Просто совершенство - Мэри Бэлоу

– Прошу прощения, – добавил он, увидев, как одновременно округлились и глаза, и рот его собеседницы.

Широкими шагами выйдя из зала, он взлетел на второй этаж, прыгая через две ступеньки, постучал в комнату Порции, не дождался ответа и осторожно приотворил дверь. В комнате было темно, но даже при тусклом свете луны, заглядывающей в окно, он увидел, что Порция и вправду сбежала. Ее веши исчезли и с туалетного столика, и с тумбочки у постели. Шкаф с распахнутыми дверцами был пуст.

Глупая, мелькнуло в голове Джозефа, какая же она глупая! Этим побегом она навредила только самой себе. Теперь общество сочтет, что это она разорвала помолвку, чтобы сбежать с другим в Шотландию. Она превратится в парию, будет подвергнута остракизму. Подумать только, вход в общество закроется не для кого-нибудь, а для Порции – ревнительницы правил приличия, воплощенной благовоспитанности!

С Маклитом!

Может быть, еще не поздно броситься в погоню? Но они опережают его самое меньшее на час. И даже если он их настигнет, что дальше? Оба беглеца – взрослые люди. А если с Маклитом Порция будет по-своему счастлива? В конце концов, она выйдет за герцога сразу, ей не придется ждать, когда ему достанется титул. И вероятно, супруги поселятся в Шотландии, где на побеги и заключенные после них браки принято смотреть сквозь пальцы.

Но как же глупо поступила Порция, думал Джозеф, застывая у окна и глядя на темную лужайку. Она же могла просто расторгнуть помолвку, вернуться к родителям, а затем объявить о предстоящем замужестве с Маклитом. Джозеф и не подозревал, что она способна принимать опрометчивые и поспешные решения.

Значит, и ее есть за что любить.

Очевидно, письмо Клодии отправил Маклит. Впервые после вчерашнего возвращения в Элвесли Джозеф дал себе волю, позволил подумать о Клодии.

В свою свободу он еще не верил. Как знать, вдруг, спустившись в бальный зал, он застанет там Порцию, которая образумилась и вернулась в Элвесли, к нему?

Есть только один способ проверить это, заключил он.

Когда Чарли не явился к первому танцу, который Клодия обещала ему, она вздохнула с облегчением. Возобновления утреннего разговора она ждала с досадой и опасением. Но когда завершилось первое отделение танцев, ее охватила досада. Из-за обещания, данного Чарли, ей пришлось отказать джентльмену, с которым она познакомилась вчера на пикнике.

Стоять у стены и наблюдать, как танцуют все присутствующие моложе пятидесяти лет, было немного стыдно и унизительно. Скорее всего тот джентльмен подумал, что она солгала из нежелания танцевать с ним.

Чарли не следовало ставить ее в такое неловкое положение. Это невежливо – так Клодия и собиралась сказать ему, когда он появится. У нее мелькнула мысль, что он, возможно, наказывает ее за утренний разговор и нежелание выйти за него замуж. Но ведь она отказала ему после того, как он пригласил ее на первый танец.

Следующий танец, стремительный и жизнерадостный контрданс, она танцевала с графом Росторном, а затем направилась к Энн и Сиднему, но тут кто-то деликатно коснулся ее плеча. Оказалось, лакей принес записку. От Чарли? Или от Джозефа? Чарли так и не появился в бальном зале.

– Извините, – пробормотала Клодия, взглянув на собеседников, отошла в сторону, взломала печать и развернула письмо.

Его прислал Чарли. Клодия подавила легкое разочарование.

«Дражайшая Клодия, – писал он, – по-видимому, теперь мне предстоит страдать так, как ты мучилась восемнадцать лет назад. В то время я тоже страдал, хотя разорвал наши отношения сам, как делаешь ты сейчас. Это скверное ощущение – любить, но быть отвергнутым. Сегодня вечером я не стану ждать твоего ответа. Ты уже дала его, и я не намерен лишний раз досаждать тебе, вынуждая его повторить. Мисс Хант тоже несчастна. Она не без оснований полагает, что просто послужила пешкой в чужой игре. Сегодня мы с ней сумели утешиться и, вероятно, будем служить друг другу утешением и впредь. К тому времени как ты прочтешь это письмо, мы уже будем на пути в Шотландию, где сразу сочетаемся браком. Я убежден, что из мисс Хант получится достойная жена и герцогиня, а я буду ей преданным мужем. Желаю тебе всех благ, Клодия. Ты заменила мне сестру, которую я всегда мечтал иметь, друга, благодаря которому самые трудные годы моей жизни прошли счастливо, и могла бы стать любимой, если бы не вмешался рок. Прости, если сможешь, за то, что не выполнил обещание пригласить тебя на танец. Твой смиренный и покорный слуга Маклит (Чарли)».

Господи…

Клодия свернула листок по тем же сгибам.

Боже милостивый!..

– Что-нибудь случилось, Клодия? – Энн коснулась ее руки.

– Ничего, – улыбнулась она. – Чарли уехал. Сбежал вместе с мисс Хант.

И она помахала перед собой письмом, словно веером, не зная, что с ним делать.

– Полагаю, в маленькой столовой уже приготовили чай, – вмешался Сиднем, отнял у Клодии письмо и сунул его в карман. – Энн и Клодия, приглашаю вас на чашечку.

– Боже мой… – пробормотала Клодия. – Спасибо. Да, это будет кстати. Спасибо.

Сиднем предложил ей руку, Клодия оперлась на нее раньше, чем вспомнила, что второй руки у него нет и предложить Энн нечего. Она огляделась. Чарли в зале не было. Мисс Хант тоже.

Джозеф тоже исчез.

Знает ли он?..

Порции в зале не было, Маклита тоже.

Как и Клодии.

Кавалеры приглашали дам на следующий танец, старшей из двух дочерей викария не досталось партнера, но она смело улыбалась, стоя рядом с матерью и делая вид, что ей вовсе не скучно подпирать стену. Джозеф подошел к ним, поклонился матери и попросил позволения пригласить ее дочь потанцевать.

Когда Клодия вернулась в зал вместе с Энн и Сиднемом Батлером, Джозеф еще танцевал и шутками вызывал смех и улыбки у дочери викария. После окончания танца он вернул девушку под крыло матери и еще некоторое время любезничал с ними, а вокруг Клодии собрались Сюзанна и Уитлиф, Гвен, Лили и Невилл. По тому, как дружно все обернулись к приближающемуся Джозефу, он понял, что Лорен не только обрела дар речи, но и сообщила друзьям и родным о содержании письма.

– М-да, Джо!.. – Невилл похлопал его по плечу.

– Вот так вот, Нев. – Джозеф поклонился Клодии, она вежливо присела в реверансе. – Вижу, земля уже полнится слухами.

– Далеко не вся, – заверила его Гвен. – Лорен с Китом решили пока ничего не говорить графу и графине. Не стоит портить им праздник.

– А я и не собирался запрыгивать на помост для оркестра и делать публичное объявление, – заметил Джозеф.

– Бал чудесный, – улыбнулась Сюзанна. – А следующим будет вальс.

Уитлиф взял ее руку, положил к себе на сгиб локтя и накрыл ладонью.

– В таком случае пора занимать места, – сказал он.

Но никто не двинулся с места, включая и Уитлифов.