Дикари - Шеридан Энн

Собравшись с духом, дилер опускает бокал на бедро и смотрит на парней, обводя взглядом круг, минуя меня и возвращаясь к Роману, и, наконец, берет инициативу на себя.

— Итак, что все это значит? — спрашивает он. — Я предполагаю, что вы не часто приглашаете своих дилеров на позднюю выпивку.

Роман выдыхает и откидывается на спинку кресла.

— Ты прав, — говорит он, его взгляд опускается к содержимому его бокала, когда я замечаю Дила и Доу, бегущих по двору, словно только сейчас осознавших, что мы здесь. — Нам не нравится пускать людей в нашу жизнь. Мы всегда были скрытными людьми, однако твои навыки распространения привлекли наше внимание, и поэтому у нас есть к тебе предложение.

Его брови взлетают до линии волос, и он смотрит на Романа, разинув рот, как будто не может поверить в то, что слышит.

— Предложение? — спрашивает он со вздохом облегчения в голосе. — Я думал, это из-за того, что я пропустил нашу встречу на прошлой неделе.

— Мы еще вернемся к этому, — говорит Роман с мрачным намеком в голосе. — А пока давай обсудим, что ты можешь для нас сделать.

Улыбка растягивает его губы, когда он наклоняется вперед на своем кресле, а пламя костра отбрасывает мерцающие лучи света на его лицо.

— Я слушаю.

Роман на мгновение замолкает, когда Дил и Доу подходят и садятся рядом с нами, небрежно наблюдая за огнем, к ужасу дилера. Его глаза расширяются от страха при виде огромных волков, но он держит рот на замке, ожидая услышать все, что, блядь, Роман может ему предложить.

— Ты произвел на меня впечатление умного человека, — начинает Роман, неся полную хрень, начав с комплимента. — Поэтому я уверен, что ты слышал, как шепчутся о том, что моего отца собираются сместить.

Его брови снова взлетают вверх.

— Я, эээ, нет. Я этого не слышал.

Роман кивает.

— Что ж, считай, что теперь ты в курсе, — говорит он, прежде чем продолжить. — Мои братья и я возьмем на себя управление семейным бизнесом, а это значит, что произойдут некоторые изменения.

— Как я должен вписаться в эти изменения? — Спрашивает он. — Я всего лишь уличный дилер.

— Ты подаешь надежды, — признает Роман. — Твоя способность распространять продукт не похожа ни на одну другую, которую мы видели… По крайней мере, за последнее время. Захват бизнеса нашего отца означает, что мы заберем его запасы, и нам понадобится кто-то, чтобы распространить все это.

Дилер наблюдает за Романом прищуренными глазами, и я вижу, как в его голове вращаются шестеренки.

— О каком количестве продукта идет речь? — Спрашивает дилер. — У меня не так много связей в этой отрасли. Я не уверен, что смогу продавать еще больше.

— Даже за солидную премию?

В его глазах вспыхивает интерес, и он, воспользовавшись моментом, опрокидывает в себя то, что осталось в его стакане.

— Я имею в виду, что это работа на полную ставку. Для того, о чем вы меня просите, мне понадобится доступ к самолетам, машинам, контейнерам для перевозки грузов.

Роман кивает, понимая, как работает контрабанда наркотиков.

— Это не проблема, — говорит он. — Возможно, ты мог бы использовать те же самые, которые ты использовал, работая на моего отца.

Он слегка прищуривает глаза, но затем старается совладать с собой.

— Я, хммм. Прошу прощения? Твоего отца? Я никогда не встречался с твоим отцом.

Роман усмехается и встает, взбалтывая содержимое своего стакана. Он начинает расхаживать за креслом, и я наблюдаю, как дилер сосредотачивается на каждом его шаге.

— Знаешь, что меня по-настоящему бесит? — спрашивает он, останавливаясь, чтобы встретиться с испуганным взглядом дилера. — Змеи. Лжецы. Отморозки-дилеры, которых мой отец внедрил в мою жизнь с намерением поиметь меня.

Парень встает, яростно качая головой и поднимая руки вверх, изображая невинность.

— Клянусь, я не понимаю, о чем ты говоришь. Я всего лишь дилер. Не более того.

Глаза Романа сверкают.

— А я всего лишь бизнесмен, не более.

Дилер бледнеет, слишком хорошо зная, что Роман намного больше, чем просто бизнесмен — они все нечто большее.

— Послушай, — начинает он. — Я не знаю, где ты мог услышать что-то подобное. Кто-то явно мстит мне и хочет увидеть, как меня убьют, возможно, конкурент. Я знаю, что дилеры Джии Моретти недовольны тем, что я забрал их клиентов.

Роман смеется.

— Ты думаешь, Джиа угрожает дилер, зарабатывающий на краденом товаре жалкие десять, может, двадцать тысяч в неделю? Ты еще больший дурак чем я думал. — Роман опирается на спинку освободившегося кресла и устремляет свой жесткий взгляд на дилера, в то время как волки стоят рядом с ним. — Мы были на складе прошлой ночью. Мы видели тебя собственными гребаными глазами. Ты сам подписал себе смертный приговор.

Бокал выпадает у него из рук, а перед глазами проносится вся его гребаная жизнь, и он наконец понимает, что наебывать Джованни — это одно, а наебывать его сыновей — совсем другое дело.

Роман обходит свое кресло, и Маркус с Леви встают, преграждая дилеру путь к отступлению, хотя Дил и Доу стоят рядом, и он не успел бы сделать и шага, как они набросились бы на него.

Маркус обходит спинку моего кресла и наклоняется вперед, обхватывая рукой мое горло, пока его губы скользят по чувствительной коже моей шеи. Его большой палец совершает нежные круговые движения, скользя прямо по артерии на моем горле.

— Когда сомневаешься, — говорит он мне, в его тоне нарастает глубокое, порочное возбуждение. — Всегда целься в артерию.

Меня пронзает дрожь, и я сажусь чуть прямее, широко раскрыв глаза.

Роман встает перед дилером, его взгляд более смертоносный, чем я когда-либо видела.

— Ты знаешь, что случается с теми, кто пытается нас обмануть? С теми, кто замышляет и планирует наше уничтожение? — он делает паузу, позволяя своим словам осесть. — Они умирают от наших рук, их глотки вырывают прямо из тел.

Мужчина таращится на него, и в последней отчаянной попытке спастись заносит кулак назад и наносит удар прямо в лицо Роману, но ничто не может сравниться с рефлексами Романа. Он ловит кулак мужчины в свою руку, когда тот оказывается в нескольких дюймах от его челюсти.

Дилер задыхается, его охватывает страх, когда он выдерживает жесткий взгляд Романа.

— Доу, — требует Роман.

И как только