Невеста супергероя - Вероника Ева

— Не-ет, — законючил Август и подался вперед, вновь оплетая ее руками. Он попытался затянуть ее обратно в кровать, но Лив упрямо подалась вперед и, высвободившись, подскочила к шкафу.

— Всего один экзамен. Я скоро вернусь. Если у тебя нет дел, можешь подождать меня здесь, — растеряно лепетала она, с головой зарывшись в своих вещах. И только после вспомнила, что нужные ей джинсы сейчас скорее всего валялись под кроватью. Там, куда их вчера затолкал Август.

Усевшись на кровати, Август наблюдал за ней с каким-то отрешенным интересом. Как будто смотрел на нее, но мысленно был где-то еще.

— Знаешь, когда я впервые увидел тебя в том кафе, примерно так и представлял твою комнату. Розовое девчачье безумие. А еще я думал, что у тебя обязательно должна быть такая маленькая собачка на тонких ножках. Типо чихаухуа, — Лив раздраженно фыркнула, спешно собираясь и больше не смотря в его сторону.

— Ага. А еще я лью слезы над плакатом Джастина Бибера, собираю наклеечки с маленькими котятками и пою в расческу перед зеркалом, — выползая из-под кровати с найденными джинсами, она раздраженно уставилась на парня. — Ты же в курсе, что эта комната уже была такой, когда я сняла дом, да?

— Это я и хотел услышать, — игриво хохотнул Август. — Просто хотел сказать, что за все то время, что знаю тебя, ошибался в тебе целую кучу раз, — удивительно, как быстро его смешливые глаза могут стать задумчивыми. — И рад, что ошибался. Черт… — Август смущенно взъерошил волосы и возвел глаза к потолку. — Так, все, ты на меня тоже не очень хорошо влияешь. Иди уже на свой экзамен, а я пока постараюсь перестать вести себя, как влюбленный придурок.

Лив заливисто засмеялась, наблюдая за сменой эмоций на его лице. А он заметно раскраснелся. Ей нравилось все это. Нравилось видеть его таким. Ей нравилась и та, кем она становилась рядом с ним. Поэтому, несмотря на то, что она ужасно опаздывала, ей не удалось удержаться от того, чтобы обнять его за голову и прижать на мгновение к своему животу.

— А мне так нравится, — прошептала она и, больше не оглядываясь, выбежала из комнаты.

***

Чтобы не опоздать окончательно, ей пришлось вызвать такси. В ожидании машины, она скользила взглядом по улицам в поисках мотоцикла или машины Августа, но так и не нашла их.

Как назло, ее машина попала в небольшую пробку. Поэтому она со всех ног влетела в аудиторию, где уже полным ходом шел экзамен. Благо это был ее любимый предмет — классическая литература. Да и преподавателю она всегда нравилась. Поэтому ей не пришлось особо оправдываться. Быстро усевшись на свободное место, Лив начала готовиться к ответу на билет.

И все бы ничего, если бы в ее мыслях не творился такой кавардак. То, что случилось вчера до сих пор не укладывалось в голове. Она чувствовала себя, как на американских горках — медленный подъем вверх, затем резкий спуск, снова подъем, не менее резкий… А что дальше?

Одно она знала точно. Вчера она захлопнула толстенную книгу своей прошлой жизни, оставляя в ней абсолютно все. Превращая «вчера» в историю. И со сладостной истомой открыла новую книгу, страницы которой были девственно чисты.

Боялась ли она заглядывать в будущее теперь? Нисколько. Отношения с Августом научили ее, что, если жить в постоянном страхе за то, что будет, можно превратить в кошмар и свое настоящее. Нет, она больше не будет бояться, что его силы снова вернутся, что в один прекрасный день он может просто не вернуться с одной из своих миссий, что и ее саму однажды могут зарезать за углом пара-тройка нацистов… Нет, так жить нельзя. Она счастлива. Черт возьми, теперь она действительно, до дрожи в коленях и испарины на ладошках счастлива.

Поэтому, сдав наконец дурацкий экзамен, она выпорхнула из аудитории, намереваясь поскорее вернуться домой. В надежде, что Августу не пришлось убегать на очередной срочный вызов. В надежде, что она снова сможет дотронуться до его колючих волос.

С этими воодушевляющими мыслями она и пробиралась сквозь толпы студентов, которых сегодня, во время сессии, было особенно много. Она уже видела выход, обгоняя группу младшекурсников, когда кто-то стремительно приблизился к ней сзади и по-хозяйски закинул руку ей через плечо. Первой безумной мыслью было:

«Марк?»

— Ну, как экзамен? — Немного растеряно повернув голову, она увидела Августа. Как не в чем не бывало, он обнимал ее за плечи, другой рукой сжимая сэндвич с курицей, который грозился вот-вот развалиться на части. Уже гораздо медленнее он повел ее дальше, сливаясь с потоком. На его носу снова появились очки, а на шее шарф.

— А ты как тут оказался? — Вскинула брови она. Август наигранно насупился.

— Звучит грубовато, тебе не кажется? — Протянул он, закатывая глаза. — Вообще-то, я здесь из-за этого, — Август открыл рот пошире и с нескрываемым наслаждением откусил добрую половину от сэндвича. — У тебя в холодильнике вообще ничего не было. Вообще. Я не шучу. Чем ты питаешься?

— И что, кафе рядом с моим домом тебя не устроили? — Уже по-доброму хихикнула Лив и, кажется, немного покраснела. А тем временем они успели выйти на улицу. Август продолжал крепко сжимать ее плечо, отчего ее даже не пробрал озноб на улице, как это обычно бывало.

— Слушай, иногда ты становишься зануднее Ами, — фыркнул Август, облизывая мизинец, на который упала капля соуса и доедая сэндвич. — Почему бы просто не кинуться мне на шею, Лея? Знаешь, тогда я мог бы замолвить словечко за твою конкурсную работу нашему «научному сообществу».

— А я могу замолвить словечко Ами о том, как ты ее назвал, — рассмеялась Лив, запустив замерзшую ладонь под его толстовку. В месте, где ее пальцы коснулись теплой кожи, выступили ощутимые мурашки.

— А ты умеешь вести переговоры, — ухмыльнулся Август и вздрогнул. — Ай! Холодная.

— Что я слышу, — искренне удивилась она. А тем временем они уже подошли к знакомому ей байку, припаркованному у дороги. — Куда мы поедем?

— В лабораторию, — вмиг посерьезнел Август, протягивая ей шлем. — Ты же не против? Ребята очень соскучились по тебе. Знала бы ты, как все ненавидели меня, когда ты ушла! Даже сильнее, чем Нико.

Август не соврал. В месте, которое успело стать ей домом, ее встретили так, будто она отсутствовала не каких-то пару недель, а год или два. Не меньше. Ами, мягко улыбнувшись, по-матерински прижала ее к груди и не отпускала до тех пор, пока до них не добралась Грейс, беспардонно вытеснившая Алую, и