Ключ истины - Нора Робертс

Если бы он мог, то взял бы нечто более ценное, чем ее жизнь. Отнял бы у нее душу.

В последний момент Дана свернула в сторону и не пошла к двери. Теперь она вспомнила сюжет и воспользовалась последним шансом, чтобы бороться. Кейт потеряла драгоценное время, стуча в дверь, крича и взывая о помощи, прежде чем поняла, что ей никто не поможет.

Слегка отредактируем, подумала Дана и, стиснув зубы, ударила локтем в стекло. Не обращая внимания на резкую боль от порезов, она просунула руку внутрь и дернула вверх шпингалет. Потом с усилием открыла окно, влезла на подоконник и скатилась внутрь.

Приземление было жестким, и она некоторое время лежала, оглушенная, сражаясь с болью и пытаясь привыкнуть к почти полной темноте.

Воздух здесь оказался затхлым и влажным, а когда Дана приподнялась, ее ладони погрузились в слой пыли. Ни блестящего пола, ни свисающих с потолка люстр, ни великолепной антикварной мебели не было. И пламени в камине тоже.

Комната была сырой и холодной, наполненной серыми клочьями паутины и дыханием призраков.

Это не Ворриорз Пик ее мира, а дом, созданный воображением Джордана. Дана встала, придерживая левой рукой правую, которая пульсировала болью, и поковыляла через комнату по скрипевшим и стонавшим доскам пола.

«Атмосфера передана неплохо, Хоук, — подумала она, и одновременно это была попытка успокоиться. — Ты построил первоклассный дом с привидениями. Идеальное место для отважной героини, чтобы сразиться с угрожающим ей маньяком».

Поморщившись, Дана нагнулась и потерла ушибленное колено. Она вспомнила, что Кейт тоже поранила колено, но это не остановило девушку.

Она вышла в холл и замерла, учащенно дыша. Тени перемежались полосками лунного света, просачивавшегося сквозь грязные окна.

Дана напомнила себе, что больше всего на свете она любила погружаться в книгу. Но не до такой же степени!

Она закрыла глаза и принялась подсчитывать потери. Ушибленное колено и плечо, порезы на руке. И страх — такой сильный, что даже дышать трудно.

С другой стороны, чего уж тут такого ужасного? Все это допустимо. И боль, и страх. Она не должна поддаваться панике и ни за что не отступит.

— Мы еще посмотрим, кто закончит эту историю, ублюдок! Бывший библиотекарь намерена надрать тебе — волшебнику — задницу.

Услышав слабый хруст стекла под чьей то ногой, Дана метнулась к лестнице. Близилась развязка.

— Вы пришли! — Зоя отпустила руку Мэлори, потом — нехотя — Даны. — Сделайте что нибудь!

Ровена шагнула к кровати и коснулась пальцами запястья Даны, словно считала пульс.

— Что здесь произошло?

— Вы богиня! — взорвался Флинн. — Вы и расскажите. И верните сюда мою сестру. Немедленно верните!

Джордан отодвинул друга плечом и встал между ним и Ровеной.

— Разве вы не знаете, что произошло?

— Кейн способен скрывать свои действия от нас.

— А вы от него?

— Да, конечно. Он не отнял у нее душу, — тихо сказала Ровена, обращаясь к Флинну.

— Что бы он ни отнял — верните! — Флинн снова рванулся вперед, отведя руку Мэлори, пытавшейся удержать его.

— Вы теряете время, поддаваясь страху за сестру.

— Она холодная! У нее кожа как лед… Она почти не дышит.

— Кейн перенес ее в книгу, — сказал Джордан, и внимание Ровены сосредоточилось на нем.

— Откуда вы знаете?

— Знаю! — Он поднял книгу и положил ее на тумбочку около кровати. — Дана открыла ее и отключилась.

Ровена взяла книгу.

— Исчез… Ключа в книге больше нет. Так не должно было быть, — пробормотала она. — Кейн нарушил слишком много правил, слишком много договоренностей. Почему его не остановили? Это не искушение и не запугивание. Это даже не угроза.

Она повернулась к Питту, и в ее глазах промелькнул испуг.

— Кейн изменил условия и каким то образом перенес ключ.

— Ключ был в книге? — перебил Ровену Джордан.

— Да. Но Кейну удалось перенести ключ в сюжет как таковой, а вместе с ним и Дану. Ему не должны были позволить этого.

— Она там одна. Ее жизнь в опасности. — Джордан сжал руку Даны. — Верните ее.

— Я не могу помешать Кейну. Это не в моей власти. Или он освободит ее, или она освободится сама. Я могу ее согреть, — сказала Ровена.

— К черту! — Джордан выхватил у нее книгу. — Тогда отправьте меня к ней!

— Это невозможно. — Ровена отвернулась, наклонилась над Даной и ласково провела ладонями по ее лицу.

Выругавшись, Джордан схватил богиню за руку и снова повернул к себе.

— Не говорите, что это невозможно! — Он почувствовал, словно удар током пронзил руку до самого плеча, но пальцы не разжал.

— Убери руки, — тихо сказал Питт.

— А что вы собираетесь сделать, если не уберу? Испепелить меня? Моя любимая лежит тут — беспомощная, испытывая бог знает что. И все потому, что дала вам слово. А вы стоите и ничего не делаете!

— Кейн создал этот мир и перенес туда Дану. Его сила удерживает ее. — Ровена, взволнованная, сжала виски. — Невозможно узнать, что он там сотворил или что будет с вами, если я попытаюсь перенести вас в другой мир. И потом, мне не разрешено это делать. Иначе я нарушу клятву, которую дала, когда пришла сюда, когда мне доверили ключи.

— Этот мир создал я! — Джордан схватил книгу и бросил ее на кровать рядом с Даной. — Там мой разум, мои слова! И у меня есть вопросы к негодяю, который угрожает моей любимой и занимается плагиатом. Мне наплевать, сколько клятв вы нарушите, но одну вы ее не оставите. Отправьте меня к ней!

— Я не могу.

— Ровена! — Питт взял ее за плечи и повернул к себе. — Джордан прав. Послушай меня! — он не дал ей возразить. — Мужчина не может оставаться безучастным, когда его женщина сражается одна. Именно Кейн нарушил клятву, забыв о чести. Ему не позволено отнимать у нее жизнь. Ему не позволено касаться ключа — ни рукой, ни используя магию. Сейчас другая битва. Либо мы сражаемся на новых условиях, либо проиграем.

— Любовь моя, — Ровена вцепилась Питту в плечи. — Если я это сделаю — пусть даже успешно, — ты должен понимать, какой может быть расплата.

— Неужели мы будем жить в этой тюрьме, ничего не предпринимая?

Ровена прижалась лбом к его груди, там, где билось сердце.

— Ты мне нужен.

— Я с тобой. Всегда.

Ровена тяжело вздохнула и посмотрела на Джордана так, что у него по спине побежали мурашки.

— Вы должны знать вот что. Если я выполню вашу… просьбу, то поставлю под угрозу жизнь Даны, вашу жизнь и жизни всех остальных.

— Я согласен.