Вкус нашей ненависти - Джули Дейс

– Ни одной.

Резко оборачиваюсь и чуть ли не бьюсь о грудь Джейка.

– Так и знал.

– Что?

– Ни одной встречи.

– Я не поеду к тебе. Забудь об этом. У тебя два варианта: остаться тут или уехать одному.

– Так думаешь только ты.

Оглянуться не успеваю, как повисаю на его плече. Джейк подхватывает юбку, блузку, туфли и сумку, следом за чем дверь закрывается. В моих руках ежедневник, которым приступаю бить его по спине и говорить всё, что крутится на языке, но парень непреклонен. В итоге: приземляюсь на задние сиденья, куда он силой усаживает.

– Каждый раз тебе говорю, и скажу ещё раз: остынь.

С этими словами он выезжает на дорогу и буквально летит, обгоняя машины. Мне становится страшно, но вместе с этим, кровь моментально становится горячей. Сжимаю кожу сиденья и плотно сдвигаю челюсть, скрипя зумами. Моё отчаяние скоро обернётся криком. Чувствую себя птицей, запертой в клетке. Свобода манит и зазывает, но плен кажется таким сладким, от него тяжело отказаться. Я до сих пор жду, что всё пройдёт, утихнет и обороты начнут сбавлять скорость. Но назло мне, они лишь прибавляют ритм.

Вечер завершается тем, что моя одежда оказывается в разных сторонах квартиры, наполнение сумки разлетается по полу, а мои ноги обвивают талию парня. Как только его ладони начинают скользить по талии, закрываю глаза и забываю обо всём на свете. Футболка издаёт треск, когда Джейк срывает её и отбрасывает в сторону. В ответ проделываю то же самое с его одеждой. Поцелуи чередуются с укусами, и я жмурюсь, когда он поднимается по шее и следом прокладывает дорожку по линии подбородка. Одно мгновение, как губы накрывают мои. И я отвечаю с тем же рвением, что и он. Абсолютно теряю связь с реальностью и обвиваю руками шею Джейка. Невозможно удержать стон, вылетающий изнутри, когда язык соприкасается с его. Легкая щетина царапает подбородок, но сознание в такой агонии, что всё кажется приятным дурманом. Одно движение его руки поднимает меня к изголовью кровати, вслед за чем слетают остатки одежды и рвётся обёртка.

За первой рвётся вторая.

И третья.

В завершение оказываюсь сверху. Довольная ухмылка, с которой он бросает вызов, лишь дразнит и заводит. Борюсь с ней дурным методом, кусаю губу парня и жду, что он разозлится, но Джейк начинает смеяться. Сжав талию, он запускает пальцы в волосы на затылке и тянет их назад, оставляя поцелуи на подбородке. В ответ впиваюсь пальцами в его плечи и выкрикиваю имя.

– Черт, Ребекка, – рычание у уха заставляет продолжить, чтобы прийти к обоюдному завершению.

Острое жжение пронзает голову, словно волосы вырывают на живую, но даже такая боль кажется сладкой.

– Можешь ненавидеть меня всю жизнь, – шепчет он, застыв в одном положении с тяжёлым дыханием.

Без сил падаю на подушку и сворачиваюсь под одеялом, всё тело кажется ватным, едва получается промямлить:

– С тебя завтрак в постель.

Слушаю его хриплый смех, который медленно затухает так же, как закрываются глаза от усталости.

Солнечные лучи пробираются и светят прямо в лицо, заставляя пробудиться. Каждая косточка в теле ноет и отзывается болью, стоит только сделать движение, но заставляю себя подняться силой. Соседняя сторона кровати пуста, это к лучшему. Я плетусь к ванной комнате, попутно благодаря проектировщика, который сделал её как дополнительный подарок к спальне.

Душ не помогает оживить сознание и утихнуть боль. Тело продолжает ныть, прося ещё немного отдыха. Отказываю ему в возвращении в кровать. Перебираю ногами к двери, что ведёт в гостиную и застываю в пороге.

Я наблюдаю за тем, как Джейк ловко справляется с ножом, будто стал его частью и, если сейчас подкинуть хотя бы один листик шпината, он в воздухе разрежет его на мелкие кусочки и ещё до того, как они приземляться на поверхность столешницы, образуют нечто невероятное. Я никогда не видела человека, который увлечен своим дело целиком и полностью. В моих глазах восторг и не иначе, как сердечки. И тогда меня осеняет полное понимание ужаса происходящего. Это был хороший секс, но не сейчас. Сейчас я чувствую всё по-другому, легко догадаться, по какой причине. Это то, что пугает.

Расправляю плечи и делаю несколько шажков назад, после чего разворачиваюсь и направляюсь обратно, попутно скидывая полотенце. Я наспех натягиваю белье, поверх которого дрожащими пальцами застёгиваю пуговицы на блузке и засовываю край под ткань юбки. Быстро собираю волосы в пучок, пытаясь замотать их с помощью того же локона, но они непослушно рассыпаются по плечам. Черт с ними. Сейчас в тренде небрежность.

– Если у меня нет провалов в памяти, то вчера ты требовала завтрак в постель, – парирует Джейк, стоя в пороге комнаты и наблюдая за мной.

Стараюсь не встречаться с ним глазами, ища взглядом сумку и туфли, которые раскиданы по углам.

– Я должна идти, – быстро нахожу оправдание своему бегству. – Забыла про встречу.

– Ты смотрела, у тебя сегодня полностью свободный день.

– Я ошиблась. Это новые клиенты.

– Ладно, – слишком покорно соглашается он, когда я сую ноги в туфли. – Давай встретимся после твоей встречи.

– После неё я должна всё подготовить.

– Ты даже не знаешь, нужно ли будет что-то готовить. Они могут выбирать между агентствами.

Продолжаю упрямо избегать его взгляд.

– От меня ещё никогда не отказывались клиенты.

Уже хочу пройти мимо парня, но он легко закрывает проход, выставив руку прямо перед моим лицом, ещё немного, и на лбу мог остаться синяк.

– Думаешь, я поверю в ту хрень, что ты сейчас выдумываешь?

Это моментально заводит и поджигает фитиль бомбы. Я наконец-то нахожу его взгляд. Джейк и глазом не ведёт, в упор смотря на меня.

– Ты открывала вчера ежедневник при мне. У тебя нет никакой встречи.

– Потому что я не записала! – настойчивей произношу я. – Дай мне пройти, иначе из-за тебя будет первый клиент, который откажется от меня.

Джейк ещё несколько секунд смотрит в мои глаза, и я выдерживаю зрительный бой, после чего, он убирает руку, освобождая проход. Я почти бегу, спотыкаясь на ровном месте, пока он вышагивает следом.

– У тебя нет никакого клиента, дело в другом, – говорит он.

– У тебя пара секунд, чтобы рассказать за меня.

– Ты боишься.

– Чего? – фыркаю, сбрасывая в сумочку всё, что вчера успело вывалиться на пол.

– Что это не просто секс, как ты его называешь. До тебя дошло сейчас.

Поднимаю глаза и свожу брови, вместе с тем, рука застывает в кармане сумки. Я смотрю на него снизу-верх, и не будь сейчас диалог в подобном тоне, он мог шутить про то, что я ползаю перед ним на коленях. На его губах даже нет усмешки, которая хотя бы могла подсказать, что он думает об этом.