Моногамист - Виктория Мальцева

— Три авиабилета с её молдавской дебетной карты эконом классом, вылет через три недели. Более ранние, очевидно, совсем ей были не по карману. Я так понимаю, ты не отправлял свою новую семью в отпуск на родину?

— Нет…

— Что ж…

— Почему я узнаю об этом только сейчас?

— Угрозы твоей безопасности или сохранности твоего имущества нет, твои карты ведь она вернула тебе, денег твоих не тратит, никаких сомнительных передвижений по дому не зафиксировано, в твой кабинет не заходила ни разу…

— Замолчи! Я не желаю этого слышать!

— Как знаешь! Ты звонишь, интересуешься — я отчитываюсь. И ещё кое-что: тебя выслеживает девица на голубом Форде — некая Сильвия Кларксон, риэлтор, знаешь такую? По вечерам дежурит у твоего офиса, дважды пересекала залив на пароме до твоего дома в одном потоке с твоей машиной.

Вот же чёрт… Сильвия…

Sleeping At Last — Already Gone

Сильвия — одна из многочисленных бывших… Имелся однажды в моей жизни такой период, когда мне было настолько на всё наплевать, что я нарушал самим собою же установленные правила, главное из которых — больше одного раза с одной и той же женщиной, которая не жена и не Кристен, категорически нельзя. Нарушения я оправдывал своей убеждённостью в том, что пропитый и прокуренный наркоман не способен заинтересовать кого-либо более серьёзно, нежели сексом на один раз, ну или максимум на одну ночь. Как выяснилось позднее, я жестоко ошибался: заинтересованные нашлись, и первая из них — Ханна. Я не знаю откуда, но у большинства женщин наблюдается одно и то же безумное умозаключение: «Если больше оного раза, значит, мы встречаемся!» Ты ничего не обещаешь, да ты вообще ни о чём таком даже не заикаешься, но автоматически получаешь статус бойфренда в её голове. Она начинает настойчиво звонить, слать СМСки, бронировать столики в ресторане, планировать совместный отдых, а однажды ты даже можешь обнаружить её в своей квартире, наивно хлопающую ресницами и уверяющую тебя в том, что ты сам же подарил ей ключи, просто у тебя провалы в памяти… Ну здесь вполне вероятна истина, провалы в памяти в то время у меня действительно могли быть…

Болезнь стала кардинальным решением проблемы настойчивых девиц, которые тянулись шлейфом невероятной длины с незапамятных времён: отношения, сложившиеся в её голове 4–3 — 2–1 год назад. Сильвия — женщина из категории примерно 2-ух летней давности, если мне не изменяет память. На общем фоне она выделилась тем, что когда я по обыкновению отвечал на домогательства: «У меня острый лейкоз печальной стадии, ухожу в мир иной, отчего вряд ли когда-либо буду доступен для интимного рандеву! Целую и желаю счастья в личной жизни!» — большинство, да нет, почти все тут же отваливали, некоторые из приличия предлагали прощальный визит с апельсинами, но Сильвия вцепилась клещом, рвалась приехать и приезжала, но я всякий раз делал вид, будто меня нет дома. Несколько раз ей удалось поймать меня в даунтауне, чаще всего на вечеринках, имеющих судьбоносное значение для моей компании. Сильвия очень сокрушалась, подмечая ухудшения в моём внешнем виде, худобу и бледность, которые уже не удавалось скрыть, настойчиво навязывала своё общество и моральную поддержку, в которой я вовсе не нуждался. Да нет, нуждался, но не от неё! Потом Сильвия пропала, честно говоря, я даже не заметил этого, но в момент нашей с Лерой отчаянной борьбы за мою жизнь меня вообще никто не беспокоил, чему я несказанно был рад. Слухи о моём крайне плачевном состоянии распространились достаточно быстро, настолько, что я совершенно перестал кого-либо интересовать в любом качестве.

И вот снова Сильвия… Мне было бы совершенно наплевать — таких ситуаций случалось со мной сотни, если бы не Лера. Сейчас Сильвия — прямая угроза моему браку, который и без того хрустально хрупок.

— Да, знаю, я сам с этим разберусь, — отвечаю Пинчеру.

Набираю номер Сильвии, выхожу на террасу, чтобы обеспечить себе приватность, и замечаю Лерин пронзительный взгляд и злорадную усмешку. Она нервно разворачивается и удаляется в направлении детской…

Чёрт возьми, моя жена не просто умная, она слишком, чересчур проницательная! Ей вовсе не нужно видеть, знать или встречаться с Сильвией, чтобы понять, из какого теста я слеплен…

Я физически ощущаю горечь во рту, три билета эконом классом неподъёмным грузом тянут мне шею, под их весом я не хожу, а с трудом ползаю, едва передвигаю свои ноги…

— Сильвия, здравствуй!

— О, Алекс! Не представляешь, как я рада тебя слышать! Так рада, ты даже не можешь вообразить, как!

— Как я понимаю, именно этой радостью ты стремилась поделиться, преследуя мою машину?

— С чего ты взял, Алекс, я…

— Сильвия, у меня есть охрана и безопасность, я не могу не знать о таких вещах!

— Алекс… Я… Давай встретимся?

— Боюсь, это невозможно.

— Почему?

— Я женат и всё свободное время занят своей семьёй.

— Когда тебя это останавливало?

— Многое изменилось, теперь я живу иначе.

— Болезнь так изменила тебя?

— Пусть это будет болезнь… Отчасти именно она и сыграла решающую роль в переменах в моей жизни.

— Но, Алекс! Ты мне нужен! Ты не представляешь как! Ты ведь не знаешь, каково это, любить тебя… Это как болезнь, ничем не хуже твоей, только избавиться от неё нельзя, невозможно…

— Всё возможно, как выясняется, — признаюсь задумчиво. — Сильвия, всё, что я могу предложить тебе — это разговор. Только одна серьёзная беседа, где мы всё с тобой проясним. Расставим все точки, если ты считаешь, что они ещё не были поставлены.

— Когда и где? Или мне выбрать место?

— Место только одно — у меня в офисе. Нейтрально и без провокаций.

— В твой офис попасть нет никакого шанса! Наверх не пропускают, а входом ты не пользуешься! Просачиваешься сквозь стены? Или используешь потайные входы, чтобы не встречаться с бывшими? Пока я ждала тебя, встретила кое-кого в фойе!

— На этот раз тебя пропустят.

— Когда?

— Сегодня пятница… Я буду свободен в четверг в пять вечера. Удобно?

— Что, вот так? Это всё, что ты готов выделить мне после всего, что между нами было? Полчаса рабочего времени в освободившемся на неделе окне?

— У меня семья Сильвия. Двое детей. Я нужен им. Прости, иначе не могу. Так что? Четверг удобен?

— Хорошо, пусть это будет четверг.

Кладу трубку, а у самого в висках лихорадочно пульсируют головной болью три билета. Лера ушла укладывать детей, сегодня увидеть её уже не получится — она вряд ли выйдет. Я один, и тишина, заполнившая дом своей тоскливой тягучестью, меня гнетёт и даже почти убивает.

Ólafur Arnalds — Particles ft. Nanna Bryndís Hilmarsdóttir

Отчаянный страх не справиться самому толкает на весьма странный для меня поступок: обычно я никого не посвящаю в свои сердечные проблемы и сложности наших с женой отношений, но у меня имеется лучший друг, которого Лера как-то прозвала «Вселенской мудростью», и он иногда бывает потрясающе рассудителен в вопросах взаимоотношений мужчин и женщин, особенно тех, которые являются парами. Пишу СМС: