Подмененная - Виктория Холт

Я решила, что пока ничего не буду предпринимать.

Нужно все обдумать. Я никогда больше не останусь с ним наедине. Возможно, в будущем возникнут осложнения, потому что он — брат жены моего отчима. Более того, его семья владеет домом, который мы собираемся покупать.

С самого начала я сделала глупость, поверив ему.

Мне следовало помнить о разговоре в таверне, после которого он решил добиться меня силой. Я действительно оказалась наивной, и это было самым унизительным. Он устроил ловушку, а я бездумно попалась в нее.

Жан-Паскаль может сказать, что я сама заманила его, а потом испугалась и обвинила его в насилии.

Бабушка с дедушкой и Патрик поверят мне, но, когда происходят такие вещи, у кого-то всегда остаются сомнения и недоверие.

Как мне все-таки повезло благодаря Белинде и Люси!

Когда мы пошли в спальню с огромной кроватью, мне стало дурно. Казалось, эта пытка никогда не кончится.

Стоя во дворе, Жан-Паскаль наблюдал за тем, как мы садились на лошадей. Я старалась не смотреть на него. Он сказал:

— Очень любопытный сегодня выдался денек. Жаль, что он так рано завершился.

Произнося эти слова, он вновь цинично усмехнулся.

Я развернула лошадь. Когда мы с девочками и Стаббсом въезжали во двор Кадора, я все еще продолжала благодарить Бога за свое чудесное избавление.

* * *

В мои эйфорические мечтания проникло зло. Этот дом перестал быть волшебной мечтой. Я чувствовала себя несчастной и не знала, что делать.

Если я расскажу о случившемся, это положит конец нашим отношениям с семейством Бурдонов и между мной и Селестой возникнут ужасные осложнения.

Неизвестно, что предпримет Бенедикт, узнав о случившемся.

Поверят ли они, если я расскажу им правду?

Я все еще не знала, что предпринять, когда произошло нечто столь ужасное, что уже ни о чем другом я и думать не могла.

Это случилось в следующую пятницу в шесть часов вечера. Я была одна в спальне, все еще размышляя об этом ужасном событии, когда ко мне вошла встревоженная Ли. Я сразу поняла, что произошло нечто серьезное.

— В чем дело, Ли? — с тревогой спросила я.

— Мисс Белинда… ее нет дома…

— Нет дома? Так где же она?

Ли покачала головой:

— Я не знаю. Люси говорит, что она пошла отнести что-то Мэри Келлоуэй. Люси предложила подождать до утра, но она сказала, что пойдет сейчас. Речь идет о какой-то книжке.

— И она не вернулась?

Ли опять покачала головой.

— Тогда надо немедленно начать поиски.

Я бросилась к двери и спустилась вниз. В холле была бабушка. Я сказала ей:

— Белинда пропала…

— Что?! — встревоженно воскликнула бабушка.

— Ли говорит, что она вышла куда-то и до сих пор не вернулась.

— Одна… в такое время?

— Я не знала о том, что она ушла, — сказала Ли. — Я никогда не отпустила бы ее одну. Люси говорит…

— Где Люси?

— Люси! — крикнула я.

Со стороны лестницы донесся голос Люси.

— Быстренько сюда, Люси.

Она подбежала, запыхавшаяся и напуганная.

— Куда ушла Белинда?

— Отнести книжку Мэри.

— В такой час?

— Я сказала, чтобы она подождала до утра, а она не согласилась.

— Когда это было?

— Ну, может быть, час назад или больше. Около пяти.

— Нужно пойти в деревню, — сказала бабушка; — Пусть сообщат мистеру Хансону. Возможно, придется послать людей на поиски.

В этот момент в холл ворвалась Белинда. Она подбежала ко мне и бросилась в мои объятия. Ее платье было разодрано, а на лице и ладонях застыли кровь и грязь.

— Ой, Ребекка! — кричала она. — Это было ужасно. Он напугал меня. Он был страшный, жуткий… на себя непохожий. Я не знала, что делать. Я сопротивлялась и кричала… но там никого не было, а он держал меня… я не могла вырваться.

— Кто? — воскликнула я.

На лице бабушки появился ужас. Я сказала:

— Белинда, все уже в порядке. С нами ты в безопасности. Больше нечего бояться. Успокойся и расскажи, что случилось.

— Я относила книжку Мэри. Я сказала, что отнесу с утра, но я ее еще днем посмотрела. Это произошло около пруда. Сначала там не было никого, а потом я увидела его. Он поздоровался, сказал, что я красивая девочка и что он любит маленьких красивых девочек.

Вначале все было хорошо, а потом он повалил меня…

Мне стало дурно. Она уткнулась лицом в мое плечо:

— Он был совсем другой, Ребекка. Я его не узнавала. Когда я лежала на земле, он начал задирать мне юбку. Она вся разорвалась…

Я гладила ее по голове, приговаривая:

— Все в порядке. Теперь все в порядке.

— А потом я его ударила… ударила изо всех сил.

Вскочила и побежала… я бежала до дома, не останавливаясь.

Появился дедушка. Он был бледен. Я никогда не видела его в таком гневе.

— Ты знаешь этого человека, Белинда? — спросил он.

Она кивнула, но не могла говорить из-за рыданий.

— Кто это? — потребовала ответа бабушка.

— Это был… Патрик, — сказала Белинда.

* * *

Оглядываясь назад, я воспринимаю все это как серию кошмарных снов, из которых я отчаянно пыталась выбраться. Но никакого выхода не было. Я встретилась с этим ужасом наяву и сознавала, что допускаю его реальность.

Я не могла поверить в то, что это Патрик. Разве он, такой добрый, мягкий, вежливый, заботливый, мог вести себя подобным образом? Тем не менее, доказательства были у меня перед глазами. Я слышала страшный рассказ Белинды о случившемся, видела страх в ее глазах.

Мысли о случившемся не давали нам спать этой ночью.

Я твердила свое:

— Не могу поверить в это. Просто не могу.

Бабушка говорила:

— Я тоже. Но ребенок так уверенно говорит. Откуда бы ей знать о таких вещах, если бы она сама не пережила этого? Может быть, какое-то мгновенное безумие?

— Нет! — кричала я. — Только не Патрик.

Я думала о своей недавней встрече с Жан-Паскалем.

В общем-то, когда Белинда начала рассказывать свою историю, я сразу же вспомнила о нем, и только когда она упомянула имя Патрика, на меня обрушилось сознание беды. Наверное, это был самый страшный момент в моей жизни.