Наша цель - Джули Дейс

— Это идеально для тебя.

— Хочу убедиться лично.

— Закрывай глаза, — засмеялась она, на что закатила глаза, после чего закрыла их, послушно выполняя её обычную просьбу.

Кресло сделало поворот, и я заерзала на поверхности. Волнение подступило к горлу, но я напомнила себе о том, что это Карла, которой я доверяю свои волосы не первый раз.

— Открывай, Алекс!

Распахнув глаза, я издала визг, закрыв ладонями рот. Темно русый цвет переходил волнами в светлый, едва достигая плеч. Я вернулась к тому, от чего совсем недавно ушла — каре. Но оно было новым, каким-то другим, либо мне хотелось так думать. Я словно была собой и одновременно не была. Это какая-то другая Алекс, которая приобрела оттенки блондинки. И мне нравится.

— Ну, как?

— Мне нравится, — кивнула я, — чувствую себя… другой.

— Так всегда, — захихикала Карла, — тебе ведь этого хотелось?

— Да, — выдохнула я, пройдясь пальцами по лёгким волнам на волосах.

Покинув салон, я, наконец-то, улыбнулась. Это мой первый шаг к новой жизни. Где нет его. Где нет нас. Только я. Новая я, которая должна пережить это и перестать убиваться по человеку, который легко оставил меня в прошлом и получил новое, словно только этого и желал. Достав телефон, я навела камеру на себя и нажала кнопку снимка, на котором посылала улыбку Лизи, для которой он был сделан. Меньше чем через минуту, имя лучшей подруги и смешная фотография высветились на экране.

— Алекс, скажи, что это парик!

— Боюсь, что нет, — засмеялась я, шагая вдоль заполненной людьми улице.

— Господи… но… мне так нравится, тебе очень идёт!

— Правда?

— Да, ты же сама видишь.

— Спасибо, — вздохнула я, — люблю тебя.

— И я тебя люблю. Приедешь на ужин?

— Не смогу, есть планы.

— Хорошо, — сказала Лизи, когда на заднем фоне послышался резкий грохот и смех Джареда, — Боже, Мэйс разбил тарелку… Картер, прекрати смеяться, это не смешно, у него всё лицо в каше!

— Занимайся семьёй, Лиз. Я не буду отвлекать, заеду, когда разгребу проекты.

— Ладно, но звони мне.

— Конечно.

Скинув вызов, я убрала телефон в сумку и медленным шагом поплелась домой. На самом деле, планов как таковых нет, я просто не хочу рушить своим присутствием их отношения. Я вижу, что она переживает даже больше положенного, но это ни к чему.

К сожалению или счастью, Лизи слишком переимчивый человек, который принимает чужое на себя. Я всегда говорила, чтобы она переживала за себя и своих близких, а не за посторонних, но она ведь не слушала. Их семья — это то, что в какой-то степени для меня святое. Наверно, сейчас я оберегаю их больше, чем себя, поэтому отказываюсь приходить и портить своим лицом и проблемами настроение подруги. Я должна сама пережить это. Я знаю, что у меня есть те, к кому можно прибежать и упасть лицом в плечо, но это только мои проблемы и только я должна найти путь среди запутанных лабиринтов.

Первым делом, что я сделала дома — скинула одежду и встала напротив зеркала в ванной комнате. Обновлённая «я» смотрела на меня со слезами, застывшими в глазах. Очередной раз, смахнув капли, проскользнувшие по щекам, я дала обещание самой себе:

— Он не должен думать, что сломал тебя, потому что ты не сломаешься.