Небесные всадницы - Керри Лоу

Натин, прихрамывая, отступила на несколько шагов, затем, громко ругаясь, взобралась в седло. Когда она выпрямилась на Малгерусе, Эйми поняла, что злая усмешка, которая обычно была на её лице, исчезла. Возможно, боль заставила её на мгновение забыть о том, как сильно она ненавидит Эйми. Или, как надеялась Эйми, совместная борьба с Воинами Пустоты заложила основы их дружбы.

— Мне всё ещё жаль расставаться с тобой, — сказала Эйми, и она не шутила. На лбу Натин выступили капельки пота, а руки дрожали.

— Убирайся отсюда, уродина, пока тебя не охватило желание броситься обниматься, и мне не пришлось тебя ударить, — слова были злыми, но в них не было силы. — И, Эйми, ты тоже выглядишь как грозный воин, — добавила она.

Эйми улыбнулась, снимая защитные очки. Из-за дополнительного веса Воина Пустоты Джесс потребовалось больше взмахов крыльями, чем обычно, чтобы взлететь. Это стало проще, когда они набрали достаточную высоту и смогли поймать тепловой поток, взмывая высоко в небо. Посмотрев вниз, Эйми с радостью увидела, что Малгерус тоже взлетел, его огромные оранжевые крылья сверкали на солнце. Потянув Джесс за левый рог, Эйми повернула их на юг.

Солнце поднималось в небо, подчёркивая дикую красоту пейзажа. Эйми едва замечала это, всё её внимание было приковано к горизонту. Она всё время желала, чтобы караван появился, чтобы он был ближе, чем она предполагала. Потребность попасть туда была подобна веревке, обвязанной вокруг её груди, другой конец которой был в повозке, и кто-то сматывал его.

Внезапно Джесс дернулась в сторону, и взмахи её крыльев замедлились. Это было так неожиданно, что Эйми подпрыгнула и соскользнула набок в седле. Воспоминания о том, как она упала и как её спасла Яра, промелькнули в её голове, когда она выпрямилась, сердце бешено колотилось в горле. Джесс снова начала размеренно хлопать крыльями, но тут же зарычала, и Эйми почувствовала, как напряглись мышцы её дракона.

— Что случилось, девочка? — спросила Эйми.

Она почувствовала, как Джесс пошевелила ногами, и поняла, что Воин Пустоты, должно быть, пришёл в себя. Сквозь рёв ветра она услышала скрежет его нагрудника о когти Джесс, когда он извивался. К её облегчению, Джесс удержала извивающееся существо. Она знала, что в какой-то момент он очнётся, но не знала, как снова безопасно вырубить его. Она надеялась, что, зажатый лицом вниз в когтях Джесс и со скованными ладонями, он не сможет сбежать. Она понятия не имела, убьёт ли падение с неба этого неестественного человека, полного огня.

Она продолжала лететь, несмотря на то что её рука постоянно пульсировала, а пальцы левой руки так онемели, что она поняла, что всё ещё держит рог Джесс, только взглянув на него. Джесс тоже устала. Взмахи её крыльев стали медленнее, почти как у человека, волочащего ноги, и она старалась скользить так часто, как только могла. Она летела всю ночь и была ещё не совсем взрослой; у неё не было силы взрослого дракона. Эйми чувствовала усталость Джесс, но та не сдавалась, продолжая лететь. Она действительно послала волну сочувствия по поводу их связи.

Трава и вереск тундры, казалось, заполонили весь мир, потому что это было всё, что Эйми могла видеть. Она хотела подтолкнуть Джесс прибавить скорости, но знала, что её дракон близка к изнеможению. Она тоже была на грани истощения. Она совсем не спала прошлой ночью и чувствовала себя измотанной как физически, так и эмоционально. Весь адреналин от борьбы выветрился. Перед глазами у неё всё расплывалось, и несколько раз она чувствовала, как кивает головой, и в испуге просыпалась, боясь заснуть и выпасть из седла. Боль в её руке пульсировала в такт сердцебиению, но она не останавливалась и не плакала. Только она и Натин знали, какой страшной опасности подвергались совет и Всадницы, и на ней лежала ответственность за их спасение.

Наконец, она заметила яркие брезентовые колпаки на повозках каравана. Повозки не двигались, но все палатки были опущены, что означало, что они могут тронуться в путь в любой момент, направляясь прямо к приближающейся армии монстров.

Эйми заметила движение в небе над лагерем. Это была ещё одна Всадница, и фиолетовые крылья означали, что это была Лиррия. У Эйми внутри всё сжалось. Она лихорадочно огляделась по сторонам. Не слишком ли поздно прятаться? Это было… Лиррия заметила её. Эйми с ужасом наблюдала, как Миднайт приближается к ней по небу.

— Где, чёрт возьми, ты была, сверкающие искры? — крикнула Лиррия, как только оказалась на расстоянии крика. — И где Натин? Вы двое пропадали полночи. Я искала вас и даже не позавтракала. Я подумал, что, может быть, ты была идиоткой и каким-то образом заблудилась.

Миднайт обогнула Джесс, затем, взмахнув крыльями, полетела вперёд, чтобы лететь бок о бок с ней. Воин Пустоты выбрал этот момент, чтобы снова начать сопротивляться. Джесс зарычала, и Эйми почувствовала раздражение своего дракона.

— Искры Кьелли, кто он такой? Полумесяц, что ты наделала?

Эйми настроилась на то, чтобы рассказать о Воинах Пустоты, но она не смогла бы повторить это дважды.

— Я отведу его в совет, — сказала она, не глядя на Лиррию. — Я объясню им, и тогда ты сможешь это услышать.

— Что, чёрт возьми, происходит, Полумесяц?

— Прекрати называть меня так! — Эйми закричала, а Джесс зарычала.

— Эй, что с тобой не так?

Эйми не сводила глаз с повозки, потому что если бы она сейчас посмотрела на Лиррию, то расплакалась бы.

— Твой брат спросил тебя, вместе ли мы, и ты ответила «нет», — сказала Эйми.

— Что? Моему глупому младшему брату не обязательно знать, с кем я сплю.

— Дело не только в твоём брате. Ты никому не хочешь признаться, что спишь со мной.

— Это никого больше не касается.

В голосе Лиррии звучала настоящая защита, и Эйми по-прежнему не поворачивалась, чтобы посмотреть на неё.

— Ты бы скрывала наши отношения, если бы у меня было другое лицо? — спросила Эйми.

— Эй, ты мне нравишься, Эйми, и нам вместе весело.

Эйми заметила, что Лиррия не ответила на вопрос, и поняла, что у её возлюбленной это очень хорошо получается. Каждый раз, когда Эйми просила о любви, уважении или понимании, Лиррия отмахивалась от неё пожатием плеч, улыбкой или поцелуем. Эйми почувствовала, как слёзы защипали ей глаза. Если она сейчас заплачет, защитные очки, вероятно, запотеют и ослепят её.

Цепи Воина Пустоты зазвенели, когда он попытался освободиться, и этот звук заставил Эйми отвлечься от душевной боли. Они были почти над караваном. Она разглядела разноцветные лоскутные плащи городских