Гавань - Татьяна Савельева

– Да. – я хриплю и опускаю глаза в пол, на случай, если он без полотенца.

Иду, как можно быстрей на выход, но передо мной появляется полуголое мокрое тело Мака, лишь полотенце на бедрах, которое с трудом держится за таз.

– Хорошо. – полушёпотом говорит он и подходит к зеркалу.

Сердце стучит так, будто оно готово вот-вот выпрыгнуть.

Как только Мак подходит к зеркалу, я пулей вылетаю из ванной.

Сажусь на кровать и смотрю время.

– Мак? Можешь ускориться? – говорю я, и на пороге тут же появляется сам Мак.

Он берет деловой костюм и снова скрывается в ванной. Еще пять минут, и он готов. Почти готов. Парень подходит ко мне и протягивает галстук. Встаю с кровати и беру неотъемлемую часть костюма.

– Можно вопрос? – спрашиваю, и начинаю манипуляции с галстуком.

В голове прокручивается незабываемая картина: мокрое рельефное тело Мака… А что, если бы полотенце упало? Джонсон, прекрати!

Мак опускает на меня глаза.

– Можно.

– Зачем тебе костюм? – прогоняю незваные мысли.

– А зачем тебе знать ответ на этот вопрос? – ухмыляется он, когда я заканчиваю с галстуком.

Я опускаю руки и смотрю ему в глаза.

– Некрасиво отвечать вопросом на вопрос.

– По делам нужно съездить.

Мак берет ключи с комода, подходит к двери и оборачивается.

– Ты едешь?

Я киваю, и мы выходим из комнаты. В доме все еще тишина, все спят. Мы спускаемся со второго этажа и выходим на улицу. Холодный ветер заставляет вздрогнуть. Мак замечает это, снимает с себя дорогой серый пиджак и протягивает мне.

– Держи, закалённая. – он смеется, снимая со своей машины сигнализацию.

– Спасибо. – беру пиджак и накидываю на плечи. – А, если я его помну?

– Погладишь. – пожимает он плечами и открывает мне дверь на пассажирское сидение.

– Серьезно? – сажусь, и Мак закрывает за мной дверь. Обходит машину и садится.

– А как ты думаешь? – ухмыляется он и мы отъезжаем от дома.

Меня уже забавляет его ответы вопросами на мои вопросы.

– А почему я должна отвечать на твой вопрос? – не свожу с него взгляда, заставляя посмотреть на меня.

– Справедливо. – смеется он.

– То-то же. – смеюсь я в ответ. – «1:1».

Мак переводит на меня взгляд.

– Ты ведешь счет «кто-кого»? – смеется он.

Я улыбаюсь, пожимаю плечами и отворачиваюсь к окну.

– Как твое горло? – спрашивает он.

Я обращаю свое внимание на Мака. Он очень красивый. Правильные черты лица завораживают, а скулы так отчерчены, будто, если прикоснуться к ним, то можно порезаться. Сейчас его глаза так веют нежностью, что хочется упасть в эту карамельную бездну и остаться там навсегда.

– Эй! Ты слышишь меня? – Мак водит перед моими глазами рукой и смеется.

Черт! Я быстро моргаю и перевожу взгляд на дорогу. О чем он спросил? Горло…

– Немного лучше, но все еще больно говорить в полный голос. – отвечаю я.

Мак вздыхает и произносит шепотом:

– Чертов ублюдок.

Делаю вид, будто не слышала сказанного.

Машина останавливается на парковке перед общежитием, и я решаюсь спросить то, что меня интересует с самого утра.

– Мак, а что с Джейсоном?

Я вижу, что удивила его этим вопросом. Он снова становится тем, кого я встретила в первый раз в кафе: ледяной и непринуждённый взгляд, а от тона голоса бросает в холод.

– Тебе и твоей подруге он больше не помешает. – Мак смотрит перед собой, не поворачиваясь в мою сторону.

Я понимаю, что на этом разговор окончен, снимаю с себя пиджак, прижимаю свой рюкзачок к себе, открываю дверь и выхожу.

– Спасибо, что подвез. – кладу на место, где сидела, пиджак, захлопываю дверь, обхожу машину и иду к общежитию.

Я не слышу звука отъезжающей машины, хочу обернуться, но держу себя в руках. В итоге захожу в здание и молнией мчусь в комнату, собираю тетради, переодеваюсь в легкое летнее платье, на скорую руку делаю макияж, обуваю босоножки на каблуке, накидываю джинсовку. Я готова! Перед выходом смотрюсь в зеркало.

– Че-е-ерт!

Из-за выреза на платье отчетливо видны следы на шее…, переодеваться нет времени. Хватаю со столика консилер и наношу его на шею. Все равно остаются отметины…

– Что же делать? – обвожу взглядом комнату и останавливаюсь на коробке с вещами.

Подбегаю к коробке и начинаю искать единственную вещь, что спасет меня в данный момент.

– Слава богу. – вздыхаю и достаю маленький платок нежно-голубого цвета, как раз под цвет платья. Бинго!

Быстро делаю бант на шее, закрываю дверь и бегу в «Микки».

Меня встречает теплая улыбка Софи и чудесный запах любимого латте. Беру стаканчик и кладу купюру на стойку, но подруга меня останавливает.

– Не надо. – улыбаясь, она двигает купюру обратно в мою сторону.

Я смотрю на Софи сбитым с толку взглядом.

– За твой латте уже заплатили. – она сверкает глазами так, будто я раскрыла ей мировую тайну.

– Кто заплатил? – забираю купюру и кладу обратно в кошелек.

– Он велел не говорить. – Софи пожимает плечами и начинает уходить. – Отличного дня, Лизи, и да, ты круто выглядишь!

Я вздыхаю, беру кофе и иду к зданию университета, размышляя, кто такой щедрый, что решил купить мне латте.

Может быть Джексон извиняется? Хотя, нет. Глупо рассуждать про Джексона.

Тогда, может быть кто-то из ребят Братства? Помнится, я Смиту помогала с докладом. Но, тогда зачем покупать мне кофе инкогнито?

Как только мысль заходит о Маке, я сразу прогоняю эту чертовщину, ибо объяснений, зачем ему это делать, у меня нет.

У входа в университет меня догоняет Эли.

– Эй, привет. Как ты? – обнимает она меня.

Под глазами у нее явные синие круги, которые она пыталась скрыть косметикой, что собственно ей почти удалось, если не присматриваться.

– Привет. – обнимаю в ответ. – Лучше, чем было утром. – хмыкаю я, и мы идем в аудиторию.

– По голосу слышно… Этот козел и следы небось оставил? – она смотрит на меня настороженным взглядом.

Я приспускаю платок и убираю волос со стороны, давая подруге заметить синяки.

– Бл№дь! – она притрагивается к коже, но тут же отнимает руку, оглядываясь.

Я возвращаю платок на место и взмахиваю волосами.