Бесишь меня, Ройс Таслим - Лорен Хо

Я слышу слова Верна у себя в голове: «Может, настоящая проблема в том, что ты чересчур размякла и влезла со своим правдорубством, хотя могла не высовываться, а молча сосредоточиться на победе. Отцу Ройса никто и не предъявит обвинения. Нет в тебе того, чем должен обладать победитель. Ты – не победитель».

Если во мне нет нужных качеств, чтобы стать таким победителем, как Верн, который, безусловно, преодолевал трудности с помощью упорства, обаяния и хитрости, то что это значит для моего будущего? Если я не добьюсь успеха, что я смогу предложить другим? Кому будет дело до меня, если я останусь никем? Из всех людей, которых я знаю, Верн – единственный, кто разглядел во мне самое худшее и все равно не отказался от меня. Может, мне нужно поговорить с Верном?..

Нет. Я качаю головой. Он не решит эту проблему. Ловлю себя на мысли, что опять автоматически тянусь к Верну, и это меня отрезвляет. Да уж, он действительно меня зацепил.

Нет, это я позволила ему зацепить меня. Иногда бездействие может быть столь же пагубным, как и действие.

Я скучаю по Зи всем своим существом. За последние несколько дней я несколько раз хотела отправить ей сообщение, но каждый раз в конечном итоге стирала. Я снова пытаюсь написать ей, принести извинения и снова все стираю. Она заслуживает не меня, а кого-то гораздо лучшего.

Я запускаю Revenge of the Soul Flayer: Hellfire и с энтузиазмом начинаю рубиться с Хранителем крови и приспешниками ада, которые отправляются за героем, Живодером-отбросом. Как и ожидалось, с каждым новым сражением мое кровяное давление начинает падать.

Мой телефон вибрирует. Я издаю восторженно-испуганный возглас, когда вижу, кто это.

Зи: Я видела, как за последние несколько дней ты писала и, не отправив, стирала так много сообщений, что решила дать тебе возможность объясниться

Зи: Давай, рассказывай. И кстати, как у тебя дела? Как Ройс? Не могу до него дозвониться

Я отправляю Зи несколько длинных голосовых сообщений, объясняю все, что произошло, и с какого боку тут Верн.

Агнес: Зи, мне ужасно, ужасно жаль! Я оказалась такой плохой подругой и тебе, и Ройсу

Зи: Да уж, знаю, знаю. Как твоя подруга, я тебя люблю, но то, что ты сделала, до сих пор отвратительно воняет

Агнес: Признаю на 100 %

Зи: Хорошо, что ты это понимаешь

Зи: Но все равно тебя прощаю

Слезы застилают мне глаза. На экране Живодера-отброса поедают гигантские огненные муравьи, потому что, ловкая, я забыла поставить игру на паузу.

Зи: А еще – Я ЖЕ ТЕБЕ ГОВОРИЛА! ЭТОТ ВЕРН – ТОТ ЕЩЕ ГОВНЮК!

Зи: А-а-а, КАК ЭТО ПРИЯТНО ГОВОРИТЬ ЯЖЕТЕБЕГОВОРИЛА!

Зи: Как будто вскрываешь нарыв

Зи: Если бы я только могла вскрыть Верна!

Я забрасываю Зи эмодзи, которые я называю «челобитными». У нее есть полное право хоть всю жизнь повторять мне «яжетебеговорила», потому что она вытерпела столько моих глупостей.

Мой телефон снова звякает.

Неизвестный: Привет, Агнес. Это Ройс

Я вскрикиваю, чуть не выронив телефон, и сердце у меня бьет клапанами, словно в литавры. Я нервничаю и в то же время нахожусь в приподнятом настроении. От Ройса не было ни слова почти пять дней. Почему он выходит на связь сейчас?

Агнес: Откуда мне знать, что это правда ты, а не БОТ?

Неизвестный: Я могу это доказать. Позвонить прямо сейчас?

Мои пальцы дрожат, пока я печатаю: «Конечно».

Я отвечаю после второго гудка.

– Привет, Вспышка-малышка, – звучит в динамике приятный, глубокий голос Ройса, и рот у меня растягивается в улыбке.

– Ройс, мне очень, очень жаль! Я так перед тобой виновата!

– Даже не буду спорить. Ты точно сыграла свою роль в этом бардаке, – усмехается Ройс. – Честно говоря, я был сильно зол. Я же не святой.

– Понимаю, – тихо отвечаю я. – Я бы на твоем месте рвала и метала от ярости.

– Прости, что не спустился вниз, когда вы со Стэнли приходили. Один из телохранителей моей мамы, Уве, стоял у моей комнаты со строгим приказом не выпускать меня. Мне не разрешали покидать территорию дома с тех пор, как появились эти новости.

Я сглотнула, чувствуя, как все сильнее и сильнее сводит живот.

– Черт, это… это уж слишком.

Он вздыхает.

– В обычной ситуации я бы согласился с тобой, но мне и моей семье прислали несколько угроз, так что у родителей на самом деле есть повод сильно беспокоиться за меня. Да и я не совсем в форме из-за всего происходящего, чтобы пытаться с этим бороться. У моего отца, – голос Ройса становится хриплым, – есть такие мерзкие конкуренты, только и ждут возможности, чтобы ему нагадить.

Я прикрываю глаза дрожащими ладонями. Ненавижу себя и Верна за то, что наши действия привели к этому.

Ройс откашливается.

– Честно говоря, часть меня тоже не хотела тебя видеть, пока не узнаю, зачем тебе понадобилась эта встреча. Я уже говорил, что не святой. Я злился на тебя и беспокоился о тебе, не был уверен, замешана ли ты вообще в этом, и было непонятно, что Верн сделает с тобой, если ты примешь ответные меры.

Мое сердце трепещет, когда я слышу, что он волновался за меня.

– Я понятия не имел, что происходит в соцсетях, в Интернете, что говорят люди. Мне просто запретили выходить в Сеть, и моя мама…

– Твой телефон у нее. Я видела сегодня вечером, – сглатываю я.

– Да, она забрала его, как только появились первые новости. Наша пиарщица порекомендовала, чтобы они сами отвечали, используя мои аккаунты в соцсетях, потому что, по их мнению, я мог нарушить их «линию повествования».

– А как ты сейчас со мной разговариваешь?

Я слышу усмешку в его голосе.

– Это телефон Джита. А я сижу в своей гардеробной.

– Ройс… – Мой голос срывается.

– Да?

– Я не хотела, чтобы он делал такое. Клянусь.

– Верю. И я тебя простил.

– А не следовало.

– Разве я мог не простить? – Голос Ройса звучит хрипло, в трубке раздается треск. – Когда девушка моей мечты готова признаться в преступлении, которого не совершала, только для того, чтобы я мог выйти из дома, не подвергаясь нападкам интернет-ненавистников…