Мертвым можно всё - Евгения Соловьева

Она смахнула единственную предательскую слезинку, навернувшуюся на глаза, обозвала себя трусливой дурой и улыбнулась Витольсу.

– Не обижайтесь на лорда Бастельеро. Некроманты тоже все разные, как и обычные люди. Вот один мой друг был бы в полном восторге от вашего названия! И мне оно тоже нравится!

– Премного благодарен! – изящно поклонился Витольс, не отрываясь от готовки и лишь на мгновение повернувшись к Айлин. – Да я и не обижаюсь. Если боги обделили человека чувством смешного, ему можно лишь посочувствовать. Обычно именно некромантам оно и нравится. Был у меня как-то друг-некромант… Собственно, он его и придумал…

– А почему был? – спросила Айлин, радуясь возможности увести беседу подальше от лорда Бастельеро. – Вы перестали быть друзьями? Или… Ой, простите, я слишком навязчива!

– Ничего страшного, милое дитя, – улыбнулся Витольс. – Нет, мы просто расстались. Он уехал в столицу исполнять свою давнюю мечту и почему-то перестал мне писать, хотя обещал. Но я не обижаюсь. Люди так непостоянны.

– Это достойно сожаления, – посочувствовала Айлин, и ее снова уколола вина за ненаписанное магистру Роверстану и тетушке Элоизе письмо. – Надеюсь, с ним ничего не случилось. А что, если вам написать ему первым? В Академии знают всех магов столицы. Рано или поздно ему передадут ваше письмо.

– В самом деле? Жаль, что я не знал этого раньше, – вздохнул Витольс. – А теперь… да, слишком поздно, пожалуй. Никогда не тяните с такими вещами, милое дитя. Время имеет подлое свойство идти незаметно. О, да хватит вам возиться с котелками!

Айлин со вздохом отодвинула котелок и потянула к себе большую, потемневшую от времени поварешку. На фоне наконец-то заблестевших котелков – просто вызывающе темную.

«Это последняя!» – пообещала она себе, украдкой поглядывая на мастера Витольса – тот как раз в очередной раз попробовал суп, одобрительно кивнул, потянулся к коробочкам со специями, высыпал на ладонь крупные, круглые и ровные, как на подбор, зерна перца и принялся отсчитывать их по одному, отодвигая нужные пальцем.

Айлин невольно насторожилась: в учебнике нежитеведения одним из главнейших народных средств защиты от мороя или стригоя считались рассыпанные семена мака, якобы неизбежно привлекающие внимание нежити и отвлекающие ее от жертвы. Правда, в том же учебнике адептов призывали не надеяться на сомнительные народные средства, а сразу использовать магию, да и перец совсем не мак. Но все-таки…

Витольс поднял взгляд от ладони и с веселым любопытством взглянул на Айлин.

– Вы так внимательно на меня смотрите, милое дитя, словно никогда не видели, как готовят еду.

– Простите, мастер, – сконфуженно откликнулась Айлин. – Просто вы считаете.

– Считаю? – изумленно переспросил Витольс, бросив взгляд на черные зерна. – Ах, вы об этом! Милая моя, кулинария – это искусство, а использование специй – точная наука! Недоложишь – суп останется пресным. Переложишь – в рот не возьмешь! Право, мне порой кажется, что об этом не знают только некроманты. Ну-ну, не нужно так смущаться. Видите ли, мой друг Киран, тот самый некромант, что придумал название для моей таверны… К слову, вы, случайно, не родственники? Он такой же рыжий, как и вы, просто пожар! Хотя теперь, должно быть, уже седой…

Мастер Витольс вздохнул, и Айлин виновато покачала головой, невольно вспомнив мэтра Лоу – несомненно, рыжего, некроманта и Кирана. Но мастер Витольс, конечно, говорит не о нем – ведь мэтр Лоу умер целых шестьдесят… ой нет, уже шестьдесят пять лет назад, а мастер Витольс выглядит, самое большее, на сорок. Они никак не могли быть знакомы! Впрочем, Киран – не такое уж редкое имя, как и рыжие волосы.

– Жаль, – заключил Витольс. – Так вот, Киран тоже поначалу всегда удивлялся, что я считаю специи. Ну вот, стоило отвлечься – сбился! Простите, милая, кажется, мне придется пересчитать их снова!

Айлин кивнула, уже почти не слушая, что еще говорит любезный трактирщик – темный налет наконец поддался скребку, и старая поварешка заблестела серебром! Прямо как ступка, в которой мастер Витольс давил чеснок.

«Серебро на трактирной кухне? – поразилась Айлин. – Можно понять серебряные приборы в обеденном зале на случай, если в трактире остановятся дворяне вроде лорда Бастельеро, которые скорее останутся голодными, но не прикоснутся к деревянной ложке! Но на кухне, просто для готовки? Очень, очень странно! Может, они фамильные?.. Мастер Витольс ведь и правда не похож на простолюдина! Но дворянин-трактирщик? Невозможное неприличие!»

Бросив взгляд в окно, она увидела, что Аластор колет дрова уже в одиночестве, но так увлеченно, словно вместо обычного дерева перед ним вдруг оказалась целая гора демонов.

Она даже потрясла головой, пытаясь прогнать эту странную картину, а мастер Витольс, высыпав наконец сочтенный перец в котелок, тихонько хмыкнул.

– Приятно наблюдать подобное старание, не правда ли? Должен сказать, я впервые вижу, чтобы сила так полно возместила отсутствие умения!

Айлин тихонько прыснула, и тут дверь на кухню приоткрылась, впустив умильно улыбающегося Лучано.

– Мастер Витольс, – почтительно обратился он к трактирщику. – Мы вот-вот закончим с дровами. А пока нельзя ли попросить у вас немного молока?

– Вы голодны, – понимающе кивнул трактирщик. – Суп и жаркое пока не готовы, но могу предложить хлеб и холодное мясо.

– На обед мы пока не заработали, как утверждает мой друг, – беззаботно откликнулся итлиец. – От всей души благодарю, но возвращаться к дровам с полным желудком кажется не слишком разумным. Я говорил не о себе.

Мастер Витольс недоуменно нахмурился, скользнул по Лучано рассеянным и вместе с тем цепким взглядом, и его лицо прояснилось.

– Ах да, ваш зверек. Значит, молока? Что ж, придется немного подождать, пока не доварится суп. Или заменить меня у котла, пока я спущусь в погреб.

– Сочту за честь, – закивал Лучано, и Витольс, вручив ему ложку, вышел из кухни через вторую дверь, явно ведущую в кладовую.

Лу, посмотрев ему вслед и выждав несколько мгновений, наклонился над котелком и принюхался, зачерпнул ложкой гущи с самого дна котелка, осторожно попробовал и озадаченно нахмурился.

По спине Айлин пробежал холодок.

– Что там? – шепнула она. – Что-то опасное?

– Нет, – задумчиво откликнулся Лучано. – Суп выше всяких похвал. Как ведет себя Пушок?

Айлин торопливо заглянула под стол – Пушок улегся там сразу же, как они пришли на кухню, и совершенно не беспокоился. Вот и сейчас только хвостом вильнул.

– Спокойно, – призналась она.

– Вот и мне спокойно, – вздохнул итлиец. – Слишком уж спокойно для такого странного места. Ты заметила, что здесь ничем не пахнет, м?

– Не пахнет? – растерянно поразилась Айлин и потянула носом.

На ее взгляд, запахов на кухне было хоть отбавляй! Пахло крепким бульоном, чесноком, развешанными по стенам пучками мяты, тонко, но отчетливо слышался легкий аромат пряностей…

– Нет-нет, не на кухне, – торопливо поправился Лу. – Здесь множество запахов, и таких притягательных! Но вот в остальной траттории… я позволил себе немного по ней пройтись… Даже в самой пристойной траттории пахнут, к примеру, стены обеденного зала, а случается, что и столы. Пахнет камин, даже вычищенный. Я уже не говорю о комнатах! А здесь… здесь пахнет разве что пылью да немного сыростью. Ну и совсем немного – лавандой. А еще, – добавил он, – наш любезный хозяин не держит ни собаки, ни кошки. Странно, м?

– Странно, – прошептала Айлин.

Еще как странно! Правда, не все любят собак, но как же без кошки? Кто же