Ураган страсти - Фиби Конн

Габриель в раздражении топнула ногой.

– Тоже мне, муж! – пробормотала она себе под нос.

Она чувствовала себя до такой степени обманутой в своих лучших ожиданиях, что готова была кричать от отчаяния. Будь она проклята, если подчинится требованию Джейсона и переедет в дом Клейтона, словно какое-нибудь малое дитя, не способное жить самостоятельно! И пусть вокруг никого не будет, кроме животных. Санни был ее самым верным другом в течение многих лет, не подведет и на этот раз.

Только под вечер, усевшись на край постели, она остро почувствовала себя одинокой. Зловещую тишину в доме нарушало лишь завывание ветра за окном, и ей вдруг стало страшно. Интересно, где сейчас Джейсон и вспоминает ли он о ней? Он встал во главе армии, собранной для того, чтобы отомстить за зверскую расправу над его друзьями, и теперь ни за что не свернет с этого пути. Он всегда очень ответственно относился к своим обязанностям, а потому и завоевал ее доверие, когда они встретились впервые. Но ведь рядом, оказывается, так много людей, которые также нуждаются в его поддержке! Неужели таким будет весь уклад их совместной жизни? Одинокая слеза скатилась по щеке Габриель. Похоже, ей много времени придется проводить в одиночестве, и она никогда не сумеет к этому привыкнуть.

На следующий день, ближе к полудню, в дверь ее дома постучал Бо Рамсей. Он застенчиво улыбался, в руках у него была маленькая коричневая коробка, перевязанная красной лентой.

– Я купил в лавке леденцы из кленового сахара, вспомнив, что ты когда-то их любила. Насколько мне известно, Джейсона сейчас нет дома, так, может быть, ты пригласишь меня ненадолго в гости?

– А с чего ты взял, что Джейсона нет? – подозрительно осведомилась Габриель.

– Я сам видел, как он этим утром вместе со своими друзьями покинул Орегон-Сити, – ответил незваный гость. – Я приехал извиниться перед тобой за свое поведение в прошлую субботу. Ну а теперь, быть может, ты позволишь мне войти? Здесь довольно холодно.

Габриель знала Бо всю свою жизнь и, конечно же, не откажет своему лучшему другу в его просьбе.

– Только почему бы тебе сначала не отвести коня в конюшню? Ему тоже нужен отдых.

Бо тотчас отвел своего жеребца в стойло, снял с него седло и уздечку, после чего взбежал на крыльцо к Габриель.

– Пожалуйста, заходи, – любезно пригласила она. – Я приготовлю тебе чай – или ты предпочитаешь кофе?

– Я бы не отказался от чая, если не возражаешь. – Он окинул взглядом просторную гостиную. – Это скорее похоже на жилище торговца мехом, чем на дом простого фермера. Ты уверена, что на самом деле вышла замуж за фермера?

– Нет, – призналась Габриель. – Этот дом принадлежал его родителям. Очевидно, они рассчитывали со временем обзавестись большой семьей, но их надеждам так и не суждено было осуществиться.

Она поставила чайник на плиту и вновь уселась в кресло-качалку.

– Не хочешь ли присесть? Ты можешь пододвинуть один из стульев поближе к камину.

Бо уселся совсем рядом с ней. В ответ на ее пристальный взгляд в его глазах вспыхнули веселые искорки. Он протянул ей коробку с леденцами, и на этот раз Габриель ее взяла.

– Благодарю тебя.

– Ну же, бери. Они очень вкусные. – Он терпеливо ждал, пока она развяжет ленту и откроет крышку. – Помнишь, твоя тетушка как-то раз купила фунт таких леденцов для своего церковного кружка, но предложить их гостям не успела, поскольку мы с тобой съели все без остатка.

– Да. – Габриель тоже рассмеялась. – Бедная тетушка, мы так часто огорчали ее своими шалостями! Впрочем, я думаю, она нас никогда не понимала.

– Как же ты уговорила ее позволить тебе переехать сюда? – поинтересовался Бо.

– Она скончалась прошлой весной. Я покинула Либерти в день ее похорон.

Бо в задумчивости посмотрел на Габриель.