Убийство Короля Нага - Джессика М. Батлер

Нет.

Уже не практически.

Она уткнулась лицом в подушку.

Боль внутри нее усилилась.

Она боролась с желанием оттолкнуть его. Он был, по крайней мере, похож на нага. И он был проклят или что-то в этом роде. Разве уместно, чтобы она испытывала к нему чувства? Какие-то романтические или сексуальные чувства?

— Если тебе это неприятно, — сказал он, его дыхание ласкало ее плечи и шею, — просто скажи мне.

Она снова вздрогнула. Это точно, восемь рас! Ему было хорошо с ней. Она прикусила губу, борясь с ноющим зудом, возникшим внутри нее.

— Рея, — мягко произнес он.

Будь он проклят. Еще одна дрожь прошла по ее телу.

Она уперлась ногами в толстую подушку и отстранилась от него.

— Да? — спросила она так ласково, как только могла.

— Что бы ни случилось, я найду способ уберечь тебя. Я знаю, что это не то же самое, что твой дом, и мне жаль, что ты не можешь вернуться.

Она повернулась. И тут же поняла, что это ставит ее в еще более интимное положение. Она закрыла глаза.

— Это не твоя вина, и я не твоя ответственность, Тенгрий. Я ценю это. Я ценю все, что ты сделал для моей безопасности. Я действительно ценю, но ты не можешь…

Его нос коснулся ее щеки. Он еще больше наклонил голову.

— Ты находишься в моем королевстве. Я намерен, чтобы ты покинула это место так же благополучно, как и вошла в него. И в целости и сохранности, насколько это возможно. И не только потому, что ты гостья.

Нет. Она была скорее захватчиком. Будущая убийца.

Уголки ее рта подернулись легкой улыбкой.

— Мы найдем решение, Тенгрий. Выход есть. — Она прижалась к нему, улегшись на бок.

— Да… — В его голосе не было уверенности. Он тоже опустил голову, его дыхание теперь шевелило ее волосы и ласкало шею. — Я мечтал обнять тебя в этих снах.

Она прикусила губу. У нее было такое же желание. Так много раз.

Он издал низкий рваный вздох.

— Мне очень жаль, Рея. Если бы я был другим, я знаю… Я надеялся, что туман и все, что исходит от Разлома, — это проклятие, а не болезнь. Ведь проклятия можно снять. Каким-то образом. Их можно обратить вспять. Хотя, возможно, и нет, если они не завершены. Не знаю. Раньше я считал, что Проклятие — это доказательство того, что мы можем справиться со всем, что эквивалентно болезни. Мы боролись с ним и победили его. Но этот… этот туман… — Он замолчал на несколько вдохов. — Он уничтожает людей так же, как, как я думал, Затмение уничтожает растения и биомы. Даже если мы остановим его — даже если мы найдем ответ — это может означать, что нам придется двигаться дальше. И… — он вздохнул. — Есть мужчины, женщины и дети, запертые в коме и пытающиеся выжить, а я… — Он наклонил голову вперед, коснувшись носом ее плеча. — Это не имеет значения. Что будет, то будет. После того как мы найдем ответы, нам останется только собирать осколки и надеяться, что их хватит на восстановление.

Она положила свою руку на его.

— Ответы есть. Все получится.

— Я бы хотел, чтобы у меня была возможность избавить тебя от всего этого и отправить обратно домой.

— Даже если бы ты мог, мне не будет безопаснее в другом месте. Этот туман будет распространяться и дальше… — Она провела рукой по его руке, теперь уже более решительно. — Я пришла сюда, чтобы найти способ спасти свою семью. И тебя. Я ничем не могу помочь Саланке дома. Или Тиеро. Но мы найдем способ. Должно быть решение.

Он усмехнулся, но тон его был более печальным.

— А что, если единственное решение ужасно, Солт-Свит?

— Тогда мы приспособимся. Мы найдем способ, чтобы все получилось. Планы и решения иногда приходится менять. Посмотри на меня… — Она пожала плечами, стараясь казаться более игривой в надежде заставить его улыбнуться. — Мой первый план состоял в том, чтобы убить короля нага, которым, судя по всему, являешься ты. И я не из тех, кто строит второстепенные планы. Я делаю наброски тушью. Но из-за тебя я сделала исключение и нашла другое решение.

— Меня все еще восхищает один элемент, в частности, — сказал он. Его рука переместилась к ее животу: — Ты пришла, чтобы спасти меня.

Она насмешливо хмыкнула, но внутренне сжалась, ощущая его пальцы и легкое давление когтей.

— Ты бы сделал то же самое для меня.

— То, что было между нами до этого, было больше, чем дружба, не так ли? Даже если мы не могли прикасаться друг к другу.

Она кивнула, все еще глядя на стену напротив них.

— Так не должно быть, — мягко сказал он. — Дискомфорт от продолжения формы был таким, что я не осознавал этого до конца, пока все не закончилось.

— Что именно я не понимал, пока все не закончилось?

Он прижался лицом к ее шее, крепче прижимая ее к себе.

— Я не жду, что ты будешь любить меня или хотеть меня. Особенно когда я такой, как сейчас. И это нормально, если ты так считаешь. Я чудовище, хочу я этого или нет. Это никогда не изменится. Ты дарила мне радость и утешение, и я всегда буду любить тебя, Рея. Что бы ни случилось.

Она повернулась к нему лицом и перевернувшись на другой бок.

— Тенгрий… — Дыхание перехватило в горле, когда она прижала руку к его щеке.

Полф, может, он и не спрашивал ее, но она должна была ему рассказать. Почему-то это было мучительно ясно.

— Тенгрий, я влюбилась в тебя, хотя не хотела этого и даже боялась, что ты не настоящий. Это были самые странные отношения за всю мою жизнь. И ты, выглядящий вот так, — да, это немного нервирует. Но это все равно ты. Я знаю, что ты хотел спросить меня о чем-то сегодня утром, и, кажется, я знаю, о чем. Ты хотел узнать, смогу ли я полюбить тебя таким. Я уже люблю. Ты говоришь, что я была твоей радостью и утешением. Ты был для меня тем же самым. Может, поэтому заклинание Саланки сработало. Киллот говорил, что нужно что-то дополнительное, чтобы связаться с кем-то в Отделенном или Отрезанном Мире, но мы нашли друг друга. А что, если это потому…

— Потому что ты моя Вескаро? Моя самая любимая среди всех миров? — Он обнял ее еще крепче. — Но это не значит, что ты должна принимать меня, когда я такой чудовищный. Как бы сильно я ни хотел