Запретная нота - Нелия Аларкон

— Ч…что…то есть…ты…по телефону…ты сказала, что что-то нашла. — Задыхаясь, говорит она.

— Это о «Благодарном проекте»? — Спрашиваю я, подходя к коробке, возле которой стоит Каденс. — У тебя есть компромат на Харриса?

— Можно и так сказать. — Говорит Кейди.

— Ладно… — Грейс пролистывает файлы. — Что это значит?

Я заглядываю ей через плечо, отодвигая её кудри, чтобы можно было заглянуть в документ. Похоже на пачку банковских выписок.

— На что я смотрю? — Спрашиваю я, поднимая взгляд, чтобы встретиться с Финном. — Это было в коробках, которые мы достали из потайного шкафа?

Мой брат кивает, выражение его лица напряжено.

— Я не понимаю. — Говорит Грейс. — Это не имеет никакого отношения к проекту «Благодарном проекте».

— Можно сказать, что это ещё хуже. — Рычит Датч.

— Хуже, чем группа взрослых мужчин, охотящихся на девочек-стипендиаток ради своего извращенного удовольствия? — Она с силой перебирает бумаги. — Я так не думаю.

— У нас нет никаких доказательств того, что Харрис был в этом замешан. — Замечает Финн.

Грейс отворачивается в сторону и смотрит на Финна, нахмурившись.

— Я знаю, что именно Харрис звонил Слоан той ночью.

— И это все доказательства, которые есть на него. — Говорит Финн, засовывая большой палец в книгу и придерживая страницу, как будто не хочет, чтобы этот разговор затянулся. — Но это, — он упирается острым подбородком в документы, которые разминает Грейс, — настоящая бомба.

— Бомба?

Она взвизгивает и поднимает документ на свет.

Мы оба снова смотрим на него.

— Кто такая Кассандра Харрис? — Грейс поджимает губы. — Её имя есть во всех этих счетах.

— Это бывшая жена директора Харриса. Она сменила фамилию на девичью после их развода, так что это, по сути, фиктивный счёт. За исключением того, что на него поступают огромные депозиты. — Кейди постукивает пальцем по папке. Бриллиантовое кольцо на её руке почти ослепляет меня. — Угадайте, от кого?

— Доноры «Благодарного проекта»? — Серьёзно спросила Грейс.

Улыбка Кейди опускается.

— Не совсем…

— Мы обзвонили всех. — Объясняет Сол. — И задали несколько вопросов. Оказалось, что эти вклады принадлежат родителям одного из самых богатых ублюдков в Redwood Prep.

— Я сверился с приложением Джинкс. — Финн вскинул бровь. — Даты совпадают с кучей крупных скандалов, о которых она писала.

— Вы хотите сказать, что Харрис брал деньги у родителей, чтобы замять скандал?

— Не только это. Он также брал деньги со счёта строительных фондов и из кучи стипендиальных программ. — Добавляет Кейди. — Это объясняет, почему они так строго следят за количеством студентов-стипендиатов, которые могут посещать школу. — Она обменивается знающим взглядом с Солом. — Потому что кто-то должен получать деньги. И это не нуждающийся студент.

Грейс закрывает глаза, и по её лицу расползается медленная, почти маниакальная улыбка.

— Это не то, на что я надеялась, но…

— Но? — Нажимает Кейди.

Грейс ухмыляется.

— Я могу с этим работать.

ГЛАВА 51

ЗЕЙН

Вай возвращается домой с ночевки в доме своей лучшей подруги, мы убираем коробки и пытаемся вести себя как можно более нормально для неё.

К счастью, нормальным для нас является то, что мы оставляем девочек на произвол судьбы.

Вай снова уговаривает Грейс принять участие в её канале о макияже.

Я рад, когда слышу, что Грейс соглашается.

Когда мы разбирали коробки, мне стало ясно, насколько сильно это расследование завладело её жизнью. Ей нужен перерыв.

Отхожу на кухню и пытаюсь открыть бутылку пива. Одной рукой открутить пробку практически невозможно.

Я уже подумываю о том, чтобы взять нож и проковырять дырку в крышке, когда кто-то грубо выхватывает у меня бутылку. Я встречаю гневный взгляд Датча и наблюдаю, как он выбрасывает пиво и заменяет его водой.

— Тебе не следует пить вместе с лекарствами.

— Как скажешь. — Бормочу я.

Следом на кухню заходят Финн и Сол.

Финн в кои-то веки без книги и не читает на телефоне. Сол смотрит на меня так, как он начал смотреть после выхода из психушки. Как будто он находится на расстоянии одного травмирующего события от того, чтобы поджечь мир.

— Это запланированная встреча? — Я перевожу взгляд с одного сурового лица на другое. — Вы же не выгоните меня из группы?

Никто не смеётся.

Они вообще редко смеются.

Ну, раньше Сол смеялся.

До того, как он превратился в Джокера.

— В чем дело? — Нервно спрашиваю я, делая глоток.

— Ты не заметил ничего странного в тех счетах, которые мы сегодня нашли? — Начинает Датч.

— Нет. А должен был?

— Это были пустышки. — Тихо говорит Финн.

Мои брови поднимаются.

— Ни один из номеров не совпадает со студенческими билетами шестилетней давности. Квитанции подтверждают реальные мероприятия, которые проводила школа. Другими словами, мы не нашли в них ничего сомнительного.

Я ставлю свою воду на стойку. Улыбка исчезает.

Никто не говорит, но тишина на кухне стоит проклятая.

Поворачиваю голову, чтобы встретиться взглядом с Датчем. Глядя в его тёмные глаза, я читаю все, что не хочу знать.

— Это тупик, Зейн. Из этих коробок невозможно взять ничего, кроме улик о коррупции Харриса.

У меня замирает сердце и почти кружится голова.

— Вы хотите отказаться от расследования Грейс.

— У нас есть дела поважнее. — Говорит Датч. Его голос понижается. — Например, Холл.

— Он собирается собрать вещи и уехать из города. — Говорит Сол.

— Откуда ты это знаешь?

— Я следил за ним. — Нагло отвечает Сол.

Мои глаза сужаются.

Он поднимает обе руки.

— Я ничего ему не сделал. Просто наблюдал. Видел, как он собирает чемоданы и едет в свой дом у озера. Парень знает, что облажался, и он чёртовски напуган.

— Дело не только в Холле. — Ворчит Датч, положив руку на стойку и наклонившись к ней. — Если отец действительно баллотируется в губернаторы, значит, мы в более глубоком дерьме, чем я думал. Он не отступит, когда на кону такая большая власть.

— Папа никогда не получит место губернатора. — Я поднимаю подбородок, на моём лице появляется мрачная ухмылка. — И я заставлю Холла проливать кровь за то, что он сделал со мной. Это не вопрос.

— Нет, ты ничего не сделаешь. — Говорит Датч.

Выпрямляюсь и становлюсь лицом к лицу с братом.

— Хочешь поспорить?

Финн встает между нами. Ему не нужно ничего говорить, но мы знаем, что он надерёт нам задницы, если захочет.

Мы оба отступаем.

Сол смеётся.

— Нет, пусть себе