Обманутая - Рина Дейн

– Ты больной ублюдок, – прохрипела Олеся, смотря Эрику в глаза. Не думая ни секунды, она плюнула ему в лицо, за что получила еще одну пощечину.

– Если не перестанешь мне перечить, то я сделаю тебе больно. Или позволю другим делать тебе больно.

Не став с ней больше спорить, Эрик бросил ей полотенце, заставил привести себя в порядок и вышел из комнаты. Через пару минут в коридоре послышалась возня, и дверь в спальню снова открылась, но пришел уже не Эрик. Другой парень, среднего роста и далеко не спортивного телосложения. Он раздевался на глазах у Олеси, и та лишь молча плакала. Эрика она уже не звала. Пока.

Первый раз она снова закричала и позвала своего парня, когда незнакомец залез на кровать и потянул Олесю на себя. Она сопротивлялась, а того, кажется, это лишь забавляло. Он пару раз несильно ударил ее по бедрам, перевернул на живот, шептал ругательства. Одно за другим. Восславлял ее фигуру, а самой Олесе хотелось впервые за долгое время умереть.

– Эрик, пожалуйста, – просила Олеся, смотря на дверь. Она знала, что он стоял за ней. Видела тень на полу через тонкую щель. Но он не пришел к ней и снова не помог, хоть и был рядом. И не получал никакого удовольствия от происходящего. Презирал себя за то, что случилось, но изменить что-то уже было поздно. Его несколько дней растянулись на две недели. А потом он пойдет работать, и все закончится.

Пятьдесят четвертая глава

Олеся мысленно придумала прозвища всем своим клиентам. Их было пять. И каждый из них приходил к ней два раза в неделю. Лишь в выходные Олеся была свободна, но из кровати снова не вылезала. Только однажды Эрику удалось вытащить ее на улицу и провести там около часа. Олеся чувствовала себя разбитой, но с каждым днем сопротивляться было все сложнее.

Сильнее остальных она ненавидела и боялась «изверга». Он любил причинять ей боль. Платил больше остальных, а потом делал все, что позволяли ему его деньги. Эрик молчал, но Олесе казалось, что тот был не рад этому мужчине не меньше самой Олеси. Но деньги были заплачены. Было поздно.

Был еще просто мужчина, который был Олесе слишком знакомым на лицо, но она никак не могла вспомнить, где его видела. Им оказался Людочкин жених, о котором она рассказывала. Олеся видела его фотографию один раз, но все же вспомнила. Олеся ничего ему не говорила, только слушала парня. А тот любил поговорить, но после самого главного, которое проходило быстро. Это тоже радовало Олесю. Завернувшись в одеяло, она сидела на краю кровати, слушала мужчину, а тот говорил. О работе, о девушке-официантке, с которой ходил на свидания и собирался начать отношения с ней. Говорил обо всем, а Олеся думала лишь о том, есть ли шанс выбраться из квартиры.

Вчера, перед тем как пришел «изверг», как его про себя называла Олеся, она впервые сама заговорила с Эриком.

– Я не хочу больше боли. Пожалуйста, – она говорила тихо и едва слышно, но Эрик все услышал. Поднялся с дивана и подошел к Олесе, присел на кровать рядом с ней и взглянул в ее глаза. Такие же карамельные, как и прежде. Только они уже не светились от счастья, как недавно.

– Тогда ее не будет. Ты так и скажи, – произнес он, наклонив голову. – Будешь вести себя хорошо? Слушаться меня во всем?

Закрыв глаза и заплакав, Олеся кивнула. Ничего не говоря и ожидая ответа, Эрик вытянул руку и аккуратно вытер слезы с ее щек. Терпеливо ждал, когда Олеся успокоится. Не торопил ее.

Олеся снова кивнула, смотря на Эрика перед собой. На того, кто заботливо вытирал слезы с ее лица, на того, кто сам все это начал.

– Тогда все будет хорошо, – прошептал он, слегка улыбнувшись. – Отдыхай. Сегодня никто не придет.

Олеся не отползла от него, хотя очень хотелось. Она снова почувствовала исходящий от него такой забытый, но любимый цветочный аромат. Такого Эрика она не боялась. С таким она хотела оставаться рядом всегда, даже несмотря на тайны, которые он хранил от нее.

Как Эрик и обещал, в тот вечер никто к ним не пришел. И на следующий день «изверга», того самого первого и ненавистного мужчины, больше не было.

План побега из злополучной квартиры пришел сам. Во сне. Проснувшись глубокой ночью в объятиях Эрика, Олеся побежала сначала в ванную: ей снова резко стало плохо, а потом, вернувшись в кровать, осознала, что все просто. Ей лишь нужно попросить. На свой страх и риск она выбрала нужного человека. «Он» мог ей помочь.

Когда «он» пришел, Олеся уже была готова. За окном снова похолодало. Голова была забита тем, как выбраться из квартиры и как убедить помочь ей того, кому она была не нужна.

Пятьдесят пятая глава

Всю ночь Олесю мучили сны, яркие и настолько реалистичные, что проснуться она не могла. В каждом сне был Эрик. Бо´льшую часть событий она знала, ведь это все случалось с ними раньше до всего произошедшего. Но были моменты, которые Олеся не помнила, но остро ощущала их правдивость.

Например, она видела себя на сцене. В серебряном платье с открытой спиной, чувствовала чужие руки на теле и ощущала на себе взгляд из зала. Он был там, среди десятка гостей, Олеся это точно знала и во сне пыталась его найти, но ничего не получалось.

Олеся принимала во сне цветы. Те самые белоснежные букеты, как на фотографии, которую показывал Эрик. Только эти букеты были немного меньше, но цветы такие же. Это были его цветы. Олеся это знала.

Олеся видела себя и его на парковке. Они разговаривали, теперь в ее руках снова был букет цветов, а сама Олеся стояла у небольшого автомобиля. Она нервничала, смотрела на Эрика, который тоже был взвинчен, но старался оставаться спокойным.

– Может, мы не очень хорошо знакомы, – начал Эрик, подбирая слова. – Но я очень много о тебе знаю. Я слышал, что твои отношения недавно закончились не на очень хорошей ноте… он никогда тебя не понимал. Я обещаю быть лучше, я знаю, как вести себя с девушкой. С такой девушкой, как ты. И я уже очень давно люблю тебя и хочу, чтоб ты это