Сахарный дворец - Розалинда Лейкер

Во дворце он был не одинок. Вместе с ним жили его любимая молодая жена Луиза и их сын. Она француженка, хотя родилась в Англии, так как ее родители были эмигрантами. Когда для Софи наступило время сдержать свое обещание, Антуан обнял ее с любовью. Он снова и снова хотел благодарить ее, но она тихо приложила палец к его губам:

— Ты мой любимый сын, и я все сделаю для тебя.

— Приезжайте к нам почаще вместе с Томом. Мы с Луизой хотим быть как можно ближе к вам.

— Так и будет, мой дорогой, — произнесла Софи с дрожью в голосе. — Миссис Фицхерберт навестит тебя, когда будет в Париже. Она ценит твою дружбу.

— Я никогда не забуду, как она дала мне убежище, когда это было так нужно.

Антуан также поддерживал связь с Джами, который жил за границей и вел светскую жизнь. Миссис Фицхерберт удочерила Мэри-Энн, и та находилась под ее опекой.

Том поинтересовался у Софи:

— Ты уже придумала фигуру, которую приготовишь на праздник?

— Да! — Софи очнулась от своих мыслей, ее глаза засверкали, и она вскочила на ноги. — Мне не нужно долго думать! Это будет королевский дворец из лучшего сахара!

В праздничный день Софи приехала во дворец нарядная, хотя собиралась находиться на кухне. Она выбрала лазурно-голубое платье с серебряной вышивкой, сшитое по последней моде. Так как она была гостьей короля еще с тех времен, когда он был принцем, этикет требовал, чтобы Софи подъезжала к главному входу.

Ослепленная роскошью холла, Софи прошла в распахнутые двойные двери, ведущие в великолепные комнаты.

Миновав коридор, она свернула к кухне. Софи увидела, что сахарную фигуру уже доставили. Поздоровавшись с прислугой, она прошла в гостиную, которая теперь тоже была отделана по-новому. Колонны поддерживали высокий расписной потолок. Король обедал один. Вокруг него суетились слуги.

Софи увидела, что на доске мелом написано меню для банкета. Профессиональным взглядом она отметила, что в списке девяносто семь блюд. Последними шли фрукты и сладости, которые будут подаваться в золотых и хрустальных чашах. Повернувшись, она заметила, что лакеи заняты последними приготовлениями и скоро начнут прибывать первые гости. Софи прошла вперед, и от изумления остановилась на пороге банкетного зала, открывшегося перед ней.

— Бесподобно! — воскликнула она, сжав руки от восхищения.

Несмотря на все увиденное во дворце, она не была готова к такому великолепию. Стены сверкали золотом и серебром, и Софи показалось, что она попала в сказку. Огромная хрустальная люстра заливала стол ослепительным светом.

— В ваших глазах отражаются звезды, Софи, — сказал ей Ник с улыбкой, проходя мимо.

Она засмеялась:

— Нигде в мире не может быть похожей комнаты, и от этого становится весело! Только наш король мог построить такое великолепие!

Вернувшись на кухню, Софи с грустью подумала о том, как жаль, что миссис Фицхерберт не будет здесь, но, прожив с ней несколько счастливых лет после разрыва, принц снова поддался чарам другой женщины.

На кухне поднялась суматоха. Лакеи бегали, занимая свои места. В соседнем зале заиграла музыка, и пир начался. Чтобы не мешать слугам, разносящим блюда, Софи села за дальний стол. Повар положил ей на тарелку кусочек индейки и принес бокал вина.

Банкет был в самом разгаре, когда на кухню вошел королевский лакей. Увидев Софи, он направился к ней, так как они знали друг друга с тех пор, когда она еще работала в ателье.

— Как давно мы не виделись, Софи. — Они поздоровались. — Здесь так шумно, давай найдем место потише, чтобы поговорить.

Они сели на лавку в передней и обменялись новостями. Затем, как будто прочитав мысли Софи, он заговорил о миссис Фицхерберт:

— Добрая госпожа, — вздохнул он. — Она так много дала его высочеству, начиная от мудрых советов и заканчивая тем, что он стал меньше пить и более разборчив в еде. Она всегда ухаживала за ним, когда ему нездоровилось, а однажды спасла от смерти, когда доктора боялись, что уже ничем не помогут ему. Вы не знаете, как она сейчас?

— Да, я могу рассказать вам, что она проводит время в хорошей компании, так же гостеприимна, как всегда, и помогает молодым людям. — Софи покачала головой. — Я не могу поверить, что такая любовь, как у них с королем, может уйти навсегда, хотя знаю, что, когда она останавливается в своем доме в Брайтоне, они ведут себя как совершенно чужие люди и в обществе стараются не встречаться.

Лакей посмотрел на Софи с сомнением во взгляде.

— Если я расскажу вам то, чего никто не должен узнать — я бы даже своей жене этого не рассказал, — вы сохраните секрет?

— Даю вам слово.

Оглянувшись по сторонам и убедившись, что рядом никого нет, лакей понизил голос и произнес:

— Как вы помните, король никогда ничего не выбрасывает, будь то пальто или старое письмо. Такова его привычка. Ящики его стола забиты любовными записками и прядями волос разных леди, с которыми у него были связи, но ни одна из них ничего не значит для него. Много лет он, не снимая, носит на шее закрытый медальон с портретом миссис Фицхерберт. Я знаю, что он никогда не снимет его и будет похоронен с ним.

Софи была тронута до глубины души:

— Значит, воспоминания о Марии так много значат для короля. Я искренне благодарна, что вы рассказали мне это.

Из кухни раздался крик:

— Пора выносить сахарную фигуру!

Попрощавшись с лакеем, Софи поспешила на кухню. Она наблюдала, как два лакея подняли позолоченный поднос с сахарным дворцом. В дверях появился Ник.

— Его высочество желает, чтобы вы тоже помогали выносить поднос!

Софи изумилась. После расставания с миссис Фицхерберт их с Томом никогда не приглашали к королю, хотя их услуги продолжали пользоваться спросом. Лакеи ждали ее.

— Я готова, — ответила она и, взявшись за середину подноса, вместе с ними вошла в широкие двери зала. К ослепительному свету огней добавился блеск драгоценностей на богато одетых гостях. При виде сахарной скульптуры раздались аплодисменты.

Софи присела в реверансе, и король, увидев свой дворец, отлитый из сахара, не справился с волнением и вытер слезу, набежавшую на глаза. Несмотря на солидный возраст и внушительную фигуру, в душе Георг оставался все тем же романтиком, что и в юности. К изумлению Софи, король встал и поднял за нее бокал:

— Миссис Фоксхилл, вы доставили мне наивысшее удовольствие. Я желаю, чтобы ваше мастерство осталось с нами навсегда.

Он выпил за нее, и все остальные гости поднялись, следуя его примеру. Софи переполнили чувства, и она снова низко поклонилась. Неожиданно в небе за окнами раздались хлопки фейерверка, сопровождая ее триумф.

Когда Софи вышла из дворца, Том ждал ее у дверей. По ее раскрасневшемуся лицу он сразу понял, что все прошло отлично. Он улыбнулся ей: