Ее сводные монстры - Дана Блэк

Помедлив, смотрю ему в глаза и киваю.

Это все закончится, он прав. Но только тогда, когда я уеду. И они будут далеко.

Да, я очень этого хочу.

Глава 100

- Поздравляю отличницу, - говорит Вика, когда я с красным дипломом спускаюсь со сцены и усаживаюсь на рядах возле нее.

Верчу в руках эту корочку и до сих пор поверить не могу. Я столько пропустила, сначала в свадебном путешествии, а потом в квартире Арона, казалось, что даже если просто хоть как-нибудь смогу защитить диплом - будет уже хорошо.

Но я справилась, и доказательство вот оно, со мной, не зря мучилась ночами и работала, работала.

- Как отметим? - Вика роется в сумочке и оглядывается по сторонам.

День летний, жаркий, ветра нет почти, солнце заливает сцену впереди нас. Там в громкоговоритель продолжают поздравлять выпускников.

А я не дотерплю до конца, мне душно и снова нехорошо.

Хочется в тенечек, а еще лучше в помещение с кондиционером. Выпить холодненькой минералки.

Но у меня уже скоро самолет.

- Ну ты так и будешь на меня дуться? - она не оставляет попыток помириться. Но память у меня пока не стерлась.

Прекрасно помню. Что про беременность и клинику Рождественским все выложила она.

Когда ее никто не просил он этом.

А Вика до сих пор продолжает считать себя моей подругой.

- Хорошо вам повеселиться в честь окончания, - желаю от души, я на нее не злюсь, всего лишь больше не хочу общаться.

Тихонько пробираюсь по рядам, не обращая внимания на ее громкий недовольный шепот мне в спину. Шагаю в долгожданный тенечек, по университетскому парку, к воротам.

И замедляю шаг, когда вижу запаркованную рядом с тротуаром красную машину Арона. Он ждет меня, прислонившись к капоту, скрестив ноги, в руках держит большой букет красных роз.

- В честь твоего диплома, - кричит, видя, что я остановилась. - Поздравить можно?

- Спасибо, - отзываюсь и все таки подхожу.

Там, в больнице, он свое слово сдержал, меня месяц никто из них не трогал, хоть я и понимаю, как им это тяжело далось, особенно ему.

Мне звонил дед и рассказывал. Что Арон уже готовится, купил две кроватки, розовую и голубую, потому, что не знает, мальчика или девочку ждать.

В детской вовсю кипит ремонт.

Но я ему не обещала, что перееду. Зато Тина…

Он это в глазах читает - все мои мысли. Передает мне букет и глядя в лицо говорит.

- Родила. Не от меня. Я и не думал, что от меня.

Он не врет. Выглядит спокойным. И не очень-то счастливым. Смотрит на мой живот, который уже чуть-чуть округлился, но под свободным платьем этого пока незаметно.

- Хорошо, - отвечаю невпопад, забираю цветы. Вдохнув сладковатый запах роз снова ощущаю, как к горлу противный комок подкатывает.

- Черт, не подумал. Тошнит? - он отбирает цветы и бросает их на крышу машины. - Надо было конфет привезти?

- Конфеты тоже не надо, - топчусь на месте. Поглядываю на свою машину. Я прощаться не хочу и радовалась, что от меня отстали, ведь на расстоянии, когда перед глазами не маячит это красивое лицо - так легче держаться. - У меня самолет сегодня.

- Хорошо, - отзывается он эхом. - А писать тебе хотя бы можно? Или и этого меня лишишь? Я волнуюсь, Алиса.

- Я знаю, Арон, - иду к своей машине и мысленно себя подстегиваю. Я все решила, нам всем нужно время. И, может быть, когда-нибудь потом…- номер у тебя есть, - все же напоминаю и сажусь за руль.

Пережидаю поток машин и выезжаю на дорогу. Заставляю себя не пялиться в зеркало на него, но боковым зрением слежу, за его высокой одинокой фигурой, что осталась на тротуаре, рядом с глянцевой красной машиной, на крыше которой огромный букет роз.

Приказываю себе вспомнить про аэропорот.

Багаж заранее положила на заднее сиденье, сумочка тоже здесь. Щенков отвезла к Рождественским. На время.

И уже безумно скучаю, но выбора нет.

Мне очень хочется здорового малыша, а если я останусь здесь - нет никаких гарантий, что кому-то из братьев снова не сорвет крышу.

В аэропорту качу чемодан между рядами стульев и глазею по сторонам, на оживленный народ. Лето, и все летят к морю, валяться на песочке, мужчины в ярких рубашках и девушки в солнечных очках и коротких шортах.

Среди всей этой пестрой толпы сразу выхватываю взглядом смуглого брюнета в белой футболке. Он стоит у витрины с парфюмом, но на товар внимания не обращает, смотрит прямо на меня.

Я не одна на него пялюсь.

Женские взгляды заинтересованными стрелами летают по залу в него, моего мужа.

Николас отлипает от витрины и медленно шагает навстречу. Он чуть смущенно улыбается, с жадностью рассматривает меня, а я его.

- Давай помогу, - он забирает у меня чемодан. - Когда твой рейс?

- Сейчас уже, - иду рядом, колесики чемодана тихо скрипят. - Слушай, на счет…

- Обещай подумать, - обрывает он меня, его рука мимолетно касается моей, кожа к коже - и я получаю привычный разряд тока. - Я тебе не мешал и мешать не буду, лапушка. Отдыхай, плавай, ешь больше фруктов. С разводом можно в любой момент разобраться. Мне никого другого в паспорт не надо, тебя только.

Молчу.

Разводом заниматься было некогда, я работала над дипломом.

А, может, снова вру себе и тоже никого другого в свой паспорт не хотела, пусть и мы уже столько времени не рядом.

- Видел Генерала с Бубочкой, ты когда их успела привезти?

- Пока все были на работе.

- Понятно, - он останавливается. Неловко передает мне чемодан. - Обещаешь подумать?

Киваю.

Я ухожу, а он больше ни на чем не настаивает, меня не удерживает. И это так странно, они действительно сдержали слово.

Думаю так до тех пор, как не оказываюсь в самолете.

Стоит откинуться на спинку и повернуться к окну, как в кресло рядом со мной кто-то осторожно усаживается. Нос улавливает знакомый парфюм, я даже не поворачиваясь, знаю, что это не совпадение.

Это Виктор.

- Не могу, - говорит он негромко в пустоту, словно