Лук Амура - Линн Грэхем

К списку его положительных черт Молли добавила еще и тактичность. Не поворачивая головы, она ждала, пока за ним не хлопнула дверь. Только после этого выбралась из постели, подобрала свою одежду и потрусила в ванную комнату, примыкавшую к спальне.

Боже, что она увидела в зеркале! Спутанные волосы торчали во все стороны, бледная как смерть, испуганные глаза… Молли громко застонала и выдвинула ящик туалетного столика в поисках обещанной зубной щетки. Угловая душевая кабинка оказалась автоматической, а она не знала, как ею пользоваться. Единственное, что ей удалось сделать, это вымыться над раковиной. Одевшись, она вдруг почувствовала, как болит все тело…

У нее остались смутные воспоминания, что ночью она просыпалась и опять занималась любовью с Леандро. Тогда долгая, мучительно медленная и обольстительная игра с ней закончилась тем, что она во весь голос выкрикнула его имя.

В столовой, из которой открывался изумительный вид на Темзу, хлопотал официант. Столик на колесиках был весь уставлен, и Молли удивилась, что кому-то для завтрака на двоих еще требуется обслуживание. Но удивленные глаза еще более округлились, когда у окна она увидела спокойного Леандро. На этой сцене распоряжался он, одетый, как положено банкиру, в шикарный черный костюм в узкую полоску. Он был преступно хорош собой, но держался холодно и отчужденно. У нее похолодело в животе, как будто ей что-то угрожало. Она не знала, как себя держать и что говорить.

Начальственно кивнув, Леандро сказал официанту, что тот может идти, со всем остальным они справятся сами. Молли старательно избегала прямой встречи с темными глазами, опушенными длинными ресницами. Естественно, Леандро привык командовать всеми… Никогда еще она так не чувствовала своего низкого статуса, как сейчас, когда стояла у дверей в своем рабочем платье, а он без долгих рассуждений освободил официанта от служебных обязанностей.

Почувствовав, что от голода у нее урчит в животе, Молли взяла пакетик с овсянкой и кинула его в чашку, потом села. Квартира была роскошнее, чем показалась ей вначале, от этого Молли еще больше почувствовала себя выброшенной на берег рыбой.

– Прошлой ночью… – Леандро колебался, подыскивая слова, которые правильно описали бы его предложение. Он даже взялся за фрукты. – Это было фантастично.

– М-м-м, – кивнула Молли. Рот у нее был набит, и говорить она не могла. Впрочем, даже если бы могла, что можно сказать на такое признание? Одетый, да еще при дневном свете, Леандро ужасно ее пугал. Ей с трудом верилось, что в объятьях этого потрясающе интересного мужчины она провела ночь.

Леандро глубоко вздохнул:

– Видишь ли, это было так потрясающе, что мне захотелось уцепиться за тебя, милая.

Молли чуть не поперхнулась овсянкой:

– Уцепиться? За меня? – Она ушам своим не верила.

– Я очень занят, и у меня почти нет возможности и времени сбросить напряжение. Это основное, почему я хочу, чтоб ты стала частью моего быта. Мне понравилось твое бодрое отношение к жизни, а я должен больше отдыхать и расслабляться, – честно поделился с ней своими выводами Леандро. – У каждого из нас есть что-то, в чем нуждается другой. Мы можем произвести обоюдовыгодный обмен. Ты получишь финансовую независимость и сможешь заниматься своей керамикой, я буду рад тебе помочь.

На гладком лбу Молли собрались складки, а миндалевидные глаза беспокойно сверкнули:

– Что ты хочешь сказать?

– Что я готов купить тебе где-нибудь подходящее жилье, да и деньги тебе больше не понадобятся. Не надо будет подрабатывать официанткой… я покрывал бы твои расходы. Это доставило бы мне большое удовольствие, – мягко объяснил он.

Молли внимательно изучала его лицо. Сердце билось так быстро и громко, что ей казалось, оно колотится в горле.

– С чего это ты предлагаешь купить мне жилье? Почему хочешь оплачивать мои счета? Скажи, какие именно отношения ты мне предлагаешь?

– Я хочу, чтобы ты стала моей любовницей, милая, и присутствовала в моей жизни. Честно говоря, скорее на заднем плане, чем на переднем, – признался Леандро, запоздало усомнившись, способна ли Молли на благоразумие. – Но ты все равно оставалась бы для меня очень важным человеком…

Пока он определял свои устремления, Молли бледнела все больше и больше, а потом вдруг бледная кожа на ее лице словно вспыхнула. Гнев от нанесенного оскорбления пришел на смену кажущемуся легкомыслию и угрожал выплеснуться наружу, подобно вулканической лаве.

Она уперлась ладонями в стол и вскочила.

– Решил снизойти?! Надменная крыса! Да ты права не имеешь даже предлагать мне такое! – яростно разразилась она.

– Чтобы высказать свою точку зрения, совсем не обязательно браниться, – с ледяным спокойствием выговорил ей Леандро. – В моем мире подобная договоренность между мужчиной и женщиной вполне приемлема, она в порядке вещей.

– Но не в моем! – крикнула уязвленная Молли.

Если бы он просто попросил ее о новой встрече, она согласилась бы с радостью. А вместо этого этот банкир предложил ей торговую сделку, цену за будущие отношения, и ясно дал понять, что она недостаточно хороша для равной с ним роли в обществе и в его жизни.

Худое лицо Леандро оставалось невозмутимым.

– Ну-ну, не так уж ты наивна…

У Леандро никогда не было женщин, которые не желали бы попользоваться им самим и его карманом к своей выгоде, сколь бы короток ни был их совместный путь. Даже подростком он был объектом сложных дамских уловок, предназначенных привлечь его внимание. Невероятное богатство тоже было мощным стимулом. Встречались ему и женщины, которые рассчитывали вступить с ним в брак и использовать его старинное имя и аристократическое происхождение для того, чтобы занять привилегированное положение в испанском высшем обществе.

– Послушай меня… мне абсолютно никто не нужен для осуществления моей мечты, – сказала Молли. – И уж конечно, мне не нужен человек, который меня содержал бы. И никогда не будет нужен! Я прекрасно справляюсь сама…

– Ты способна на большее, чем быть простой официанткой, – сурово заявил Леандро.

– Это все-таки лучше, чем быть твоей содержанкой! Как бы низко я в жизни ни пала, можешь быть уверен: я никогда не дойду до положения продажной женщины. Да я бы себя уважать перестала!

– Если без мелодрамы, это отказ? – Он рассматривал ее спокойно, потемневшими глазами, но худое властное лицо напряглось, хотя и оставалось сдержанным и холодным.

– Вот именно. А теперь, я думаю, мне пора уходить, – она задыхалась, а в глазах кипели слезы. – Как ты мог унизить меня таким подлым предложением? Мне неинтересно быть твоей маленькой тайной!

– Ничего подобного между нами не было бы. Я просто хотел удержать тебя…

– Только в самой унизительной форме! – с едким презрением произнесла Молли. – Не на равных. Ты носишь уверенность в собственном превосходстве, как медаль, да? Но я-то не игрушка, которую можно купить для развлечений в свободное время.