Забыть нельзя, влюбиться невозможно - Алекс Коваль

Утро.

Самое прекраснейшее утро в моей насыщенной жизни.

Открываю глаза, устремляя взгляд в окно: холодная серость и волнение леса. Волны мягко набегают на песчаный берег пляжа, а капли не прекращающегося всю ночь дождя стекают по стеклу.

Сонно улыбаюсь, слегка завозившись в согревающих, крепких объятиях. Вчерашний вечер калейдоскопом картинок проносится в голове. Жених, будущий муж – мой мужчина. Ведь не шутил. Алекс твердо намерен заграбастать себе не только сердце, но и руку и вообще всю меня. «В единоличное пользование», как мне вчера сказали. За пользование, кстати, ему еще пришлось отвечать, так как внутренняя богиня была возмущена и вопила, что она не игрушка, чтобы ей пользоваться. Но «размякшая» в чувствах Даша была, собственно, и не против такой формулировки. Но только если с Александром и если на всю жизнь.

Я растягиваю губы в широкой улыбке, когда мужчина, прижимающийся к моей спине, заёрзал. Руки Алекса уверенно подминают под себя мое податливое тельце, наваливаясь сверху и придавливая к пружинистому матрасу. Губы слегка прикусывают мочку уха и шепчут мне на ушко хриплым то ли со сна, то ли от возбуждения голосом:

- Доброе утро.

- Вот теперь точно доброе, – так же тихо, чтобы не нарушить интимный момент, прошептала я. Потянулась к скулам, покрытым легкой щетиной и с наслаждением обхватила лицо мужчины ладошками.

- Я так понимаю, придется бороду отращивать, да? – засмеялся Алекс. Глаза сияют от счастья. Смотрят с таким трепетом и любовью, что словами не передать.

- Было бы неплохо.

Мы замираем в объятиях друг друга. Нам просто хорошо и так легко. Когда не осталось секретов, не осталось недомолвок. Остались только Даша и Алекс, такие, какие есть – настоящие. И это так потрясающе.

Никогда нельзя строить отношения на лжи.

– Любую проблему можно решить, поговорив, – сказал мне вчера вечером, после бурного примирения, Александр. В силу возраста и опыта он явно в нашей паре был мудрей. И понимаю сейчас: если бы не его жуткая упертость и сильные чувства, то вряд ли бы мы прошли через столько проблем. Прокручивая и анализируя все это в голове, я поняла: с самого начала, с его возвращения в город в июне, он боролся за эти отношения. Хотя в тот момент и сам еще плохо понимал, что происходит.

- Слушайте, Александр Дмитриевич, – извернулась я в попытке поймать сонный взгляд мужчины, – а я что-то не поняла. Почему это ты вчера не встал на одно колено, где мое кольцо, фейерверки и оркестр? – возмутилась я, слегка прикусывая губу, чтобы не рассмеяться в голос.

- А ты, оказывается, ужасно меркантильна, - смешно сморщил нос Алекс, хмуря лоб и расплываясь в хитрой улыбке.

Провалявшись в кровати неприлично долго –  почти до обеда – я до сих пор не могла найти в себе силы подняться. Сумасшедшая ночь, жаркое утро и приятная усталость во всем теле. Честно-честно, даже двигаться лень. Каких усилий стояло Алексу поднять себя и «утащить» в душ, даже представить страшно.

- Даша, позвони родителям, – услышала я из ванной комнаты.

- Зачем? – выгнула бровь, повернула свою ноющее тельце на спину и сладко, с наслаждением, потянулась.

Дверь душевой приоткрылась, из-за угла выглянул Алекс. Нельзя же быть таким... идеальным. Я пробежала взглядом по сильному мужскому телу. Ладошки начало покалывать, а в голове фейерверки счастья.

Мой.

Оказывается, я тоже была той еще собственницей. Просто иначе ощущение такого дикого восторга, что этот красавчик принадлежит только мне, я объяснить не могла.

Вода соблазнительно стекала капельками с мокрых волос, вниз по рельефному торсу и…

- Скройся, пожалуйста, или надень что-нибудь, – пробурчала я, утыкаясь носом в подушку. Ощущая, как притухнувшее было желание снова разливается теплом по телу.

- А что такое? – сделал предельно удивленный тон мужчина и, чтобы окончательно «добить», вышел из ванной комнаты, в чем мать родила.

- Иначе мы не выйдем из этой спальни, сегодня так точно, - зажмурилась я, завозившись на кровати в поисках надежного укрытия.

- Пожалей, – засмеялся негодяй и получил одеялом по упругим ягодицам. – Я, кстати, серьезно, до тебя дозвониться не могут мать с отцом.

- Откуда ты… - округлила я глаза, встречаясь с насмешливым взглядом черных омутов.

Алекс помахал своим мобильным и кинул мне гаджет.

- В последних вызовах есть.

- Я сейчас не поняла. Ладно, мама, но номер отца-то у тебя откуда? – села на постели, подтягивая плед повыше. Нечего голым телом светить. Выдержка дает сбой не только у меня. Проверено ночью.

- Звони, – ухмыльнулся Алекс, закрывая за собой дверь.

Может, я не знаю еще чего-то?

Гудки быстро сменились взволнованным маминым голосом:

- Ну что, Александр, нашел?

- Нет, вы посмотрите на нее, – уже по-настоящему удивилась я, – нашел, мам, нашел.

- Дашуль, ты почему на телефон не отвечаешь? – строго пожурила родительница.

- Я даже не знаю, где он, если честно.

Похоже, я вообще забыла его у Маруси дома.

- Вот никакой ответственности, – вздохнула ма, тут же меняя гнев на милость, – вы помирились?

- А ты ничего не хочешь мне рассказать? Такое ощущение, что я чего-то не знаю.

Подняла себя с кровати и накинула на плечи футболку Алекса. Против он точно не будет. Где мои вещи, вообще без понятия. Не удивлюсь, если где-нибудь в черном внедорожнике валяются. На кой черт мы поперлись в машину ночью, лучше не спрашивайте. И стыдно и горячо от таких воспоминаний.

- Меньше знаешь, крепче спишь, – засмеялась маман.

- Ну, м-а-а-а-м!

Зашла на уютную кухоньку, с размаху распахивая дверцу холодильника. Желудок требовал еды. И срочно. Но вот беда пришла, откуда не ждали. Кладезь продуктов в нормальное время оказался совершенно пуст. Даже мыши повесившейся там нет. Видимо, гормоны совсем затопили разум, и я совершенно забыла, что здесь мы вчера оказались спонтанно. Я так точно.

Вечером заказали доставку из местного ресторана, а сегодня у них выходной. Выживайте, как хотите. Хорошо хоть администрация базы отдыха предоставляла кофе и чай в каждый домик. Негусто, но уже что-то.

- Ладно, я так понимаю, от тебя Алекс узнал, где меня искать? Маруся – кремень. Точно не сдала бы, – помахала я укоризненно головой, хоть мать этого и не увидела.