Открой свое сердце - Марина Преображенская

«Стрела» действительно неслась стрелой по пути в Петербург. Дорогой Артур читал «Уиллиса» Джойса в оригинале (поспорил с друзьями, что сумеет одолеть его до конца), а Кароль фон Зиндер спал. Ему снилось что-то необыкновенное, по лицу скользила слащавая улыбочка, а губы слюняво причмокивали, как у младенца, у которого только что отобрали пустышку. Казалось, он вот-вот на освободившееся во рту место пристроит палец.

Артур достал пару бутылок пива. Открыл одну из них и прислонился к столику. За окном мелькали картины среднерусской полосы. Артур смотрел на сменяющиеся пейзажи городов, деревень, обширных полей и перелесков. «Бескрайняя страна, — думал он. — Могла бы сейчас быть частью Германии. Богатой и мощной державой».

Уж его-то правители наверняка придумали бы, что с ней делать, а вот русские… Разгильдяи. Шалопаи, да и только! Артур улыбнулся от удовольствия. Удовольствие заключалось не в самой мысли, она была далеко не новой и даже банальной, а от чувства радости и наслаждения игрой словом.

Он поднял голову и стал наблюдать за плывущими белыми кружевными облаками. И все это могло бы сейчас называться его родиной. В школах изучали бы немецкий язык, и ему не пришлось бы заботиться о знании русского. Хотя… Разве знание такого красивого и интересного языка повредило ему? Ничуть! А какие здесь девочки! Ах, какие девочки! В Германии у него почти не было подружек, здесь же, с какой из них он ни заговорил бы, они просто готовы из кожи вон вывернуться, лишь бы завоевать его расположение.

Артур отхлебнул из бутылки и посмотрел на отца. Он во многом понимал отца, и даже когда однажды застал его с одной русской девицей в положении, весьма откровенно свидетельствующем об их контакте, более тесном, нежели деловые отношения, то и тогда готов был простить ему многое. Многое, только не такое отношение к матери. Порой Артур презирал отца за его непомерно завышенные амбиции, порой даже ненавидел, и всегда понимал, что мама во сто крат чище и светлее его. А что касается семейного бизнеса, то отец давно перестал выполнять свои изначальные функции главы фирмы.

Поезд спешил в царство белых ночей. Артур снова отхлебнул из бутылки и стал будить отца.

С вокзала они сразу же позвонили в один из номеров «Англетера», где остановились Эберты, и договорились встретиться через час в ресторане отеля.

За те месяцы, что они не виделись, глава семьи — Эберт-старший отрастил рыжую бороду и в связи с этим очень изменился. Он стал похожим на смешного гнома: круглое личико, бородка, синие большие глаза, вот только колпака недоставало. Артуру даже показалось, что он уменьшился в росте. Хотя сам Андреас считал, что борода сделала его старше и солиднее. Зато жена его — красавица Хелен сбросила лишний вес и заметно постройнела, похорошела и посвежела. Словно сошла с обложки модного женского журнала. Она так и осталась смешливой говорушкой и первое, что она сделала при встрече, это шлепнула Артура по попке и весело заявила:

— Тебе уже кто-нибудь говорил, что у тебя потрясающе красивые ягодицы?

— Хелен, он же еще ребенок, — состроил строгую мину ее муж, а Хелен, ничуть не смущаясь, возразила:

— Ты был таким же «ребенком», когда впервые соблазнил меня. Ну-ка вспомни! И ты тогда любил напускать на себя очень важный и напыщенный вид, словно ты президент Соединенных Штатов Америки, случайно оказавшийся в нашей провинции.

Все рассмеялись. Андреас громче всех. Борода его при этом забавно дергалась и искрилась медным цветом.