Темная страсть - Ларисса Айон

Кайнан стиснул кулаки.

— Скажи мне, почему я должен идти без борьбы.

— Ты знаешь, что каждый военный, подвергшийся нападению демона, тщательным образом проверяется СРП.

Да, знает. Кай прошел целую уйму тестов и сдал кучу анализов, прежде чем военные отпустили его к эгисам.

— И что?

— Появились новые технологии, и мы еще раз прошли старые тесты. — Эрик на секунду опустил глаза, потом снова поднял их и в упор посмотрел на Кайнана. — В твоих кое-что всплыло. Подозрительный ген.

Сердце Кайнана ушло в пятки.

— Только не говори, что это демонский ген, Эрик. Только. Не говори. Этого.

— В том-то и суть, Кай. Мы считаем, это что-то другое.

— Что? Шейпшифтер?

Эрик покачал головой:

— Код другой. Я не знаю этот заковыристый технический термин. Я всего лишь мускульная сила.

— Проклятие, да не тяни же ты!

— Падший ангел, Кайнан. Мы думаем, на какой-то ветке твоего семейного дерева сидит падший ангел.

Кайнан не хотел даже думать об этом.

— Падшие ангелы — демоны.

— Не всегда. Возможно, это такой ангел, который еще не вступил в Шеол. Падший ангел, но не вполне демон.

Кайнан подумал о Ривере, падшем ангеле, работающем в больнице. Он пребывает как раз в этом промежуточном состоянии, хотя Кайнан понятия не имеет почему. Парень никогда не говорит об этом. Насколько Каю известно, никто не знает историю Ривера… как он пал и почему не попал в Шеол.

Это слишком уж невероятно и, должно быть, ошибка. Наверняка. Но как бы сильно ему ни хочется возмутиться и назвать все это чушью, он должен сохранять спокойствие. Результаты анализов могут быть ошибочными, но если нет, он должен знать, чем это для него чревато.

— И чего СРП хочет от меня? — спросил он охрипшим голосом. — Поясни.

— Надо взять еще анализы. Провести исследования.

— То есть опять будете копаться и ковыряться во мне.

Эрик этого не отрицал.

— Ничего подобного никогда раньше не было.

Да, и Кайнан не вчера родился. СРП не посылает вооруженный отряд, чтобы схватить кого-то для обследования.

— Что еще?

Жилка на лбу парня запульсировала, и Кайнан понял, что это козырная карта Эрика, которую он должен разыграть только в самом крайнем случае.

— Иисусе, надеюсь, это не какое-нибудь дурацкое пророчество. Потому что они никогда не имеют смысла и никогда не сбываются…

Он осекся, встретившись с серьезным взглядом Эрика.

— Это больше чем пророчество, Кай. Мы говорим о некой тайне библейского масштаба. И ты можешь стать ключом.

— Ключом к чему?

— К концу света, — мрачно изрек Эрик. — Армагеддону.

Эта «бомба» Эрика сотрясла Кая до основания. Голова его дернулась назад, и с минуту он стоял как вкопанный, слишком ошеломленный или испуганный, чтобы говорить, двигаться или дышать. Наконец, когда легкие начали гореть, он втянул воздух и попытался взять себя в руки.

— Дай мне минуту.

Подкашивающиеся ноги понесли его в кухню.

Джем встретила его с глазами на мокром месте и дрожащим подбородком. Она все поняла.

— Ты уходишь.

— Да.

Невозможно было ничем смягчить удар. Хотя он и не ожидал, что это так больно. Только-только начал он приводить в порядок свою жизнь, только-только рана наконец-то затянулась, как все снова полетело в тартарары. И хоть он и не готов поверить Эрику на слово, но игнорировать это нельзя.

— Мне очень жаль, Джем.

Он поцеловал ее, вложив в этот поцелуй все свои чувства. И ушел.