Путь на восток - Соло

Благо, ехать совсем недалеко.

Проходит не больше четверти часа, прежде чем на горизонте появляется небольшое поселение, а по левую руку от дороги виднеется крохотное здание с выцветшей вывеской Рексолл.{?}[Канадская сеть аптек.]

Тварей в зоне видимости не обнаруживается — поэтому мы глушим мотор, хотя экономить бензин больше незачем, и синхронно выходим из машины с оружием наперевес.

— Я поищу обезболивающие, а ты попробуй отыскать какие-нибудь антибиотики, — предлагает Торп после тщательного осмотра небольшого аптечного пункта — необходимая мера, чтобы окончательно убедиться в отсутствии опасности.

Молча киваю в знак согласия и принимаюсь сосредоточенно обшаривать один выдвижной ящик за другим. У большинства лекарств давно истёк срок годности, но чисто в теории многие антибиотики пригодны ещё несколько лет после обозначенной на упаковке даты.

Ассортимент медикаментов оставляет желать лучшего — здесь нет практически ничего стоящего, одни только витамины, биологически активные добавки, тампоны всех размеров, тесты на беременность… Так. Стоп. Моя рука вдруг зависает в воздухе над бело-красной коробочкой с тампонами.

В голове ослепительной электрической лампочкой вспыхивает жуткое осознание — с даты последней менструации прошло слишком много времени. Месяца полтора, если не больше. Подобные задержки временами случались и прежде — неудивительно, что я не насторожилась сразу, ведь скудный рацион и регулярный стресс периодически провоцировали гормональные сбои.

Вот только если добавить к нехитрому уравнению необъяснимо скверное самочувствие, повышенную сонливость и неконтролируемую тягу к сексу… Oh merda. Только не это.

========== Часть 15 ==========

Комментарий к Часть 15

Саундтрек:

Hidden Citizens, Ranya — Paint It Black (Epic Trailer Version)

Приятного чтения!

Положительный.

Все семь найденных тестов — два с нормальным сроком годности и пять с истекшим относительно недавно — единогласно показывают две ярко-малиновые полоски.

Oh merda.

Трижды, десятикратно, стократно.

Чувствую, как глаза широко распахиваются, руки начинает бить мелкая лихорадочная дрожь, а все внутренности скручивает узлом от резко накатившего приступа паники. Так жутко и страшно мне не было с тех пор, как я столкнулась в супермаркете Макино-Сити с восставшим из мёртвых Пагсли. Отчаянно пытаюсь собраться с мыслями и принять шокирующее осознание, что внутри меня пустило корни крохотное скопление клеток, которое люди обычно называют своим ребёнком. Но подобное словосочетание мне чуждо — никогда в жизни я не помышляла становиться матерью.

Тем более теперь.

О каком продолжении рода вообще может идти речь, когда мир доживает свои последние деньки, агонизируя в муках из-за смертоносного вируса? Взять хотя бы сына Энид. Маленький Эдмунд никогда не познает нормальной жизни, не пойдёт в школу, не наденет шапочку выпускника в колледже — всё его существование будет бесконечной борьбой за выживание без цели и смысла. При условии, что ему вообще повезёт выжить.

Никаких воздушных замков в отношении спасительного Сент-Джонса я не строю.

Даже если город выживших существует на самом деле, он явно не похож на суетный Нью-Йорк или уютный Джерси-Сити. Скорее это хорошо укреплённая колония из небольшой горстки людей, где балом правят устои первобытного общества.

Тотальный шок наваливается на мои плечи многотонным грузом, спровоцировав очередной приступ мерзкой тошноты — не сумев подавить рвотный позыв, я склоняюсь над неработающим унитазом в крохотном туалете подсобного помещения аптеки. Благо, желудок почти пуст, и мучительная пытка длится совсем недолго.

— Уэнсдэй, ты в порядке? — виновник всего этого дерьма и по совместительству отец моего будущего ребёнка принимается настойчиво барабанить в закрытую дверь подсобки.

Я выпрямляюсь, утирая губы тыльной стороной ладони — во рту ощущается отвратительный кисловатый привкус, чертовски хочется почистить зубы или хотя бы попить воды… Но кран в туалете не работает, а зубная паста вместе со щёткой и вовсе остались в лагере.

— Одну минуту, — отзываюсь деланно спокойным голосом, пока взволнованный Торп не начал выламывать хлипкую дверь.

Но выйти прямо сейчас и взглянуть ему в глаза я абсолютно не готова — поэтому упираюсь обеими руками в край фаянсовой раковины с подтёками ржавчины и устремляю взгляд на собственное отражение в треснувшем зеркале.

Внешне я выгляжу совершенно обычно, если не считать нездоровой мертвенной бледности и широко распахнутых от испуга глаз. Совершенно ничего в моём облике не говорит о том, что я… беременна. Oh merda, невероятно странно употреблять это слово применительно к себе, пусть даже и мысленно. Никак не могу вообразить ситуацию, как вслух признаюсь Торпу и всем остальным в произошедшем.

Да и что мне ему сказать?

Хочу тебя обрадовать — наше регулярное неконтролируемое соитие привело к, в общем-то, закономерному исходу.

Звучит просто ужасающе.

Нет. Категорически нет.

Нельзя никому рассказывать.

Тем более, что рожать этого ребёнка я однозначно не планирую — вот только я лишена замечательной возможности позвонить в клинику, записаться на приём и быстро сделать медикаментозный аборт. И потому абсолютно не представляю, как действовать дальше.

Остаётся одна-единственная надежда — что в Сент-Джонсе имеется хоть один врач, способный провести подобную процедуру.

На прочие условия наплевать. Я согласна вытерпеть любую боль, лишь бы только избавиться от проклятого ненужного паразита, пустившего корни внутри моего тела.

Стараюсь не думать о том, что будет, если на месте предполагаемого города выживших мы обнаружим лишь выжженную пустошь. Пока что шансы на благоприятный исход есть.

Длинная цепочка логических умозаключений немного подавляет первоначальный приступ паники. И хотя сердце по-прежнему бешено колотится в грудной клетке, а в голове неприятно шумит, я умело скрываю тотальное душевное смятение за стандартным бесстрастным выражением лица — и решительно покидаю туалет, проигнорировав обеспокоенный взгляд хренова героя.

— Уэнс, ты точно в порядке? — он нагоняет меня на выходе из аптеки, пытаясь подстроиться под быстрый шаг и заглянуть в лицо. — Мне показалось, я слышал…

— Тебе показалось, — бескомпромиссно отрезаю я, испытывая неуклонно нарастающее раздражение от собственной беспечности.

Oh merda, ну какого же хрена?

Ведь я прекрасно понимала, чем может обернуться секс без нормальной контрацепции — но старательно убеждала себя, что сбитый гормональный фон сможет минимизировать нежелательные последствия. Как оказалось, мой организм куда крепче, чем я предполагала.

В другое время это открытие непременно порадовало бы — но только не теперь.

По дороге в лагерь проницательный Торп предпринимает ещё несколько осторожных попыток завязать разговор — но я ссылаюсь на усталость и для вида прикрываю глаза, отвернувшись к окну. Разумеется, заснуть не удаётся. В голове бурлит водоворот неутешительных мыслей, отвратительный