Созданные для любви - Барбара Делински

— Он умный, — сказала Анетт. — И хорош собой.

— И вежлив, — добавила Кэролайн.

— Все это у него есть… — Лиа замолчала, не договорив.

— И не только это, — завершила ее мысль Анетт.

Лиа поморщилась. Достала из ящика стола тесемку, перевязала ею волосы, собрав их в хвост. Распущенные волосы выглядят, может, и неплохо, когда гуляешь по берегу океана, но на кухне они явно неуместны. Лиа мечтала порой о короткой стрижке, но тут же вспоминала слова Джин-ни: «Подумать только, что мы прятали такую красоту». Словно распущенные волосы дочери напоминали Джинни обо всем, от чего сама она отреклась.

У Лиа выступили слезы. Она прижала руку ко лбу и, не поворачиваясь к сестрам, сказала:

—Ну почему в жизни все так сложно?

—Иногда жизнь только кажется сложной, — возразила Кэролайн. — Стоит только разобраться и привести мысли в порядок, и сложное становится простым.

—Ох, не знаю, — выдохнула Лиа. — Я с прошлого понедельника пытаюсь во всем разобраться и навести порядок в мыслях. Впрочем, нет, беру свои слова обратно. Я с прошлого понедельника пытаюсь делать вид, будто ничего особенного не происходит, а сама тем временем увязаю все глубже и глубже.

— В любви? — спросила Анетт.

Лиа вздохнула:

—Наверное.

—И в сексе? — спросила Кэролайн. «Ничего себе вопросик!» — подумала Лиа и кивнула:

—О да! — Невероятно! Куда же мы смотрели все это время? — ужаснулась Анетт.

—Вы спали или ходили по магазинам.

—Ты занималась этим, пока мы ходили по магазинам? — удивилась Кэролайн.

Лиа искоса взглянула на сестру и сказала медленно, выговаривая каждое слово:

—Пока вы ходили по магазинам, мы разговаривали. Гуляли над обрывом. Я наблюдала, как он работает. — Лиа сменила тон и добавила, волнуясь: — Помните, как мама

описывала отношения с Уиллом? У меня такие же с Джессом. Это самое удивительное из всего, что когда-либо со мной происходило, и вместе с тем самое пугающее. Сначала мама и Уилл, потом я и Джесс… В этом есть что-то зловещее.

— А он что говорит? — Ответ на этот вопрос очень ин тересовал Кэролайн.

— Джесс говорит, что это судьба. Он романтик.

— Как Уилл. — Угу.

— А ты как мать.

— Нет!

— По образу жизни ты похожа на нее больше, чем мы с Анетт, — сказала Кэролайн.

— Это только кажется на первый взгляд. — Лиа повернулась к сестрам и взволнованно заговорила, стремясь раз и навсегда покончить с непониманием: — Может, внешне мой стиль жизни и ее похожи, но этим сходство и ограничивается. Мама очень заботилась о том, чтобы сохранить положение в обществе, ей нравилось получать приглашения, нравился ее светский кружок. Она придерживалась условностей. Я — нет.

— Лиа, подумай, как ты живешь! — сказала Анетт.

— Я и думаю. Я не стараюсь произвести на людей впечатление. Если я одеваюсь модно, то только потому, что так было всегда. Хожу по магазинам, потому что делала это всегда. То же самое относится к прическе и маникюру и даже к собраниям всяческих обществ. Это то, чем я привыкла заниматься.

— Но не то, что ты хотела бы делать? — догадалась Кэролайн.

— Это то, чем я занимаюсь. — Лиа не знала, что еще сказать. Ее вашингтонская жизнь была ей знакома и привычна, она знала, чего ожидать, в ее жизни не бывало никаких сюрпризов, она знала, как себя вести.

— Ох, Лиа… — покачала головой Анетт.

— Такую жизнь выбрала для меня мама. — Лиа попыталась навести порядок в собственных мыслях. — Просто я однажды проснулась и зажила такой жизнью.

—А что бы ты предпочла?

Лиа скрестила руки на груди.

—Мне нравится печь. Когда я этим занимаюсь, то чувствую, что делаю что-то нужное, а когда дело сделано, я вижу результат.

— Ну так пеки, в чем же дело? — предложила Кэролайн. — Открой свою фирму по обслуживанию банкетов или ресторан.

Лиа вздохнула:

— Легко сказать, но сделать куда труднее. Я не дипломированный повар, а любитель. И я не хочу садиться за парту, чтобы стать профессионалом, тогда пропадет весь интерес. Я всегда была не в ладах с учебой. Кроме того, в Вашингтоне полным-полно ресторанов и фирм по обслуживанию банкетов.

— Так уезжай из Вашингтона, — предложила Анетт.

— Но мне там нравится! — возразила Лиа, и она не сильно погрешила против правды. По части культурной жизни Вашингтону почти нет равных, к тому же в городе есть поистине прекрасные уголки. Конечно, без толчеи, влажной духоты и скуки она могла бы обойтись.

— Ты любишь Вашингтон и любишь Джесса, значит, от чего-то одного придется отказаться, — рассудила Кэролайн.

— Вот именно! — воскликнула Лиа. То, что ей нужно что-то менять в своей жизни, не было для нее новостью, они не раз и подолгу обсуждали эту тему с Элин, но ей и в голову не приходило, что потребуется полный переворот.

— Останься здесь, открой пекарню, — предложила Кэролайн.

— Ты шутишь?

— Нет.

— Я не могу здесь остаться.

— Почему?

— Я только что все объяснила: мне нравится Вашингтон, и у меня там есть определенные обязанности. Кроме того, теперь, когда мама умерла, мы продадим Старз-Энд.

Кэролайн посмотрела на Анетт.

—Разве мы так решили? Не припоминаю, чтобы мы вообще обсуждали этот вопрос.

—Возможно, стоит обсудить, — сказала Анетт.

Но Лиа почувствовала себя неуютно. Решение судьбы поместья повлечет за собой другие изменения.

— Нет, только не сейчас. По-моему, нам не стоит даже

думать об этом, пока мама не похоронена.

Она повернулась лицом к кухонному столу и взялась за контейнер с мукой.

— Чего ты боишься? — тихо спросила Кэролайн. Лиа оглянулась:

— Ты ко мне обращаешься?

— Лиа, не притворяйся.

Мука снова была забыта. Лиа опять повернулась к сестрам, но отнюдь не собиралась сдавать позиции.

— Ничего я не боюсь. — «Кроме перемен. Кроме неудач».

— Ты говорила, что любишь Джесса.

— А ты говорила, что любишь Бена.

— Ну так я начинаю кое-что переосмысливать. Может быть, и тебе стоит последовать моему примеру?

— Что ты переосмысливаешь? — спросила Анетт.

Лиа тоже хотела бы это узнать, но Кэролайн не дала отвлечь себя от темы.

—Как ты думаешь, мама приняла правильное решение, расставшись с Уиллом?

Лиа пожала плечами:

— У нее был папа, потом появились мы.