я не ощутила в них недостатка.

Я не видела Мирона полтора месяца и не могу оторвать взгляда от его острых скул, темных ресниц, тонких губ, которые пару минут назад терзала поцелуями. Смотрю и смотрю, как завороженная, пока он выкручивает руль и машина выезжает на проспект.

— Что? — спрашивает с легкой улыбкой, повернув голову в мою сторону.

— Я тоже скучала и не верю, что ты здесь. Ты правда реальный?

— Но я здесь, НеАнгел. Уж поверь. И сейчас наглядно покажу тебе, как скучал я.

От подтекста его слов сладкий спазм сжимает мышцы между ног.

— Почему не позвонил? Я ждала.

— Хотел сделать сюрприз. Удалось? — смотрит пристально.

Мое сердце разрывается на атомы, барабаня о ребра.

— Еще как.

Мирон кладет руку мне на бедро и нетерпеливо сжимает. Поглаживает. Двигается выше, пока не упирается в ширинку моих джинсов.

— Все нормально? — спрашивает хрипловато.

— Лучше, чем ты можешь себе представить.

Чуть расставляю ноги, чтобы ему было удобнее меня ласкать. И рука Мирона тут же ложится на мою промежность. Надавливает сильнее.

С губ срывается тихий стон. Я настолько чувствительна и голодна, что, кажется, могу кончить от одного лишь этого петтинга в машине. Окна тонированные, и я не боюсь, что нас кто-то может спалить. Да и когда нас это волновало?

До квартиры добираемся минут за двадцать. Распаленные и возбужденные.

Мы почти не разговариваем, постоянно целуемся. Не можем надышаться друг другом. Дорвались.

Я чувствую потребность Мирона во мне. Он жадно целует и кусает мою шею. Вжимается твердыми бедрами в мои и срывает стон за стоном с моих губ.

В прихожей, побросав куртки на пол, трогаем друг друга везде, куда можем дотянуться, ни на секунду не останавливаем прикосновения.

Мирон толкает меня к стене и расстегивает пуговицу на моих джинсах, тянет к себе ближе за