В суете прошлых дней - Екатерина Риз

– Я всегда говорю серьёзно, – сказал он, а глаза при этом смеялись. Я стукнула его кулаком по плечу. Потребовала:

– Прекрати.

А Зотов громко рассмеялся. Поймал мою руку, поднёс к губам, но не поцеловал, а прикусил зубами несколько моих пальцев. Мне стало легче дышать, я улыбнулась.

Пробка на въезде в город выстроилась приличная, мы простояли около часа, Павел время от времени что-то цедил сквозь зубы, ругался, а я про себя улыбалась и вздыхала от умиления. Понятно, что когда я поделюсь своими мыслями с Алёной, она скажет:

– Ты влюбилась.

А я и отрицать не собираюсь. А если не собираюсь, означает это только одно: я окончательно пропала.

Когда мы подъехали к дому Зотова, приближался вечер. Я достала с заднего сидения несколько чехлов с одеждой, которую забрала из дома, а Павел недовольно оглядывал двор новостройки, выискивая взглядом место для парковки.

– Мы поздно приехали, – сказала я ему. – Все уже вернулись с выходных.

– Да черте что, – сердито выдохнул он. – Когда уже достроят крытую парковку? Второй год обещают. – Зотов на меня посмотрел. – Иди домой, я машину припаркую и поднимусь.

Я согласно кивнула, а когда вошла в подъезд, уже мысленно прикидывала, что приготовлю на ужин. Такие теплые, семейные раздумья: чем накормить любимого мужчину, чтобы он быстро подобрел?

Я отперла замок на входной двери, едва не выронила чехлы с одеждой, толкнула дверь бедром, и вошла в просторную прихожую. Вошла и остановилась. В гостиной горел свет и работал телевизор. Я четко слышала его негромкое бормотание. Секунду я стояла, в легкой прострации, понимая, что Павел не мог подняться в квартиру раньше меня. Да и я своими глазами видела, как он выезжал со двора, повернул в сторону платной стоянки в соседнем дворе.

Я аккуратно прикрыла за собой дверь, и, не включая свет в прихожей, прошла к комнате. Заглянула. Свет горел, телевизор, на самом деле, работал, а на диване лежал незнакомый мне парень. Совсем молоденький, долговязый и светловолосый. Волосы у него были достаточно длинными и раскинулись по темной диванной подушке. Лежал он с планшетом в руках, таращился на экран, а в ушах, судя по всему, были наушники, потому что моего появления он упорно не замечал. А я стояла в дверях комнаты, смотрела на него и, признаться, не знала, что делать. Когда поняла, что замечать меня не торопятся, я взяла и скинула на его вытянутые ноги чехлы с одеждой. Парень тут же вскинул на меня ошалелый взгляд голубых глаз, секунду приглядывался, затем вытянул из ушей наушники, а у меня нелюбезно поинтересовался:

– Ты кто такая?

Я удивилась и решила поинтересоваться в ответ:

– А ты кто такой?

Парень неторопливо сел, спустил ноги с дивана на пол, а сам всё присматривался ко мне. Причём, взгляд его был достаточно неприятным. Въедливым и изучающим.

– Ты домработница? – поинтересовался он, поглядев на чехлы с одеждой.

– Я на неё похожа?

– Очень, – ответил он нагло, чем окончательно настроил меня против себя.

Я уперла руки в бока, кивнула ему и настоятельно поинтересовалась:

– Ты кто такой? И что ты здесь делаешь?

– А ты кто такая? – услышала я за своей спиной женский голос, причем, насмешливый и протяжный, и резко обернулась.

В дверях спальни стояла женщина, достаточно миловидная, ухоженная, с идеально выровненным цветом волос – рыжий цвет очень трудно сделать красивым и благородным, но её мастеру это, без сомнения, удалось. Небольшого роста, но фигуристая, с полной грудью и красивым изгибом бёдер, насколько я могла судить под шёлком её халата. Женщина смотрела на меня с интересом, любопытством и с откровенной насмешкой. Будто без лишних вопросов знала, кто я, и сейчас лишь наслаждалась происходящим, получала удовольствие от моей растерянности. Она была старше меня, очевидно, была ниже меня ростом, далеко не красавица, но от незнакомки буквально исходили волны решительности и уверенности, она не стояла передо мной удивлённая и потерянная. Она задала мне прямой вопрос и ждала ответа. Не я от неё, а она от меня.

– Я здесь живу, – сказала я.

– Очень интересно, – усмехнулась женщина.

– Мам, у неё ключи есть, – заметил паренек, и я на него обернулась.

– Какая любопытная ситуация, – засмеялась женщина. Шагнула ко мне, разглядывала меня, как совсем недавно меня разглядывал её сын. С той же настойчивостью, с тем же беспардонным любопытством. Меня, буквально, просканировали взглядом с ног до головы. – И с кем же ты здесь, дорогая, проживаешь?

Я нахмурилась.

– А вам какое дело? – растеряв остатки вежливости, поинтересовалась я.

– Совсем небольшое. Очень, знаешь ли, неприятно приезжать домой, а муж тут с любовницей проживает. Ключи ей выдаёт.

У меня внутри всё опустилось, если честно. Наверное, не стоило верить словам незнакомой женщины, но как-то враз поверилось. Но я всё же переспросила, совершенно машинально:

– Какой муж?

– Мой, конечно. – Женщина обвела глазами комнату. – Это квартира моего мужа, раз ты здесь, да ещё с ключами, судя по всему, он тебе их выдал.

Я молча смотрела на неё. У меня не было слов, не было никаких мыслей в голове. Я старалась понять, что происходит, и не понимала. Зачем-то посмотрела на паренька, пыталась выстроить в голове логическую цепочку. Она складывалась, но то, во что она складывалась, мне упорно не нравилось.

– Где Паша? – спросила тем временем женщина.

– Машину ставит, – вырвалось у меня.

– А ты, смотрю, вещи перевозишь, – усмехнулась рыжая. – По своей инициативе или по его?

Я отступила на шаг, мне была необходима секунда, чтобы собраться с мыслями. В первый момент мне показалось, что их нет вовсе, в голове гул и пустота, но затем я осознала, что мыслей слишком много. И они налетели, будто ураган, и я никак не могу сосредоточиться на какой-то одной. Только повторяю и повторяю про себя: что происходит?

– По совместной инициативе, – ответила я, в конце концов.

– У вас уже что-то совместное с моим мужем есть, – вроде как порадовалась женщина, а сама всё смотрела и смотрела на меня, с въедливостью барракуды.

Я встретила её взгляд и вернула ей ехидный вопрос:

– А у вас что-то совместное есть?

Она поймала мой бросок. Я по глазам видела, что её мои слова кольнули, но постаралась вида не подать. И даже ответила достаточно колко:

– Да, штамп в паспорте.

– Рада за вас, – пробормотала я.

Признаюсь, что я совершенно не знала, что делать дальше. Развернуться и уйти? Забрать свои вещи или не забрать? По крайней мере, те, что сейчас лежали на диване. И я даже представила, как я сейчас выйду из квартиры Павла, непременно с гордо поднятой головой, и что почувствую, оказавшись одна в подъезде. Хотелось устроить истерику.