Ведьма в аренду - Алёна Сокол

— Непременно, — ухмыльнулся Эдгар и действительно прикрыл за собой дверь.

Тепло от мыслей об Элис вмиг сменилось бушующим пламенем в груди. И этому пламени нужна была жертва. Желательно черноволосая и наглая, падкая до чужого рыжеволосого счастья.

***

Едва солнце явило себя миру, порозовив крыши столичных домов, отряд рыцарей в сопровождении королевских солдат, выделенных Его Величеством Эдгаром, покинул Мирин. Воздух еще хранил свежее дыхание ночи, а на зеленой траве сверкали алмазные капли росы.

Лион задумчиво рассматривал едущих впереди рыцарей и их свиту: воины выглядели немного вялыми, то и дело проглатывая сонные зевки. Признаться честно, сегодня и сам он не отказался бы от теплой постели и денечка праздного безделья. Раны ныли и чесались, а от мысли, что еще несколько часов придется провести в седле, хотелось застонать.

Однако Лион не мог позволить себе потерять лицо — слишком много глаз продолжало неотрывно следить за каждым его движением, даром, что гудящая толпа осталась за стенами города. Безусловно, Первый меч Корнуэльса, уже однажды победивший монстра Ущелья, невольно стал символом и главным героем новой Королевской охоты, и даже рыцари смотрели на него с уважением.

Именно поэтому даже раннее отправление не спасло от ненужного внимания: несмотря на предрассветный час, горожане высыпали на улицы, чтобы проводить лучших из лучших, пожелать удачи в смертельном сражении. Шум возбужденной толпы смешался с цокотом лошадиных копыт и скрипом телег и здорово нервировал. Лишь когда они выехали на проселочную дорогу, уходящую к скалистым уступам Ущелья, Лион вздохнул с облегчением.

Теперь можно было не торопясь обдумать, что он скажет Элис, когда они встретятся: Ущелье находилось на значительном отдалении от людских поселений, и дорога обещала быть долгой. В середине пути к ним должна была примкнуть еще одна группа добровольцев, а участники из приграничных городов, такие как Элис и Зэн, намеревались дожидаться остальных на защищенном перевале у самого Ущелья.

По расчетам Лиона, они успевали начать охоту вовремя: монстры никогда не выходили сразу, предпочитая день-другой набираться сил у разлома, из которого появились, чтобы адаптироваться к новому для себя миру. Дозорные смогли рассмотреть чудовище лишь прошлой ночью, значит, оно еще никому не успело навредить. Однако намеренно медлить не следовало — всегда оставалась вероятность, что новый монстр отличается от всех предыдущих и способен проявить неожиданную прыть.

Причины появления чудовищ по-прежнему оставались загадкой. Одно не вызывало сомнений: монстра следует уничтожить прежде, чем он выйдет из Ущелья, иначе непременно пострадают люди.

Одна мысль не давала Лиону покоя: как же так вышло, что разлом открылся именно сейчас, когда само существование Башни оказалось под угрозой? Не похоже на совпадение, а значит, велика вероятность, что и к появлению прежних монстров приложили руку инквизиторы Башни.

Когда вторая группа рыцарей присоединилась к основной процессии, Лион мысленно вздохнул с облегчением: еще немного, и они доберутся до Ущелья. Останется лишь разделаться с монстром, позаботиться о безопасности Элис и вернуться во дворец, куда совсем скоро прибудут союзники со всех концов Корнуэльса. Отец тоже будет среди них — в этом Лион не сомневался.

Солнце добралось до высшей точки и теперь нещадно нагревало рыцарские доспехи, заставляя их обладателей обливаться потом. До защищенного перевала, где планировался привал, чтобы рыцари и солдаты смогли передохнуть и набраться сил перед охотой, оставалось несколько километров, когда идущие впереди воины заметно оживились. Лион подозвал к себе Регара, который держался поблизости на случай, если вдруг понадобится Лиону, и, склонившись к рыцарю, попросил:

— Узнай, что произошло.

Регар кивнул и пришпорил коня, направившись к голове процессии. Прошло всего несколько минут, когда он вернулся, приведя с собой одного из смотрителей дозорной башни.

— Их взволновало появление разведчика, Ваша Светлость, — отчитался командир и кивнул на спутника, одежда которого была покрыта плотным слоем дорожной пыли, а лоб взмок от непрерывной скачки. — Сразу привел его к вам.

Смотритель почтительно склонился, приветствуя Лиона, но уже в следующее мгновение ошарашил совершенно невообразимой новостью:

— Ваша Светлость, монстр вышел из Ущелья.

— Слишком рано, — нахмурился Лион.

Он надеялся, что прежде, чем они направятся на охоту, у них будет возможность восстановить силы после многочасового перехода. Вышло иначе, однако Лион не собирался поддаваться панике. Раньше начнут, раньше закончат, решил он и уже начал мысленно прикидывать, как лучше перегруппироваться, чтобы наверняка не пропустить монстра, когда гонец продолжил доклад:

— Он напал на перевал.

— На наш перевал? — еще не до конца осознав слова разведчика, переспросил Лион.

— Да, Ваша Светлость, — отозвался тот, не осмеливаясь поднять глаза. — От построек и камня не осталось.

— Там кто-то был? — Лион чувствовал, как по спине расползается липкий страх.

— Прибыло подкрепление с близлежащих земель, — подтвердил худшие опасения гонец. — Говорят, в живых никого не осталось.

— Элис… — выдохнул Лион, и перед глазами вспыхнули красные пятна. Она уже должна была прибыть к месту встречи. От которого, если верить словам посланника, ничего не осталось.

Забыв о необходимости сдерживаться, Лион дернул поводья и, вырвавшись из ровного строя, пришпорил лошадь, быстро оставляя позади других воинов.

«Она жива!» — билась в голове одна-единственная мысль. И только она не давала ему окончательно потерять ясность ума.

***

Элис стояла перед зеркалом в полный рост, опасливо рассматривая незнакомку напротив. Рыжие волосы были заплетены в два тугих жгута, грудь перетянута кожаным доспехом. Длинная юбка впереди заканчивалась сильно выше коленей, открывая стройные ноги в черных зауженных брюках, а высокие мягкие сапожки облегали голени, не стесняя движений.

— Богиня-воительница, не меньше, пошли уже! — Зэн стоял у двери, прислонившись плечом к откосу и скрестив руки на груди.

Сам он облачился в легкий доспех, а темные волосы собрал в надежный пучок на затылке. Широкую грудь пересекала лента с метательными ножами, а на поясе пристроилась изогнутая сабля. Глянув на отражение отступника, Элис опустила руку к собственному клинку, добытому в оружейной Ордена.

— Оставь его, говорю! Все равно не понадобится! — без особой надежды проговорил Зэн. — Только мать свою выбесишь! Она его любит.

— Больше, чем меня? — уточнила Элис, демонстративно поправив ножны.

— Да кто ж его знает, — отозвался Зэн. — Если так подумать, тебя она целую вечность в глаза не видела, а вот клинок верно служит ей уже много лет.

— Ты серьезно? — Элис обернулась к отступнику, рассматривая так, словно впервые увидела. — То есть, если бы тебе пришлось выбирать между любимым оружием и собственной дочерью, ты бы выбрал меч?

— Не меч, а саблю… И ты задаешь