Месть Красного Дракона - Элис Кларк

– Черт, Ники, да я и подумать не мог, что ты не в курсе! – во мне тоже начинала закипать злость. Вопрос только: на себя или же на девчонку?

– Убирайся, – сказала она гораздо более тихим тоном с абсолютно отрешенным видом.

– Что? – руки сжимались в кулаки. Как смела она прогонять меня из-за чистейшей правды?

– Уходи из моего дома, – указала она на дверь, – и из моей жизни тоже.

– Ты совершаешь большую ошибку, Николетта, – я пытался говорить спокойно, но все равно походило на рычание, – тебе не удастся всю жизнь прятать голову в песок. Рано или поздно реальность обрушится на тебя. И тогда, в одиночестве, справиться с ней будет сложнее.

– Пошел вон! – гнула она свою линию и даже не собиралась слушать меня.

Что ж, пусть разбирается с этим сама. Если я прав касаемо нашей схожести, в ее голове уже поселилось сомнение. Самокопание быстро взрастит его до нужных размеров, и девчонка начнет искать ответы. Тогда и прибежит ко мне сама.

– Ладно. Когда придешь в себя, ты знаешь, как меня найти, – перед самым выходом я обернулся. Она провожала меня все еще влажными от слез глазами. – Скажу только одно, Николетта, подумай сама: какой смысл мне тебе врать?

Не дожидаясь ответа, я покинул особняк семьи Кейн.

Глава 25. Марк Уоллс. Лос-Анджелес

Кажется, у нас наметился прогресс. Стив через своих связных в Сан-Диего узнал, что тот злосчастный фургон остановился на территории одной из местных банд. Внутри оказались коробки с оружием. Нашим оружием, выкраденным со складов. Первая плохая новость – если они начнут массово сбывать товар на территории Сан-Диего, это привлечет внимание Совета, а значит, придется раскрывать карты и признавать, что у нас все не так гладко, как хотелось бы. Вторая – мы все еще не придумали способ, как можно незаметно проникнуть на их территорию, не спровоцировав конфликт интересов. Третья – человеку Стива удалось подслушать разговор между парнями, что приехали на этом фургоне, и главой банды. Из его содержания мы убедились, что одна из целей неизвестных – смещение «Драконов». Они пообещали протекцию и сотрудничество главарю, что приютил их у себя. Четвертая, не менее удручающая новость, – Роджера Кобса мы так и не нашли. Либо он тоже был в том злосчастном фургоне, либо сбежал из города. Но была и хорошая весть – связному удалось сделать фото двух парней из фургона.

– Мы уже прогоняем их физиономии по базам, но пока совпадений нет, – Стив рассматривал снимки, сидя на диване в моем кабинете.

– Разошли копии, предупреди всех парней, чтобы были настороже. Если увидят кого-то похожего на нашей территории, пусть тут же сообщают.

– Адам уже работает над этим.

Оставалось надеяться, что наши действия хоть к чему-то приведут.

– Кстати, поздравляю! – повеселевший тон Стива сбил меня с толку, и я уставился на него в немом вопросе. – Ну, с освобождением от Кэмпбелла, – поспешил объяснить он, – и от его дочурки.

– Черт, и ты туда же. Да с чего вы все взяли, что свадьбы не будет?

Стив нахмурился.

– Ты в своем уме, Марк? Зачем тебе это? Ладно, допустим, Сандра – горячая штучка, я бы сам с ней закрутил. Но жениться на кой черт? Хочешь еще одной девушке жизнь сломать?

Как же я устал бороться с этим самостоятельно. Надеясь услышать слова поддержки, решил поделиться со Стивом. Он не Дэниел, не станет горячиться. Стив поймет. В конце концов, у него за плечами имелась своя, не менее трагичная история.

– Брак накладывает обязательства. Он послужит сдерживающим фактором.

– Тебе нужен не сдерживающий фактор, а хорошая встряска мозгов, брат, – Стив прошел к моему столу и облокотился на руки так, чтобы заглянуть мне в лицо, – я уже говорил это, но повторю снова. Просто отпусти прошлое. Подумай сам, Томас любил тебя, как сына, а Николетта – его родная кровь. Думаешь, он бы пришел в восторг от того, во что превратилась жизнь его самых дорогих людей?

Забыть? Стив не понимал. Такое забыть невозможно.

– Я устал, Стив. Устал бороться. Но я не могу ее впутывать. Со мной Ники…

– Да-да-да, – перебил он, оттолкнулся от стола и принялся расхаживать по офису. И голос его становился все громче, – с тобой она в опасности. Я слышал эту хрень миллион раз. И подобные мысли – самая большая глупость в твоей жизни. Томас бы желал видеть вас счастливыми.

– Мы этого никогда не узнаем.

– Ты просто должен ей открыться. Он бы…

– Тебя там не было, Стив, – заорал я на друга, не выдержав очередного потока нравоучений, – ты не знаешь, что это такое – вновь и вновь прокручивать в воспоминаниях тот гребаный день.

– В случившемся нет твоей вины, Марк. Я устал тебе это повторять.

– Не будь я настолько ослеплен своими чувствами, Томас был бы жив.

– Мы не можем знать наверняка. Но в чем я точно уверен – ты так глубоко погряз во лжи, прежде всего самому себе, что только чудо тебя вытянет из этой трясины. И только с твоим содействием. Все, что тебе нужно было сделать еще тогда, – рассказать Николетте правду. Начиная с истинной причины смерти Томаса Кейна.

Правда бы ее уничтожила. Как Стивен не мог понять? Все эти годы продолжал твердить мне одно и то же: будь с ней честен, откройся, поговори, перестань винить себя. Он просит невозможного.

– Стив, ей было шестнадцать. Как мог я окунуть ее в это дерьмо? Она не должна сталкиваться с нашим миром. Все, чего я хотел, чтобы Ники продолжала радоваться жизни. Не опасаясь, что однажды кто-то может на нее посягнуть.

– И что в итоге вышло? – друг одарил меня горькой усмешкой и взглядом, полным разочарования: – Вы оба скорее существуете, чем живете.

Возможно, подсознательно я понимал, что он прав. Но сожаление – коварная тварь, зажимающая в тиски, из которых крайне сложно вырваться. Цепкие когтистые лапы воспоминаний впиваются в сознание и при любом удобном случае напоминают о себе, унося назад, в прошлое, которое уже не изменить.

Томас Кейн не был слепым и прекрасно видел, в какой момент наши с Николеттой отношения перетекли из братско-сестринских в романтические. Он практически сразу недвусмысленно дал понять, что не позволит втянуть ее в преступный мир. И если я намерен, как и планировалось, занять свое наследное место во главе Драконов, мне нужно