Неукротимые удовольствия - Сюзанна Райт

Доминик перестал отвечать на звонки женщины, взбешённый её постоянным вмешательством. Миле пришлось признать, что это было своего рода облегчением — ей не особенно нравилась мысль о том, что он дружит с женщиной из своего прошлого, но она бы смирилась с этим, если бы упомянутая женщина была хорошим другом, который хотя бы немного поддерживал его отношения с Милой.

Было искушение закончить разговор, но кошачье любопытство взяло верх.

— Шарлин. Привет.

— Ты в порядке, милая?

Мила моргнула от её нежного тона.

— Да, прекрасно.

— Сегодня утром я увидела в интернете фотографии Доминика, несущего тебя по улице. Ты была такой бледной, и казалось, что у него на руках кровь. Там было краткое упоминание о том, что он был частью группы людей, которые преследовали перевёртыша. Что случилось? Я пыталась дозвониться Доминику, чтобы спросить его об этом, но звонок перешёл на голосовую почту. Он там, с тобой?

Итак, подождите, лиса звонила в надежде поговорить с ним через Милу? Эта сучка была чёртовски под кайфом? Подавив желание приказать Шарлин прекратить попытки связаться с ним — что позволило бы Шарлин точно узнать, насколько это разозлило Милу, она ответила:

— Не в данный момент.

— О. — Возникла неловкая пауза. — Я, эм, я хотела извиниться за то, что сказала. За то, что предупреждала тебя, что Доминик не подарит тебе «Долго и счастливо». Похоже, я была неправа. Мне не следовало делать предположений. Не стоило вмешиваться. — Её голос звучал искренне несчастным, но Милу это не убедило.

У Милы вертелся на кончике языка вопрос, почему Шарлин считала, что её это должно волновать в любом случае.

— Извинения приняты. — Ха, такая ложь.

Шарлин вздохнула, как мне показалось, с облегчением.

— Спасибо. Я надеюсь, он перестанет злиться на меня. Я не хочу терять его как друга. Мы всегда были близки и поддерживали друг друга в трудные времена.

Что ж, у Милы сложилось не такое впечатление от Доминика.

— Я знаю, что, должно быть, казалась стервой, но я просто не думала, что его интерес к тебе продлится долго. Ты не в его обычном вкусе, и ему довольно быстро становится скучно. Это была чёртовски хорошая идея — разыграть недотрогу, чтобы он увидел в тебе что-то интересное. Молодец!

Румянец гнева окрасил щеки Милы. Её кошка взмахнула хвостом, обнажив клыки.

— Ты намекаешь, что он со мной только потому, что я с ним играла?

— Нет, я просто имею в виду, что это был хороший подход. Большинство девушек просто бросаются на него. К сожалению, это, вероятно, не изменится, даже если он отметил тебя. Это просто заставит их подумать, что он, наконец, готов остепениться, и они будут рассматривать тебя как конкурента…

— Я справлюсь с этим, — отрезала Мила.

— Справиться с чем? — спросил голос у неё за спиной.

Резко обернувшись, Мила увидела, что Доминик пристально смотрит на неё, его плечи напряжены.

Он подошёл к ней.

— Кто это?

— Шарлин.

Помимо того, что его чёртовски раздражало, что женщина из его прошлого позвонила его паре — особенно та, которая, казалось, намеревалась встать между ними, Доминик сказал:

— Ну, поторопись и закончи разговор. У меня есть что можно съесть. На самом деле…

Он поднял Милу, бросил её на кровать и раздвинул ей ноги.

Мила сглотнула, когда Доминик уткнулся носом в её складочки.

— Эм, Шарлин, мне нужно идти.

— Подожди, я надеялась поговорить с Домиником.

Подавив стон, когда он лизнул её расщелину, Мила сказала:

— Она хочет поговорить с тобой, GQ.

— Я занят.

Он схватил её сотовый, закончил разговор и уткнулся лицом в её сердцевину. Прошло совсем немного времени, прежде чем она кончила сильно и громко, сжимая бёдрами его голову.

Рухнув на кровать рядом с ней, Доминик притянул её ближе и уткнулся носом в шею.

— Мне нравится, что ты пахнешь мной.

Чувствуя, как его член пульсирует рядом с ней, Мила сделала мысленную заметку позаботиться об этом, как только почувствует свои ноги.

— Чего хотел Трей? Пирсон ведь не написал ещё одну статью, не так ли?

— Нет. В сети есть фотографии, на которых я несу тебя по улице. Тот же человек, который писал статьи для Пирсона, связался с Треем, попросив его прокомментировать фотографии, заявив, что хочет узнать нашу сторону истории. Трей отшил его, но он хотел рассказать мне об этом с глазу на глаз.

— Хорошее решение Трея. Журналист сильно настроен против перевёртышей, поэтому, вероятно, исказил бы всё, что сказал ему Трей. Шарлин только что упомянула фотографии.

— Она звонила, чтобы поболтать с тобой ещё о чем-нибудь?

Кошке Милы понравилась угроза последствий в его голосе, хотя она могла бы сама позаботиться о лисе.

— Она извинилась за вмешательство раньше. Сказала, что сделала это только потому, что я не в твоём обычном вкусе и тебе легко становится скучно, но это прозвучало скорее как предупреждение, чем попытка оправдать её действия.

Стиснув зубы, Доминик прищурился.

— Она пытается поколебать твоё доверие ко мне.

Мила кивнула.

— Она сказала, что беспокоится, что потеряет вашу дружбу. Утверждает, что вы двое были близки и помогали друг другу в трудные времена.

Он нахмурился.

— Ну, это чушь собачья.

— Да, я так и думала. Она также похвалила меня за то, что я играла в «труднодоступную» — она думает, что так я тебя «завоевала». Затем она указала, что девушки будут продолжать вешаться на тебя, рассматривая меня как соперницу — они подумают, что метка, которую ты оставил на мне, указывает на то, что ты готов к отношениям.

Доминик выругался.

— Я бы позвонил ей и устроил ей порцию дерьма, но у меня такое чувство, что она хочет, чтобы я ей позвонил. Что она намеренно разозлила тебя, чтобы спровоцировать меня на разговор с ней, поскольку я не отвечал на её звонки.