История Пурпурной Дамы - Ольга Крючкова

Мурасаки увидев ширму, смутилась, и прикрыла лицо широкими рукавами кимоно. Ояко же напротив, начала с жадностью рассматривать эротические картинки. Юдзё это заметила.

– Подойдите ближе, госпожа Ояко. И как следует рассмотрите ширму, – посоветовала она. – И вам, госпожа Мурасаки следует сделать тоже самое. Это наш первый урок…

Ояко приблизилась к расписной ширме и буквально вперилась в неё взором. Мурасаки, стыдливо опустив руки, и тем самым открыв лицо, некоторое время стояла с закрытыми глазами.

Хитороми подошла к ней сзади и наставительным тоном произнесла:

– Любовь – это величайшее наслаждение. В наготе и соитии двух тел нет ничего постыдного.

После этих слов Мурасаки открыла глаза. Одна сюнга особенно привлекла её внимание: на ней мужчину ублажали сразу две женщины. По выражению его лица можно было с уверенностью сказать, что он достиг величайшего блаженства и художник запечатлел его именно в этот момент.

Насладившись вволю эротическими сценками, девушки расположились на татами как раз напротив ширмы. Хитороми трижды хлопнула в ладоши. За ширмой послышался шорох, затем перед девушками появился красивый статный юноша лет шестнадцати, облачённый в простое лёгкое кимоно.

– Урок второй! – произнесла юдзё и снова хлопнула в ладоши.

Юноша, повинуясь её знаку, тотчас сбросил с себя одежду и предстал перед девушками обнажённым.

Ояко невольно издала возглас восхищения – тело юноши выглядело безупречно. К тому же она увидела мужской орган во всей красе. Однако, Ояко была разочарована: неужели это тот самый «меч», которым мужчины пронзают заветные «ножны» девственности?

Хитороми улыбнулась, уловив сомнение Ояко. Тут же из-за ширмы появилась обнажённая камуро. Она села на колени перед юношей, погладила рукой его орган – тот встрепенулся.

Девушки невольно залюбовались представлением…

Затем камуро лизнула орган языком несколько раз подряд. Юноша издал лёгкий стон – его меч напрягся и был готов войти в любые ножны.

Что он собственно и сделал. Камуро легла на специально приготовленный футон и развела ноги. Юноша, пребывая в боевой готовности, приблизился к своей ассистентке, а затем неспешно овладел ею. Камуро издала стон, обвила юношу ногами и они начали ритмично двигаться…

Ояко охватил жар. Она не понимала, что с ней происходит. Ей хотелось принять участие в эротическом представлении. Ей хотелось, чтобы «меч» юноши пронзил её девственные «ножны»…

Умудрённая опытом Хитороми внимательно наблюдала за девушками. Она сразу поняла, что урок пошёл Ояко на пользу: представление разбудило в ней женскую сущность. Что же касается Мурасаки – она наблюдала за соитием с интересом, но желания подобно сестре не испытала. Хитороми сделала вывод: девушка слишком романтична и это её погубит.