Серебряная ведьма - Сьюзен Кэррол

– Нет, но он в надежном месте. Хотела вернуть его тебе при встрече.

– Я не возьму его, – резко произнес он, с трудом сглотнул и попытался улыбнуться. – Что, моя Лунная дева? Похитив мое сердце, ты хочешь отобрать у меня еще и надежду?

– Мой дорогой друг! – Мири приложила ладонь к его щеке. – Я знала давным-давно, что никогда не стану такой, как ты хочешь. Но мне было так одиноко, я была так несчастна, мне очень нужна была твоя дружба. Однако это не оправдание. Никогда не надо было давать тебе надежду. Я поступила с тобой очень плохо.

– Нет! – возмутился он, схватив ее за руку и поцеловав ее. – Теперь не лучшее время обсуждать это. Мы оба устали и расстроены, говорим не то, что думаем. Ты права, я всегда где-то в поисках приключений. Но… но я изменюсь, постараюсь остепениться, клянусь. Уверен, король достаточно ценит меня и предложит хорошую должность при дворе, и тогда мы сможем жить во дворце. Или в прекрасном доме в Нераке..

– О Мартин! – простонала Мири.

Он по-прежнему не слушал, что она ему говорила, и не унимался.

– Не надо ничего решать прямо сейчас. Главное – увезти тебя из этого ужасного места.

Схватив ее за руку, он потащил ее к лошади, словно собирался усадить в седло и увезти. Ему бы даже в голову не пришло, что у нее есть своя лошадь и в доме остались вещи, пока они не оказались бы за много миль от этого места. Он даже не обратил внимания на то, что она пыталась вырваться от него.

– До Парижа недалеко. Успеем к утру. Надо посоветоваться с одним банкиром относительно денег, которые придется тайно переправить в Наварру. Потом я смогу организовать нашу поездку обратно в По.

Мири уперлась каблуками в землю.

– Я никуда не собираюсь уезжать. Ты забыл, почему я поехала с Симоном? Надо решись вопрос с Серебряной розой.

– Предоставь охотнику на ведьм заниматься этой колдуньей. Это его обязанность, не так ли? И возможно, если нам повезет, они друг друга прикончат.

– Мартин! – Она высвободила руку. – Это и моя обязанность. Ты забыл, кто я?

– Ты та, кого я боготворю, единственная и неповторимая, ради кого я живу.

Мири тревожно вздохнула:

– Я еще Дочь Земли и одна из сестер Шене острова Фэр. И в отсутствие Арианн я в ответе за то, чтобы разыскать Серебряную розу и не дать ей сотворить новое зло.

– Хорошо-хорошо. После того как отвезу тебя домой, я займусь этой ведьмой.

– Ты вообще слушаешь, о чем я говорю? – возмутилась Мири. – Никуда ты меня не отвезешь. Ты не должен в это вмешиваться. Возвращайся в Париж и займись делами короля…

– Оставить тебя здесь наедине с человеком, которому не доверяю? С тем, у кого подозрительная склонность… принимать роды у коров? Не уверен, моя дорогая.

Они упрямо уставились друг на друга, два человека с сильной волей, но Мартин снова понял, насколько решительно она настроена.

– Прекрасно! – Он закатил глаза, театрально воздел руки, сдаваясь. – Если хочешь охотиться на ведьм, можешь охотиться. – Его губы печально сжались. – Сомневаюсь, что смогу убедить тебя справиться без помощи месье Циклопа. – Мири нахмурилась, резко вздохнув, но он протянул руку, предостерегая ее. – Не стоит. Это было всего лишь предположение, совершенно разумное и нормальное, как мне показалось, но вижу, что ты от этого не в восторге, как и я.

Она сжала его руку и честно сказала:

– Мой дорогой друг, ты очень умный и храбрый, один из храбрейших, кого я знаю. Но сомневаюсь, что Симон захочет, чтобы ты к нам присоединился. Особенно после сцены в конюшне. И, если честно, я бы сама не выдержала, чтобы вы оба снова были на ножах.

– Клянусь, этого не повторится. Если он сможет сдержать себя, я тоже сумею, – запротестовал Мартин с видом оскорбленной невинности. – Ты меня знаешь, Мири. Я повинуюсь каждому твоему желанию. Если моя Лунная дева прикажет, то буду обращаться с этим подлым ничтожеством, словно он мой брат. Мы будем как… как Каин и Авель.

Мири вернулась в конюшню, растирая лоб. От попытки убедить Мартина уехать у нее стучало в висках. Она забыла, каким упрямым мог быть ее друг. Он захотел остаться, несмотря на то, разрешит ему Симон или нет. Даже если придется поставить шатер на пороге дома.

В конюшне все успокоилось. Ив и конюхи ушли, оставив Симона одного. Он был в стойле Элли и, склоняясь, осматривал ее передние ноги. Опасаясь, что Элли поранилась, когда металась по стойлу, Мири подбежала к ним и воскликнула:

– Симон, что такое? Элли ранена?

Несмотря на то? что Симон напрягся при ее появлении, он даже не взглянул в ее сторону. Закончив осмотр Элли, он коротко сказал:

– Нет, похоже, что у нее все в порядке.

– А что Ив?

– С ним все хорошо. Отослал его к маме.

– А… а ты?

– Я тоже в порядке.

Когда Симон выпрямился, Мири подумала, что все не так уж хорошо, как он говорил. Она не ждала, что он обрадуется приезду Мартина, и даже допускала, что он все еще сердится. Это было бы гораздо лучше, потому что теперь он выглядел замкнутым и чужим. Губа от удара Мартина распухла, но, когда Мири попыталась осмотреть рану, Симон отвернулся от нее.

– Позволь мне приложить примочку к ране.

– Сам справлюсь.

– Уверена, справишься, но…

Мири замерла, потрясенная суровым выражением его лица. Учитывая то, как он обнимал ее перед появлением Мартина, контраст в поведении Симона сильно ранил ее. Элли была гораздо более приветливой, тихонько фыркнув и ткнувшись в нее мордой.

Погладив бархатистый нос лошади, девушка произнесла:

– Симон, сожалею о том, что случилось. Я… я не представляла себе, что Мартин здесь появится и будет вести себя подобным образом. Не могу выразить, как я благодарна тебе за то, что ты не принял его вызова.

– Я же сказал, что никогда больше не причиню тебе боль, – сухо произнес он. – После всей моей лжи тебе настало время сдержать хотя бы одно из своих обещаний.

– И все же понимаю, как трудно было тебе сдержаться, когда Мартин вел себя так вызывающе. Для меня это было гораздо важнее, чем ты думаешь. – Она нервно облизала губы и продолжила: – Уверена, Мартин извинился бы перед тобой, если бы не был таким ужасно гордым и упрямым. Он бы хотел… хотел бы…

– Спасти тебя от меня? Я именно этого и ожидал, что он приедет и заберет тебя домой, но теперь слишком поздно для путешествия. Скоро настанет утро. Обещаю потерпеть твоего суженого, пока он здесь.

Симон вышел из стойла и ушел, будто тема была закрыта. Вздрогнув, Мири поспешила за ним.

– Я Мартину не суженая и не собираюсь быть ею. Если бы я была его суженой, неужели ты думаешь, я бы целовала и обнимала тебя? За кого ты меня принимаешь?