Ла Элиза - Ана Шерри

Элиза закатила глаза, даже не представляя эту картину. Почему-то Диего в ее памяти был всегда по пояс обнажен: он напоминал дикаря, хоть и был прекрасным человеком, отличным другом. Но она не думала, что родители Хейли оценят Диего в качестве потенциального мужа для дочери. Вряд ли они примут его достойно.

Стало жаль Хейли, но будущее ей уже нарисовали: выйти замуж в Кентербери и заниматься ателье. Так что, может, в словах подруги есть здравый смысл. Ужасно, когда родители решают за своего ребенка, как ему дальше жить. То же самое и с ней, Элизой, еще вчера ей пытались навязать мужа, она еле отбилась.

– Хейли, – прошептала она, – поезжай к нему. Если, конечно, любишь. Хоть я и не понимаю такой стремительности, но надо делать выбор самой. Решать тебе, а не твоим родителям.

Элиза горделиво выпрямилась. Да она бы даже создала движение «Антиродительский контроль».

– Я сегодня же позвоню ему, – воодушевилась Хейли.

– Не забудь потом позвонить мне и скажи родителям правду. Не заставляй их тебя искать.

Услышав сигнал машины, которая припарковалась возле сада, Элизабет встала. Вот и отец. Увы, сейчас она не может даже самостоятельно добраться до дома. Опасность таилась везде. И в стенах собора.

Распрощавшись с Хейли, она села в машину. По дороге смотрела в окно. Молча. Отец что-то спрашивал, но совсем не хотелось отвечать. Хотелось сидеть в тишине и думать. О чем? О том, что жизнь слишком сурова, судьба снова испытывает на прочность. Так хочется бродить по городу, по полям, прогуляться в лесу, но вынуждена везде быть под надзором. И так всю жизнь? Элиза вздохнула:

– Мистер Морро не звонил? Как продвигается расследование?

– Да, он выяснил, что человек по имени Рик Картер покинул Аликанте сразу после нашего отъезда. Мистер Морро думает, что он где-то здесь.

Элиза поежилась, смотря на проносящиеся голые деревья, пустые поля и слегка припорошенные снегом равнины.

От такой новости стало неуютно. Хотя Кристиан говорил ей нечто подобное, но то были догадки, а теперь уже факты. Или все же предположения?

– Но ведь не факт, что он тут?

– Мистер Морро выясняет данные рейсов в аэропорту Хитроу. Проверяет информацию о пассажирах, прилетевших из Испании.

– Ясно, – загрустила Элиза.

Она будет в клетке. А что делать тому, кто заперт в четырех стенах? Только рисовать! Она закончит картину сегодня же! А завтра Кристиан приедет за ней.

Представив Криса на пороге своей комнаты, Элиза улыбнулась и посмотрела на небо – сквозь серые тучи пробился солнечный луч.

* * *

А Кристиан был в Лондоне.

Он открыл скрипучую калитку и зашел во двор. Перед ним предстал родной дом бабушки, у которой он проводил все детство. Со дня ее смерти минуло несколько лет, но было такое ощущение, что она до сих пор жива. Сейчас покажется на пороге, улыбнется, протянет руки и обязательно скажет: «Я испекла твой любимый пирог».

Она всегда знала, когда он приедет. Наверное, просто чувствовала. А ведь он уже не сообщал ей о своем визите, чтобы лишний раз не тревожить.

Промозглый ветер колыхал голые деревья, и Кристиан не стал задерживаться, чтобы не замерзнуть. Он поднялся на крыльцо, и входная дверь тут же распахнулась:

– Кристиан! Я тебя увидела в окно.

На пороге стояла младшая сестра Вирджиния. Она кинулась в объятия брата. Он засмеялся и закружил ее.

Кристиан и папа – вот единственные мужчины, кроме мужа, которые могли к ней прикасаться. Сейчас на Вирджинии не было абайи, волосы она уложила в тугой узел, но не покрыла платком. Когда они жили в Лондоне, Саид ничего не имел против того, что она будет одеваться так же, как европейка. Только руки, плечи и ноги должны быть скрыты. Платок необязателен. А дома, в Дубае, правила совсем другие.

– Как я рад тебя видеть! – Он поцеловал ее в щеку и снова крепко обнял.

– Я приехала специально, зная, что ты будешь в городе! Пойдем скорее. – И она потянула брата за собой. – Я приготовила потрясающее рагу из баранины. В Лондоне – проблема с хорошей бараниной, я еле нашла такую, чтобы меня устроила.

– И давно вы здесь? – удивился Кристиан, заходя внутрь и не успев взгрустнуть по бабушке (к нему уже бежал маленький Амин). – Эй, племянник, привет!

Крис схватил малыша на руки, и тот крепко обнял дядю.

– Прилетели вчера. Саид отправился по делам в Хитроу, чтобы встретится с представителями авиакомпании, но должен приехать с минуты на минуту. А ты пока садись и расскажи мне все, что случилось в твоей жизни за время нашей разлуки. Как урожай, как экспорт?

Кристиан плюхнулся на диван прямо с Амином на руках: племянник души не чаял в дяде и теперь не отойдет от него ни на шаг. Крис тоже был сильно привязан к мальчику.

Вирджиния понимала, что брат будет хорошим отцом. Заботливым. Вероятно, инстинкты берут свое, ему уже пора им становиться. Жаль, что судьба свела его с женщиной, которая не дала ему детей. А может, таков подарок судьбы? Судьба оградила его.

– Ладно, – улыбнулся Крис, щекоча Амина и усаживая ребенка на низкий стульчик, – я расскажу столько интересного!

Вирджиния даже забыла про баранину: тихо сидела и внимательно слушала Криса. Он поведал о девушке, которая ворвалась в его владения, чтобы понять, как устроен процесс виноделия, начиная от срезания ягод до дегустации первых терпких капель. Он говорил вдохновенно, даже не упустил кроликов. Вирджиния перестала улыбаться, а потом расхохоталась.

Но когда он дошел до главного – взрыва, Джини затаила дыхание.

– Теперь ты знаешь все, – вынес заключение Крис и замолчал.

Интересно, какой вердикт вынесет сестра?

– Бедняжка, – прошептала она, – столько горя, а теперь этот маньяк еще и преследует ее! Не факт, что она избежит опасности!

Кристиан потупился. Все, что он мог сделать, – сделал. Остальное – дело полиции. Конечно, хотелось помочь. Но как?

– И я заметила, что ты говоришь об Элизабет как-то особенно… нежно… Мне кажется, Кристиан Фернандес влюбился. – Она коснулась своих губ кончиками пальцев, но уже не могла скрыть лукавую улыбку.

Как же ее смешила реакция Кристиана! Он разинул рот и молча смотрел на сестру. Он как будто боялся верить в эти слова.

– Не говори глупостей, – наконец произнес он и занялся тем, что положил игрушку Амину на столик, чтобы переключить внимание сестры на ребенка.

Амин что-то залепетал. Вирджиния покачала головой. Крис может скрывать любовь от себя, но это не утаишь от окружающих. И если бы мама была здесь, то она бы подтвердила.

– Какая она? – нарушила тишину Вирджиния.

– Кто? – Кристиан даже не повернулся к ней, елозил машинкой по столику Амина.

– Элизабет.