Дочь регента - Виктория Холт

«Какая неблагодарность! — подумала леди Клиффорд. — Как это типично для королевской семьи!»

Угадав ее мысли, Шарлотта попробовала умилостивить леди Клиффорд, не прибегая в то же время к притворству:

— Поймите, Клиффи, я уже слишком взрослая, чтобы иметь гувернантку. Дело не в вас. Я просто хочу быть свободна. Я выросла, и гувернантка мне не нужна, вот в чем все дело.

Это был правильный ход. Бедняжка Клиффи заметно приободрилась. Если принцесса уже взрослая, чтобы иметь гувернантку, значит, отставка — это не знак пренебрежения. Люди скажут, что она не справилась со своими обязанностями, только в одном случае: если на ее место назначат кого-нибудь другого.

— Ваше Высочество, разумеется, правы. Вам уже по возрасту не пристало иметь гувернантку. Надеюсь, вы позволите мне дать вам совет? Если к вам попытаются приставить другую гувернантку, откажитесь.

— Этот совет я с радостью приму, ибо он полностью соответствует моим собственным намерениям, — ответила Шарлотта и подумала, что бы сказала несчастная, не справившаяся со своими обязанностями Клиффи, если б узнала о письмах, посланных регенту и премьер-министру.

* * *

В тот же день Шарлотту посетила тетя Мария, и принцесса не удержалась от искушения заговорить о том, что занимало сейчас ее мысли. Мария была в шоке. Шарлотту никто официально не уведомлял о готовящихся переменах. Как, от кого могла узнать это Шарлотта?

— Клиффи сказала мне, что она подала прошение об отставке и оно удовлетворено. Вероятно, она надеялась, что я буду ее умолять, и обиделась, что я этого не сделала.

— Значит, тебе не жалко, что она уходит?

— Дорогая тетя, я больше не дитя, и мне не нужны гувернантки. Никто не заставит меня изменить это решение.

Принцесса Мария сочла своим долгом сообщить королеве об этом разговоре. Мария наслаждалась некоторой независимостью — в основном потому, что регент назначил ей пенсион, однако привычка, которая успела выработаться в течение жизни, была слишком сильна, и королева научила дочерей немедленно докладывать ей обо всем, что могло представлять для нее малейший интерес. Все же, что имело отношение к принцессе Шарлотте, живо интересовало королеву, и она немедленно послала за Шарлоттой и за леди Клиффорд.

Когда они прибыли в Виндзор, где королева ожидала их с нетерпением, их приняли весьма холодно, и Ее Величество, едва взглянув на леди Клиффорд, выразила удивление по поводу того, что гувернантка сочла необходимым сообщить Шарлотте о своей отставке.

— Принцессе следовало услышать об этом от меня или от принца-регента, — добавила королева.

— Но какая разница, от кого я услышу? — воскликнула Шарлотта. — И потом я и так знала. Об этом все говорят.

— Прямо-таки все, Шарлотта? Пожалуйста, не преувеличивай. Это и так весьма печальная история, и боюсь, ее еще больше раздули.

— Ничего не поделаешь, это неизбежно, — возразила Шарлотта. — Я уже слишком взрослая для того, чтобы иметь гувернантку.

Королева сказала:

— Меня удивляет, что ты почти не сожалеешь об уходе леди Клиффорд. Она была твоей наставницей в течение стольких лет. Мне кажется, это свидетельство твоего бесчувствия.

— Вовсе нет! — возмутилась Шарлотта. — Просто мне пора обходиться без гувернантки.

— А это, — отрезала королева, — не тебе решать. Будь уверена, твой отец сообщит тебе свое решение, когда придет время.

— Его решение?! Надеюсь, Ваше Величество не хочет сказать, что он намеревается подыскать мне новую гувернантку?

— Отец никоим образом не обязан объяснять дочери своих поступков. А дочь должна лишь послушно исполнять его приказания.

Шарлотта разозлилась, но, как всегда, в присутствии королевы не сумела выразить своих чувств.

Однако она утешала себя тем, что письма, которые они с Мерсер сочинили, уже попали к ее отцу и к премьер-министру. А если еще не попали, то попадут в ближайшем будущем. И заварится каша...

* * *

Регент прочитал письмо дочери с изумлением, которое быстро превратилось в ярость. Значит, она пренебрегла его приказаниями! Она снова собирается досаждать ему! Разве мало того, что он терпит жену, которую ему послала злая судьба? Неужели ему придется страдать еще. и из-за непослушной дочери?

Ничего, скоро она поймет, что отдавать приказы — его право. Она убедится в этом, как только ей дадут новую гувернантку и полностью заменят ее окружение.

Принц послал за лорд-канцлером Элдоном и дал ему почитать письмо Шарлотты.

— Ну, как вам это нравится? — воскликнул принц. Элдон проворчал:

— Ее Высочество нуждается в твердой руке.

Регент кивнул. Значит, он может рассчитывать на поддержку хитрого адвоката, а это важно, ведь тут вступят в борьбу враждующие партии. Сейчас Шарлотта несовершеннолетняя, но она наследница трона и наверняка поэтому ведет себя так дерзко: она прекрасно понимает, каково ее положение. Но Бегс — так принц называл Элдона — человек, на которого можно положиться. Таких сторонников принц ценил превыше всех остальных — вероятно потому, что Элдон был не из аристократов, а из негоциантов, и добился столь высокого положения исключительно благодаря своим способностям. Отец его имел «угольное дело» в Ньюкасле-на-Тайне. Принц толком не знал, что означают слова «угольное дело», и для себя туманно именовал это «торговлей». Впрочем, он вообще не имел привычки вникать в родословную своих знакомых. Главное, что Элдон — его канцлер и сторонник.

— Мы немедленно отправимся в Виндзор и встретимся с моей дочерью, — заявил принц.

— И, безусловно, объясним ей, что она не может диктовать свою волю Вашему Высочеству.

— Вот именно!

— А Ваше Высочество уверены, что ей так уж нужна гувернантка?

— По-моему, это очевидно. Разве нет?

— Ваше Высочество уже остановили на ком-нибудь свой выбор?

— Я склоняюсь в пользу герцогини Лидс.

Элдон кивнул.

— А что вы думаете насчет остальных слуг?

— Я намерен всех их прогнать. Как вы относитесь к такой мысли, Бегс? Мы уже кое-кого уволили.

— Ваше Высочество, как всегда, проявляет прозорливость. Моя дочь...

— Хотела бы получить место среди фрейлин Шарлотты? А почему бы и нет?

Бегс остался очень доволен.

* * *

Шарлотта стояла перед отцом слегка ссутулившись — так на нее действовала его ярость, которую он демонстрировал весьма драматично... и не очень-то притворялся, поскольку действительно был зол на дочь. Королева, шмыгавшая носом, поскольку у нее был насморк (что вовсе не удивительно, думала Шарлотта, ведь в Виндзоре по коридорам гуляют такие жуткие сквозняки... «Они кого хочешь сдуют», — сказал какой-то остряк), с мстительной радостью глядела на внучку.