Аутсайдер - Оливия Каннинг

— Ты мой старший, михо, — сказала она. — И у тебя прекрасная девушка. Женись на Рейган и сделай свою маму счастливой. — Она протянула руку и погладила его по щеке. — Разве ты не хочешь сделать маму счастливой?

— Рейган не хочет детей.

Его мать совершенно не знала, что они расстались почти на год, хотя все это время оставались друзьями и соседями по комнате. И теперь, когда они снова были вместе с дополнительным романтическим партнером, о детях не могло быть и речи. Это напомнило ему, почему он проделал такой долгий путь, чтобы увидеть ее в первую очередь.

— Все женщины хотят детей, — настаивала мама. — Мы ничего не можем с этим поделать. Дай Рейган время. Когда-нибудь они ей понадобятся.

Итан надул щеки, его сердце бешено колотилось от дурного предчувствия. Он понятия не имел, как она отреагирует на то, что ей скажут, что он бисексуал и безнадежно влюблен в мужчину и женщину. С таким же успехом он мог бы покончить с этим побыстрее.

— Мама, мне нужно кое-что...

Зазвонил дверной звонок, а затем раздался громкий стук в парадную дверь.

— Мама! Естас бьен? — Более громкий стук. — Мама! Открой дверь.

— В чем его проблема? — Спросила мама, вставая со стула и выходя из кухни. Итан последовал за ней, чтобы посмотреть, почему его брат бесится на пороге.

Когда она открыла дверь, Карлос спросил:

— Почему ты открыла дверь без пистолета?

— Я знала, что это был ты, тонто.

— Чья машина стоит на твоей подъездной дорожке?

Несмотря на скоропалительные вопросы, мама не потеряла самообладания.

— Она принадлежит очень красивому мужчине, который пришел в гости. — Она прижала растопыренную руку к горлу и захлопала ресницами.

— О, правда? Только педик будет ездить на голубом «Жуке».

— Давно не виделись, — сказал Итан, стараясь не позволять вульгарности брата беспокоить его. У Карлоса все еще было круглое юношеское лицо, хотя бородка под нижней губой была новой. Как и бандана, сделанная из золотого платка. Цвет сразу же вызвал тревожные сигналы в мозгу Итана. Неужели его брат вступил в банду? Карлос казался необычайно заинтересованным в безопасности их матери, и если его глупость подвергла маму риску, то Карлосу нужно было беспокоиться не о наемных сотрудниках правоохранительных органов. Это был его старший брат.

— Кьэ онда, геу! — Карлос подтолкнул маму в сторону, чтобы он мог войти в дом, заключить Итана в свободные объятия и с энтузиазмом похлопать его по спине. Итан похлопал в ответ. — Когда ты сюда добрался?

— Меньше часа назад.

— Ты ездишь на «Жуке»? В здешних краях парня пристрелят и за меньшие преступление, чем это.

— Это аренда.

— Это не заставляет меня чувствовать себя лучше по этому поводу.

— Пойдем, — сказала мама. — Я покормлю вас обоих, пока вы будете наверстывать упущенное.

— Где Хуан? — спросил Итан, следуя за своим братом и высматривая дополнительные признаки принадлежности к банде. Карлос был одет в черную майку, но на ней не было изображений корон или каких-либо характерных надписей. Итан не видел никаких черных с золотом бусин или бандитских татуировок, а у Карлоса не было выбритых бровей. Так что, возможно, он не был связан с бандой. Итан молился, чтобы его подозрения оказались неверными. Одна золотая бандана еще не означала, что он убийца, не так ли?

— Хуан внизу, в Ларедо. У него там женщина, — сказал Карлос, плюхаясь на стул за кухонным столом.

— Женщина, которую он никогда не приводит на встречу со своей мамой, — сказала мама, сворачивая лепешки из теста, которому она позволила отдохнуть.

— Это сложно, — сказал Карлос и ухмыльнулся, потирая нос тыльной стороной ладони.

— Почему ты не привел Рейган, Итан? — спросила мама.

— Она на гастролях еще две недели, — сказал Итан.

— Ты все еще не сказал маме, что вы двое расстались? — спросил Карлос. Итан пнул брата по голени под столом, и Карлос съежился, прежде чем пнуть Итана в ответ.

Мама повернулась, чтобы пристально посмотреть на своего старшего сына.

— Что? Почему ты мне этого не сказал?

Итан поднял обе руки в знак капитуляции.

— Мы снова вместе.

— Я думал, она сейчас трахается с тем симпатичным парнем-рок-звездой. — Карлос наклонился ближе и прошептал, чтобы мама не услышала. — А ты по боку.

Карлос видел таблоид? Дерьмо.

— Это сложно, — сказал Итан. Эй, если бы такое расплывчатое оправдание сработало для Хуана, то наверняка сработало бы и для него.

— У Рейган появился новый мужчина? — Спросила мама, озабоченно нахмурив брови.

И да, и нет. Тьфу. Почему Карлосу пришлось появиться до того, как он объяснил свою ситуацию матери? Он хотел оценить ее реакцию на эту новость, прежде чем решил рассказать что-либо остальным членам семьи. Он никогда не сомневался, что его мать всегда будет любить его безоговорочно; он не был так уверен, что его братья смогут переварить эту новость. А его отчим? Да, его, вероятно, никогда больше не примут в этом доме, но если бы до этого дошло, Трей и Рейган стоили этой жертвы для него, хотя одна мысль о том, чтобы быть отчужденным от своей семьи, скрутила его сердце.

— Если вы спросите меня, — сказал Карлос, хотя никто этого не сказал, — ее новый парень — голубой и просто использует Рейган, чтобы скрыть свое извращение. Вы его видели? Он красивее девяноста процентов женщин, которых я знаю. Я прав?

— Не употребляй это слово, — сказал Итан.

— Что? Извращение?

— Голубой.

— Ты предпочитаешь пидорас? Или, может быть, более формально педик?

Тело Итана напряглось, как и его кулак.

— Я предпочитаю Трей. Ты знаешь, как его зовут.

— Так ты действительно знаешь этого кулеро? — Спросил Карлос, его брови поднялись так высоко, что полностью исчезли под банданой.

— Да, мы близки. Не полагайся на то, что пишут таблоиды в поисках информации о моей жизни, жизни Рейган или кого-либо еще, если уж на то пошло.

— Какой таблоид? — спросила мама.

Блядь. Он предположил, что если Карлос это видел, то и мама тоже. Хорошо продуманный план Итана сообщить новость своей семье шел совсем не так, как он себе представлял.

— Ничего страшного, мама, — сказал Карлос. — Не беспокойся об этом. В любом случае, в основном это касается Рейган.

— Рейган в газете? Где я могу ее увидеть?

— Она бы не хотела, чтобы ты это видела, — сказал Итан. — То, что они написали, сильно ранило ее.

— И почему ты ничего с этим не сделаешь? — Мама использовала свой тон «ты-вот-вот-получишь-по-заднице-от-крошечного-мексиканца». — Твой долг