Твое противоядие - Евгения Мос

Керисса открыла дверь и тепло улыбнулась.

— Проходите.

На кухне как обычно был накрыт стол, все дети бегали и суетились. Близнецы Хано и Заро строили из деревянных деталей башню, Сараби учила попугая новым словам, Мориза заплетала косы Лелли и Узане. Я аккуратно присела на стул и поднесла чашку с чаем к себе, сделала глоток.

— Очень вкусно.

— Я рада, что тебе нравится. — В глазах Кериссы залегли морщинки от улыбки.

Эндари отошел до своей комнаты, и его мать взяла мою руку в свои.

— Спасибо тебе.

— За что? — Мне было неловко, ведь я причинила их семье немало проблем.

— За то, что выбрала его.

— Это он выбрал меня.

— Я всегда буду рада, когда вы будете навещать меня. Неважно, где вы поселитесь. На соседней улице или в другой стране. Ты — часть семьи, Рейни.

— Спасибо.

В моих глазах собрались слезы. Может Ральден и не станет для меня близким человеком, но Керисса и все ее дети стали моей семьей. И я ощущала приятно тепло в сердце, как будто его укутали в одеяло.

В конце обеда Керисса что-то отдала Эндари, и он повел меня куда-то. Я не знала, куда мы идем. Но сильно удивилась, когда поняла, что перед нами небольшое здание по оформлению документов.

— Ты не предупредил.

— Побоялся, что испугаешься.

— Я похожа на трусиху?

— Никогда, — прошептал он.

— Тогда идем?

— Подожди.

Он взял мои руки в свои и наклонил слегка голову, внимательно глядя на меня.

— Может мы и поженились по договоренности. Но хоть какое-то я предложение должен сделать тебе?

— Я согласна, — ответила я, не дожидаясь вопроса, прекрасно поняв, о чем он.

Его глаза блеснули точно янтарь на солнце, преображенный лучами. Муж достал шелковый мешочек и надел мне на запястье золотой браслет с небольшими крапинками золотых топазов.

— Это украшение из семьи мамы. Есть традиция что-то дарить жене, когда она входит в семью.

Я кивнула. А затем мы зашли в здание, где я заполнила несколько бумаг, а через час подписала заявление, и еще через час получила документ.

— Рейни Сари`нтаз, — медленно прочла я.

— Подходит. — Эндари выглядел невозмутимо, но я ощущала, какое самодовольство его переполняет.

— Вы счастливы, Эндари Саринтаз? — подразнила его я.

Вместо ответа он по-свойски обнял меня рукой и прижал к себе. Ответ был не нужен, я и так знала, что да.

Мы вернулись в номер, и я наконец собралась с мыслями сделать важный звонок. Мне ответили довольно быстро.

— Да? — голос Николетт прозвучал очень эмоционально для ее обычно манеры.

— Привет.

— Дождик!

— Со мной все в порядке, — сообщила я первым делом.

— Твой бравый рыцарь все решил?

— А в меня ты совсем не веришь, да?

Николетт хмыкнула, а я посмеялась.

— Ты когда вернешься? — спросила она.

— Пока не знаю. Мы посетим коронацию. Ты приедешь?

— Нет, у меня задание.

— Тогда я позвоню как приеду.

— Хорошо. Нитте что-нибудь передать?

— Пока только то, что я жива. Как решу все вопросы — приеду обсудить дальнейшие планы.

— Хорошо, Лоуренс передает тебе привет.

— Ему тоже, — улыбнулась я.

Я отсоединилась и оглянулась на Эндари. Он задумчиво крутил в руках инжир.

— Почему ты была влюблена в него?

— В кого?

— В Лоуренса? Я понял еще на свадьбе.

— Он был мальчиком, который общался со мной и Николетт всегда, был старше нас. Это пришло из подросткового периода. Ты же не ревнуешь?

— Нет, конечно. — Он ухмыляющееся посмотрел на меня.

— Ой, ну конечно. Ты же такой самоуверенный.

— Я самый лучший муж на свете, у меня нет поводов ревновать.

Я запустила в него подушку, обрывая его бахвальство, и посмотрела на него подняв брови.

— Ауч, подушка? Серьезно? Стоило дать тебе свою фамилию, как ты стала такой мягкой? А где иголки и лезвия?

Я устало выдохнула и просто легла к нему на кровать, забравшись под руку. Он накрыл меня объятиями, крепко прижимая к себе так, что не вырвешься.

Мы пока оставались при спа-комплексе, посвящая все время друг другу, заглянули один раз к бабушке Вире, которая удовлетворительно поцокала, узнав, что я стала частью семьи.

Через несколько дней проводилась коронация принца Шафрана. Эндари как и часть штаба отряда ассасинов пригласили. Он надел парадную форму: брюки из черной кожи и песочного цвета рубашку, на которую сверху закрепил кожаные ленты, перекрещивающиеся на груди, в них было закреплено оружие с гравировкой герба Кароса.

Я позволила себе надеть платье, не брюки. Ярко-синяя струящаяся ткань приятно скользила по телу. Платье было свободным, слегка колыхалось при ходьбе, длинные рукава и подол до щиколоток, но я позволила себе оголить ключицы. На талии ткань была подсобрана золотистым поясом. В волосы я вплела золотые цепочки, аккуратно ниспадающие по всей длине.

Я обернулась к Эндари, он смотрел, не отрывая от меня взгляда, сидя на кровати. Его рука забралась под подол, и он проскользил до задней стороны бедра, смотря на меня снизу в верх. Из-под опущенных ресниц я видела золотистый огонь и слегка потрепала его по волосам.

— Нам нужно идти, — сказала я.

Он потряс головой, смахивая наваждение и поцеловал меня в запястье.

Служебная машина довезла нас до дворца, и я впервые попала на его территорию не по подземному переходу, а до тронного зала мы прошли по красивым коридорам, открывая двери, расписанные узорами и гербами.

Герб Кароса — леопард, вставший на дыбы. Эндари объяснил это тем, что на символику повлияло то, что когда-то несколько столетий назад его предки пришли в Карос, и одна из дочерей клана была выдана замуж за правителя, объединившего земли в одно государство.

Заиграла торжественная музыка, верховный судья Кароса обратился к его высочеству, стоящему на коленях, спрося с него трижды клятву о заботе народа.

— Отныне и до конца твоего пути не опускайся на колени и веди наш народ с мудростью и смелостью! — провозгласил он.

Корона с изумрудами и рубинами была возложена на голову Шафрана, и хор затянул гимн Кароса. Я видела гордость в глазах мужа и радость от того, что его высочество стал его величеством. Я сжала руку Эндари покрепче, ощущая, что он сжимает ее в ответ, переплетая нас пальцами.

После церемонии был фуршет, а затем нам разрешили остаться в гостевых покоях переночевать. И на следующее утро за завтраком мы уже обсудили все наши планы с новым королем.

Это был долгий разговор, мы