От судьбы не уйдешь - Энн Мэтер

— Ты уверена, что это так?

— Всего лишь предполагаю. — И, поколебавшись, добавила: — Мы тоже что-то в жизни разбили, согласись. От этого никто не застрахован.

— Мы?

Уилл подчеркнул это «мы», и Франческа кинула на него возмущенный взгляд.

— Я в широком смысле слова, — заявила она и сделала вид, будто всецело занята своим кофе. Однако она чувствовала, что Уилл и сейчас поверил ей не до конца. Наверно, вообразил, что убежать из дома ее заставила неразделенная любовь.

— Полагаю, ты заявила своей хозяйке о разбитом окне, — сменил тему Уилл. Франческа кивнула.

— Да. Она сказала, что сообщит в полицию и пришлет зятя вставить стекло. — И, покраснев, добавила: — Про телефонный звонок я ей говорить не стала. Не хотела никого в это посвящать.

Уилл, пристально глядя на нее, откинулся на стуле, и Франческа сочла необходимым защищаться.

— Я не лгу, — сказала она. — Если ты мне не веришь, позвони миссис Бернстайн. Она подтвердит, что окно было разбито, и страшно перепугается, если ты сообщишь, кто ты.

— Я не говорил, что не верю тебе, — ответил, пожав плечами, Уилл. — Наоборот, мне хотелось бы знать, что я смогу для тебя сделать. Должен ведь быть какой-то способ справиться с этим ублюдком. Разве бить окна и влезать в чужие квартиры — не преступление? До недавнего времени это называлось именно так.

Франческа вздохнула, но прежде, чем она успела ответить, в комнату вошел старик дворецкий с подносом в руках.

— Доброе утро, мадам, — сказал он гораздо приветливее, чем накануне. — Надеюсь, вы хорошо спали?

— Спасибо, Уоткинс. Прекрасно, — улыбнулась ему Франческа. Приятно было сознавать, что их развод не восстановил против нее прислугу, и, когда Уоткинс ставил рядом с ее тарелкой тосты, свежее масло и новый кофейник, она взглянула на него с робкой благодарностью.

Дворецкий вышел, а Франческа, хотя и не была особенно голодна, отломила кусочек тоста. Как она ни храбрилась, но при одной мысли о необходимости вернуться в Лондон и провести сегодняшнюю ночь в своей квартире у нее пересохло во рту.

— Ну, разве это не преступление? — повторил Уилл, и она поняла, что он все еще ждет ответа на свой вопрос. — Разбить окно, вломиться в дом… Ты должна им рассказать, что произошло, Фран. Это уже что-то конкретное — достаточно, чтобы возбудить дело.

— Кому рассказать? Полиции? — Стараясь выиграть время, Франческа намазала тост маслом и потянулась за джемом. — Ты не понимаешь, Уилл. Я ведь не могу доказать, что кто-то пытался проникнуть в квартиру. Ежедневно совершаются десятки, если не сотни, грабежей. А у меня вроде ничего не пропало. Поэтому…

— Но тут особые обстоятельства…

— Я не единственная женщина, которую преследуют маньяки, Уилл, — покачала головой Франческа. — Возможно, я все преувеличиваю. Мне просто нужно взять себя в руки.

— Я бы его убил! — вырвалось у Уилла.

— И я тоже. — Франческа поднесла тост ко рту, но у нее так пересохло в горле, что она не смогла проглотить и кусочка и вынуждена была отхлебнуть кофе.

— Что же ты собираешься делать? Я имею в виду, когда вернешься. Может быть, стоит сменить квартиру?

— И опять привыкать к новым людям? Нет, Уилл, это не выход. И вообще, нельзя в панике убегать при каждом его движении.

— Ладно, — процедил сквозь зубы Уилл. — Допустим, я тебя понимаю, но и ты должна меня понять. Черт побери, вчера ты была почти невменяема. И эта неожиданная исповедь… Прости, но я не был готов ни к чему такому.

— Я и не ждала. — Франческе очень бы хотелось убедить Уилла в искренности своих слов. — Просто… не могу же я взять и сдаться! Но и доказать, что он совершил преступление, тоже не могу.

— Как?! Он ведь пытался проникнуть к тебе в квартиру и постоянно тебя запугивает, — насмешливо заметил Уилл, и Франческа взглянула на него с тревогой.

— Я не уверена, что это именно он, — сказала она, отпив еще кофе. И в ответ на недоверчивую ухмылку Уилла добавила: — Прежде он окон не разбивал.

— Это-то меня и беспокоит, — быстро проговорил Уилл. — Как знать, что этот подонок выкинет в следующий раз.

— Ладно, это ведь не твоя проблема, — решительно сказала Франческа. — Достаточно, что ты приютил меня сегодня ночью, — и на этом спасибо. Остальное я должна взять на себя. Кстати, ты не возражаешь, если я позвоню своему боссу в «Тенико» и предупрежу, что не смогу прийти на работу?

— Скажи, что ты никак не сможешь прийти. Не думаешь же ты, что я позволю тебе вернуться в Лондон. Помилуй, сегодня ведь пятница. Отложи свой трудовой героизм до понедельника. Побудь этот уик-энд в Аббатстве. Можешь быть абсолютно спокойна: здесь тебя никто не тронет.

Франческа поперхнулась.

— Ты предлагаешь мне провести уик-энд в Аббатстве?! — воскликнула она.

— А почему нет? Тебе совсем не вредно отдохнуть. И, кроме того, у тебя будет время подумать.

— Возможно… — Франческа облизнула пересохшие губы. — Но что… что скажет леди Розмари? Сейчас она, наверно, в Малберри-Корт — как всегда, в середине лета. Не думаю, что она одобрит твое поведение.

Уилл насупился, и по выражению его лица Франческа поняла, что об этом он не подумал. Старая леди заставляет считаться с собой, и Франческа с самого начала знала, что Розмари не считает ее парой своему любимому внуку.

— Это мой дом, — после минутного раздумья произнес Уилл, но, как показалось Франческе, уже не столь решительно.

«Впрочем, мне-то что за дело, — подумала она. — Вряд ли я встречусь со старухой, да и Уиллу вовсе не обязательно сообщать о моем приезде».

Хотя кто-нибудь наверняка донесет леди Розмари. Даже если Франческа сегодня уедет, ее визит так или иначе не останется тайной. Уоткинс и миссис Харви — записные сплетники.

— Тем не менее… — вновь начала Франческа, давая Уиллу возможность передумать, но — по неизвестным ей причинам — он этой возможностью не воспользовался.

— Пожалуйста, останься, — вежливо сказал он, хотя, как ей показалось, лицо его посуровело. — Но сейчас… я жду гостей к ланчу… Если позволишь, пойду отдам кое-какие распоряжения.