Брянский капкан - Александр Харников

Известие о том, что «Североморск», находящийся на 120-метровой глубине и движущийся с 25-узловой скоростью, вышел на связь с Москвой, стало для короля и королевы еще одним чудом из будущего. Впрочем, многое передумав за ночь, в этот момент король был собран и деловит. Он решил, что в любом случае, пусть и на вторых ролях, но Великобритания должна остаться в числе держав-победительниц. И он, король Георг VI, должен сделать для этого все возможное. Если в ТОТ РАЗ Альянс смог победить Гитлера и без помощи свыше, то теперь, несмотря на измену английского парламента, разгром фашистской Германии уже предрешен. И наступит он куда быстрее, чем в сорок пятом году. Залогом тому были последние полгода, ставшие действительно победоносными для Красной армии.

В первую очередь королю была зачитана радиограмма советского вождя Сталина, в которой тот поздравлял королевское семейство с благополучным избавлением от опасности и выражал надежду на дальнейшее сотрудничество. В ответной радиограмме король поблагодарил советского лидера за свое спасение и подтвердил, что, несмотря на все произошедшее, он и дальше продолжит борьбу с общим врагом. Потом королю была дана возможность отправить радиограммы в британские посольства в Москве и Вашингтоне, Главнокомандующему флотом Метрополии адмиралу Тови в Скапа-Флоу, на Гибралтар, на Мальту, и генералу Монтгомери в Александрию. Как оказалось, «посланцы» были прекрасно осведомлены как о необходимых для связи радиочастотах, так и о британских военных и дипломатических кодах.

Назначив адмирала Тови исполняющим обязанности Первого лорда Адмиралтейства и главнокомандующим Королевским военно-морским флотом, король приказал ему вывести все подчиненные ему силы в Гибралтар, Рейкьявик, Мурманск, словом, куда угодно – хоть к черту на кулички – лишь бы подальше от Британских островов. Несмотря на то что в результате предательства Метрополия пала, война с Гитлером продолжается.

Ответ адмирала был короток:

– Есть, сир. Выполняю ваш приказ.

Сеанс радиосвязи был закончен. Где-то там, наверху, на борту самолета Пе-8 бортрадист Низовцев, получив сообщение о конце связи, передал его командиру воздушного корабля подполковнику Пусэпу, после чего тяжелый самолет лег на обратный курс и начал сматывать висящую за хвостом антенну. Задание партии и советского командования было выполнено.

27 мая 1942 года, утро. Кабинет сэра Арчибальда Мола Рамзи в здание Парламента

Присутствуют:

спикер Палаты общин капитан Арчибальд Мол Рамзи;

глава Британского Фашистского союза сэр Освальд Мосли.

– Вот так все и произошло, сэр Освальд, – закончил капитан Рамзи свое повествование.

Сэр Освальд Мосли выглядел элегантно, словно он только что вернулся из театра, а не из тюрьмы, где просидел два года. Впрочем, он уже шепнул кое-кому, что относились к нему в Холловелле совсем неплохо, и жил он если не в роскоши, то вполне комфортабельно.

– А нас освободили без пальбы, – улыбнувшись, сказал он. – Увидев ваших буров, охрана побросала оружие и распахнула ворота. А когда мы уезжали, они даже выстроились в две шеренги и отдавали нам честь. Но, как я уже слышал от рейхсляйтера, с его освобождением проблем тоже не было. Тамошние охранники разбежались, оставив предусмотрительно ключи. Так что, когда сломали ворота, остальное было, как говорится, делом техники. Да, неплохо у вас получилось с бурами. Только вот мне кажется, что ребята они грубые и неотесанные – типичные колониалы.

– Так оно и есть, – кивнул капитан Рамзи.

– И мне кажется, – Освальд Мосли задумчиво повертел в воздухе пальцем, – что принятые утром законы об их независимости, а тем более о передаче им государственного имущества были явно излишни. Вы согласны со мной?

– Вы совершенно правы, сэр Освальд, – улыбка капитана Рамзи стала еще шире. – Хотя нам и пришлось воспользоваться услугами именно этих буров, но, насколько я слышал, эти ребята – их элита. И самое место для них – на Восточном фронте, вместе с другими колониальными войсками. Рано или поздно большинство из них там перебьют большевики…

– А мы за это время отменим эти чересчур поспешно принятые законы, – продолжил сэр Освальд. – Вы, по вашим же словам, лично знакомы с кем-то из них. Надеюсь, вам не будет их жалко?

– Этот, как там его, Гроббелаар? – хмыкнул капитан Рамзи. – Вы не представляете себе, сэр Освальд, какая он деревенщина. Даже портвейна не захотел, предпочел свое пиво. Нет, я не буду оплакивать ни лично его, ни его людей. Как не оплакивал я тех, кого русские перебили в Букингемском дворце. Мавр сделал свое дело, мавр может уходить.

– Они что, еще и негры? – удивился Освальд Мосли.

– Да нет, сэр Освальд, – ответил капитан Рамзи, – внешне они вполне белые. Но жизнь среди негров сделала их ничуть не лучше последних. Так мне, по крайней мере, кажется.

– А что, если эти буры опять восстанут? – спросил Освальд Мосли.

– О-о, – поднял вверх палец капитан Рамзи, – пусть только попробуют. Тогда мы сможем воспользоваться опытом наших немецких друзей. Гетто, лагеря уничтожения… Зато алмазы и золото останутся нам.

– Рад, сэр Арчибальд, – кивнул Освальд Мосли, – что мы с вами одного мнения. А что, кстати, с посольствами?

– Русское штурмовали буры, – сказал капитан Рамзи, – но никого там не нашли. Вообще никого. При этом они потеряли четырех человек убитыми и бог весть сколько ранеными от взрыва искусно поставленной минной ловушки. Французы, норвежцы, чехи и поляки уже являются нашими гостями в роскошной Вандсвортской тюрьме.

Сказав это, Рамзи усмехнулся – эта тюрьма считалась наихудшей в Лондоне.

– Никакие дипломатические конвенции на них не распространяются, – продолжил он, – ведь самих этих стран давно уже нет. Напротив, американское посольство пока окружено, и их послу вручена нота о том, что Британская империя не намерена продолжать войну со странами Оси и надеется, что Соединенные Штаты Америки точно так же прекратят борьбу с этим странами. А мы готовы служить посредниками в мирных переговорах между ними, Германией и Японией.

– А что с прессой? – спросил Освальд Мосли.

– Мы направили буров на Флит-стрит и к Би-Би-Си, – ответил капитан Рамзи, – после чего мои люди посетили каждую редакцию. Вы не поверите, как эти журналисты лезли вон из кожи, для того чтобы нам понравиться. Мои люди теперь будут проверять все газеты и все радиопередачи. А все евреи и другие журналисты, которых мы подозреваем в неблагонадёжности, уже находятся в том же Вандсворте. Все телефонные коммутаторы и телеграф тоже под нашим контролем. В других городах, конечно, далеко не все хорошо, но наши ребята контролируют как газеты, так и радиопередачи. Ни одного тревожного сигнала пока не поступало.

– Хорошая работа, старина, – кивнул Освальд Мосли. – Жалко только, что мы упустили Георга с его семейкой. Боюсь, что Америка и Россия могут и далее признавать его как легитимного короля. Что вам известно об их местонахождении?