Слишком грешен - Эрика Ридли

Эван остановился.

— Мадемуазель…

— Стэнтон, — перебила его Сьюзен, одарив подозрительно приветливой улыбкой. — Меня зовут мисс Сьюзен Стэнтон. Очень рада познакомиться с вами. О, и еще спасибо большое за то, что спасли меня. Даже несмотря на то, что вы этим хвастались.

— Такова уж моя натура. — Эван окинул взглядом ее фигуру. К сожалению, за последние несколько минут она не стала уродиной. Более того, после пробежки на ее щеках расцвел здоровый румянец, и она тяжело задышала, словно только что… Бет! Он не позволит своему воображению разыграться. Пока что. — Откуда вы, мисс Стэнтон?

— Из Мейфэра, то есть из Лондона. — Она с сомнением посмотрела на него. — Это… Ну, если вы не знали.

Эван предпочел не отвечать на это замечание. Единственный способ избавиться от нежданной спутницы — это испугать ее. Раз и навсегда. Потому что если она продолжит бросаться ему в объятия… Черт, как должен в таком случае поступить временный контрабандист? Он не может отвечать за последствия.

Эван позволил себе еще раз оглядеть Сьюзен с головы до пят. Не быстро, не украдкой, как прежде. Медленно. Наслаждаясь открывшейся его взору картиной. Она увидит, что он так на нее смотрит, и поймет, насколько велика опасность.

— А скажите, в этом Мейфэре, — тихо спросил он, — юные незамужние женщины имеют обыкновение прогуливаться с респектабельными молодыми джентльменами или отдают предпочтение бесчувственным мерзавцам?

Краска мгновенно сошла с лица Сьюзен. После этих слов она почувствовала себя очень неуютно под его взглядом.

Эван улыбнулся.

— Н-нет, обычно нет, — запинаясь, пролепетала Сьюзен и, оглянувшись на пустынный берег, судорожно вздохнула.

— А знаете почему, мисс Стэнтон?

— Я… — Она отступила на шаг назад, потом на два или три. — Как вы заметили, что я иду следом за вами?

Он пожал плечами:

— Не заметить привлекательную юную леди, совершенно одинокую, за которой никто не присматривает, просто невозможно! — Эван подождал, пока она осознает смысл его слов, а затем приблизился к ней и, наклонившись прямо к ее уху, прошептал: — Если я увижу, что вы снова преследуете меня, обещаю, что покажу вам, что именно делают бесчувственные мерзавцы, когда им попадаются незамужние юные леди, которых некому защитить.

Эван не сводил с нее глаз.

Сьюзен нервно сглотнула, ее глаза широко распахнулись.

Он взял ее лицо в ладони, его руки без перчаток с наслаждением прикасались к ее нежной коже, шелку густых волос. Эван наклонялся к ней до тех пор, пока его губы не оказались совсем близко от ее лица. Щетина на его подбородке прикоснулась к плавному изгибу ее щеки. Сьюзен тихо вскрикнула.

— Если именно этого вы хотите — узнать, как невинную юную леди лишают девственности вдали от дома, — что ж, я могу убить на это утро.

Сьюзен задрожала.

— Я… я…

— Ш-ш-ш… — Его губы оказались еще ближе к ее уху. — Сейчас я пойду дальше по берегу. Если вы жаждете нарваться на неприятность, которую я в состоянии вам обеспечить, тогда не стесняйтесь — смело идите за мной следом. — Его губы задержались у ее щеки. — Но если вам этого не хочется, тогда возвращайтесь в Мунсид-Мэнор, пока я еще в настроении отпустить вас.

Эван выпрямился, отпустил Сьюзен и зашагал от нее в противоположном направлении.

Помоги, Господь, им обоим, если она пойдет за ним!

* * *

Сьюзен повернулась и побежала.

Это какой-то кошмар. Во второй раз в жизни ее поймали. И во второй раз в ее жизни мужчина коснулся ее губ губами. Впервые это случилось, когда ее возвращали к жизни после того, как она провалилась под лед, второй — сейчас. И поскольку в первый раз она была без сознания и избежать контакта было невозможно, то что она должна сказать себе в защиту на этот раз?

Он поймал ее. В прямом смысле и в переносном. Но это ее не оправдывает.

Она готова согласиться с тем, что ее назовут неумелой шпионкой (хотя, конечно, это было не так). Она готова подождать, если ей придется еще несколько дней провести в Борнмуте в ожидании денег. (Вообще-то… нет. Именно поэтому она и пошла за ним — надеясь, что он приведет ее к карете, которую она сможет нанять, взять взаймы или украсть.)

Но с чем она согласиться не могла, так это с тем, что вела себя как распущенная девица.

Все это невыносимо. Она вернется в Лондон, к шумной жизни в разряженной толпе, среди веселья и комфорта. Выйдет замуж за богатого титулованного аристократа, у которого расписана каждая минута его общественной жизни. Но для того, чтобы все так и случилось, она должна оставаться нетронутой и нескомпрометированной. Это Сьюзен знала всегда. И о чем, черт возьми, она думала, когда стояла щека к щеке с этим… этим…

Сьюзен застыла на месте.

Там. Впереди. Покинутая деревня.

Или, что вероятнее, постройки Борнмута. Впрочем, едва ли кто-нибудь нашел бы разницу.

Широко распахнув глаза, Сьюзен в ужасе смотрела на открывшееся ее взору зрелище. Такого кошмара ей даже во сне не снилось.

Смахивающие на ящики строения вытянулись вдоль ничем не примечательного изгиба береговой линии, словно гнилые зубы в челюсти великана. Между ветхими и убогими постройками светлели полосы белого, как кости, песка. Красное сияние восходящего солнца подсвечивало эти развалюхи кровавым светом.

Ничего похожего на почтовую станцию. Даже если бы у нее с собой был сундук золота, то как, черт возьми, она вернется в Лондон, если здесь нет почтовой станции, где она могла бы взять лошадей? Как вообще человек может уехать из Борнмута?!

Нет! Она отказывается быть запертой тут до конца жизни. И не проведет в этом несчастном захолустье ни минуты больше. Кучер, который привез ее сюда, говорил, что ближайший к Борнмуту город — это Бат, расположенный в шестидесяти милях отсюда. Ну и пусть. Она готова пройти вдвое больше, если это единственный способ раздобыть лошадь и вернуться домой.

Правда, она совершенно не умеет ориентироваться на местности, так что, возможно, ей придется пройти вдвое большее расстояние. Хорошо, что у нее новые ботинки.

А что это там поблескивает впереди? Там, в тени, между зубов великана? Человек! Слава Богу! Может быть, он сумеет вывести ее из этой мрачной деревни и вернуть в Мунсид-Мэнор.

— Сэр! — закричала Сьюзен. — Сэр, прошу вас!

Незнакомец посмотрел на нее с таким видом, словно его охватил шок при виде юной леди, остановившейся на краю деревни. Впрочем, возможно, любой обитатель этого захолустья был бы поражен, увидев девушку, одетую в утреннее платье. А этот тип, похоже, никогда не видел даже зеркала.

Мужчина был коротенький, плотный и широкий. С лысой головой и совершенно неуместной рыжей бородой. На нем были черные сапоги, заляпанные грязью. Но без сомнения, местный житель, стало быть, он поможет ей выбраться отсюда.