Бесстрашный рыцарь - Джослин Келли

– Даже несмотря на то что архиепископ проявил наглость отлучить короля от церкви?

Лорд Ловелл безрадостно рассмеялся:

– Бекету нечего терять, кроме своей жизни. Поэтому кто может знать, что он сделает напоследок?

Авиза отмахнулась от этого довода. У архиепископа десятки людей, охраняющих его.

– Кристиан должен узнать правду.

– У моего сына достаточно мужества, чтобы продолжать терпеть то, что он терпит всю жизнь. Если правда станет широко известна, бароны могут взбунтоваться против короля и страна снова окажется ввергнутой в гражданскую войну.

– Это я понимаю, милорд. Но вы не знаете, что у Кристиана есть еще одна причина доказать свою доблесть.

– Чтобы добиться тебя?

– Не для того, чтобы добиться меня, потому что он и так завоевал мое сердце, но чтобы убедить моего отца, что он достоин жениться на его дочери.

Из зала послышались крики. Дверь хлопнула, ударившись о стену, и в комнату ввалились двое мальчиков, не переставая на ходу тузить друг друга.

Лорд Ловелл схватил каждого за шиворот и разнял их. Щека Болдуина хранила красную отметину. У второго, темноволосого, мальчика нос был разбит в кровь. Он отер его рукавом шерстяной коричневой рубахи.

– Его не остановить! – выкрикнул Болдуин.

– Я должен видеть отца Джеймса, – сказал второй мальчик.

– Кто ты? – спросил барон, выпуская обоих.

– Юстас. Я из домочадцев архиепископа. Я должен поговорить с отцом Джеймсом. Должен предупредить его, чтобы он держался подальше от собора.

– Почему? – спросила Авиза.

– В спальне архиепископа четверо рыцарей. Они собираются причинить ему вред.

– Они вооружены?

– Нет, но распалены гневом. – Он снова вытер нос рукавом. – Они собираются причинить вред моему господину. Их оружие сложено во дворе под шелковицей. Они говорят, что хотят доказать королю, что они не трусы и готовы избавить мир от архиепископа Томаса.

– Кто они? – спросил лорд Ловелл. Мальчик покачал головой.

– Я слышал только одно имя. Уильям де Трэси.

– Де Трэси, – повторила Авиза шепотом.

Она несколько раз слышала, как Кристиан с почтением произносил это имя.

Если этот храбрый рыцарь в Кентербери, вероятно, Кристиан с ним. Но неужели Кристиан способен принимать участие в устранении архиепископа? Неужели право называться отважным рыцарем заслуживает риска навлечь на себя вечное проклятие?

Лорд Ловелл послал Болдуина за священником. Пока барон продолжал расспрашивать другого мальчика, Авиза ускользнула в темноту. Она вглядывалась в стены собора. Где-то там Кристиан собирался принять участие в убийстве слуги Божьего.

На улице толпились люди, привлеченные из своих защищенных ставнями домов рассказами о рыцарях в соборе. Они высоко поднимали горящие головни, освещая ими улицу. Некоторые направились к собору, но Авизе удалось пробиться сквозь толпу, и она поспешила по извилистой улице. Приблизившись к воротам собора, люди замедляли шаг. Авиза торопливо продолжала свой путь.

В воротах никого не было. Должно быть, братья нашли место где укрыться.

Войдя на территорию собора, Авиза подняла глаза на огромное здание архиепископского дворца. Она услышала за спиной шаги и вынула меч из ножен, но, обернувшись, никого не увидела. По всей территории собора прокатился клик, обращенный к людям короля и означавший призыв собраться.

Сколько же рыцарей собиралось напасть на собор? Какой-то монах схватил ее за руку:

– Беги, дева, если дорожишь своей жизнью!

– Где нападающие?

Прежде чем обратиться в бегство, он указал в сторону собора.

Авиза побежала к огромному зданию. В ответ на зов отовсюду потянулись рыцари.

Она посторонилась, чтобы дать им дорогу, и смотрела, как они пробежали мимо нее. Если считать тех четверых, что уже были в спальне архиепископа, людей короля в соборе набралось с десяток. Но Кристиана она не видела.

Авиза последовала за рыцарями в широкий двор. Шелковица росла возле двери собора. Там и собирались рыцари. Их крики, похожие на перекличку странных колоколов, разносились по всему двору.

– Кристиан Ловелл! – закричала Авиза.

Мужчины, облачившиеся в доспехи для битвы, замерли – все, кроме одного, выступившего вперед, когда она подошла к дереву. Под синей рубахой на Кристиане была кольчуга, блестевшая в свете, падавшем из дверей собора.

– Авиза! Что ты здесь делаешь?

– Я дала клятву королеве защитить тебя, – ответила она.

Кое-кто из рыцарей хмыкнул, и Кристиан взял ее за руку и повел подальше от них.

– Авиза, ты не рыцарь и не должна быть здесь.

– Ты тоже не должен.

– Это люди короля. Им был дан приказ не допустить, чтобы Бекет уничтожил Англию.

– Убить священника?

Он увлек ее подальше от других мужчин.

– Авиза, это вопрос чести.

– Ты не веришь в это! Ты знаешь, что убивать безоружного неправильно. Что это за честь?

– Такова воля короля. – Потом, бросив взгляд через плечо, добавил: – Не думаю, что кто-нибудь из присутствующих должен нас слышать. Ты должна уйти, Авиза! Сейчас же!

– Нет, не уйду, пока не уйдешь ты. Иногда отважный человек должен встать перед королем и сказать ему, чтобы он не чинил неправедных дел.

– Кровь Господня, Авиза! Я не хочу, чтобы ты стала моей совестью.

– Это потому, что ты знаешь, что поступаешь плохо?

– Конечно, это плохо.

Он привлек ее к себе и поцеловал с тем большим жаром, что столько дней они были в разлуке. Ей хотелось бы оставаться в его объятиях и дальше, но она отстранилась.

– Раз ты знаешь, что это плохо, зачем ты здесь?

– Чтобы удержать Гая от смертного греха.

– Где он?

– Это я и пытаюсь узнать.

– Но я поклялась быть возле тебя и охранять тебя, – сказала шепотом Авиза.

Он с нежностью дотронулся до ее лица кончиками пальцев в кольчатых железных перчатках.

– Бывают времена, когда следует забыть о клятвах. Я поклялся королю выполнять его распоряжения без колебаний и без вопросов, но не могу убить архиепископа. Ты дала клятву королеве защищать меня, но мой брат больше нуждается в защите. Разве данные нами клятвы принесут кому-нибудь пользу, если мы станем им следовать?

– Нет, – ответила она, тяжело вздохнув. – Ступай и спаси его!

– Когда буду знать, что ты в безопасности.