Так предначертано - Дж. Дж. Пантелли

Ненавижу похороны. Они всегда напоминают о том, что наша жизнь не вечна. Мама кладет белые лилии возле надгробия и собирает в охапку меня и Алана. На лице брата, нет никаких эмоций. Будто он каменная статуя, что по ошибке доставлена на кладбище из музея Древнего Рима. Отец и Скай, сухо улыбаются людям, что пришли, почтить память Клары, и выказывают сочувствие, говоря теплые слова поддержки. Нам всем, хочется запомнить бабулю жизнерадостной женщиной с ясными глазами и острым умом. Но, пока, ни я, ни они не могут уложить в своих затуманенных головах факт, что ее больше нет на этом свете.

У ворот, меня поджидает Коннор, чтобы отвезти в клинику, где лечится моя малышка. Девон с сожалением вздыхает и пытается что-то сказать, только я останавливаю девушку и обнимаю, как свою сестру.

— Демси еще там? — интерес отца очевиден.

— Он звонил мне, сказал, что доктор Питерс проводит необходимые исследования. — реагирует Демси-младший.

Эдвард вьется у моих ног, и я беру кроху на руки.

— Можете не ехать со мной, если вас так раздражает Хантер. — целую розовую щечку хулигана, а он звонко хохочет.

— Нет уж. Мы будем там, где наша внучка. — отрезает папа.

— Да, иначе, ты опять упадешь в обморок от голода. — добавляет мама.

— Бабуля бы сейчас выдала очередную шутку и мы все бы, посмеялись от души. — хмыкает Алан, притягивая жену за талию.

— Придется, учиться жить без нашей неугомонной старушки. — произносит сквозь слезы мама и мы рассаживаемся по машинам.

***

«Святой Винсент» встречает пустыми коридорами и запахами лекарств. Я проведываю дочку и улучаю минутку, чтобы выпить кофе в одиночестве. Хантер не звонит уже сутки, и я не знаю, как продвигаются дела с анализами. Бенжамин не устает повторять, что есть огромная вероятность совпадения. Но, как быть мне? Как дожить до того момента, когда он объявит, что пересадка возможна?! Я прогуливаюсь мимо палат и наблюдаю за детьми. Некоторые из них спят, другие играют в гаджетах, а третьи…прикованы к постели и ждут, когда случится чудо.

— Не желаю видеть этого мерзавца, после операции! Не хватало еще того, что он возомнит себя чертовым спасителем!

Отец гневно прохаживается от стены к стене, а мама и остальные Палмеры, шепчутся, прикрывая рты ладонями.

— Эйден, успокойся. Наша дочь не идиотка, чтобы поверить в этот жест доброй воли. — мама буксует по гладкой плитке, удерживая отца за рукав пиджака. — Давай выдохнем и пойдем, перекусим?

— Я не голоден!

Я выворачиваю из-за угла и демонстративно, бросаю бумажный стаканчик в урну.

— Что с вами со всеми происходит? Хантер, с вероятностью 99,9 процентов идеальный донор для Эван! Я, конечно, ничего не утверждаю, но я чувствую.

— Чувствуешь? Прекрасно, наша дочь медиум! — взмахивает руками папа и еще явнее показывает неприязнь к Хантеру.

— Да, именно так. — я набираюсь смелости и говорю. — Я люблю его. Люблю, не потому-что он отец Эван, а потому-что лучший мужчина, которого я могла полюбить. Он мое отражение, мое сердце, что я отдала ему много лет назад. И что бьется от любви, когда он рядом. Вы не желаете принимать Хантера, готовы разорвать его на части, но поймите, я не перестану любить Демси. Никогда. Хотите потерять меня? Продолжайте в том же духе.

Алан, Скай, Коннор и Девон устремляют глаза за мою спину. Мама закашливается, а отец тормозит бег младшего сына и тоже выпрямляется. Я медленно разворачиваюсь и вижу Хантера. Не сомневаюсь, что он слышал каждое сказанное мной слово. Парень обводит всех присутствующих взглядом, и голубые глаза останавливаются на мне.

— Детка… — выдыхает он, — доктор Питерс только что сообщил, что я идеальный донор для нашей малышки.

Хантер приближается и сжимает меня в объятиях. Горячее дыхание обжигает кожу на моем лице, а после я слышу его хриплый шепот:

— Я люблю тебя, Вивиан.

— А ты все слышал, но если хочешь, повторю. — я целую Демси, потираясь подбородком о колючую щеку. — Я люблю… тебя.

Слезы вновь начинают застилать глаза. Все эмоции соединяются, и я не понимаю, что происходит. Эван будет жить, Хантер знает о моих чувствах, что дальше?

— Я мечтала вырасти и быть с тобой. Это случилось, но голова кружится от мыслей.

— Сейчас самое главное, что я могу стать спасением для нашей девочки.

Он позволяет мне уткнуться носом в свою грудь, и я снова слышу его голос:

— Мистер Палмер, я люблю вашу дочь. У меня тоже есть дочь, и я никогда бы не подпустил к ней такого мерзавца, каким я был раньше. Но я стал другим, благодаря Вивиан и нашей малышке. Теперь моя жизнь обрела смысл.

Скай, я знаю, ты никогда не сможешь простить того, что я натворил, но поверь, мне очень жаль, и если бы я мог вернуть время вспять, тебе не пришлось бы проходить через все то дерьмо. Алан, ты был моим лучшим другом много лет, и я все ещё считаю тебя таковым. Позволь мне сделать твою младшую сестру счастливой?