Дыши - Анна Верещагина

Юля

Стресс. Кругом сплошной стресс. Исаев навис надомной удерживая дверь не позволяя сбежать, а у меня сердце колотиться, как у воробья от страха. Он утянул меня за руку к кровати не позволяя вырваться и спокойно включил свет. На маньяка не похож и взгляд такой растерянный.

‒ Успокойся и прекрати кричать. За стенкой Вика. Ты уснула в её комнате, я просто перенес тебя в гостевую и решил освободить одежду, что бы было удобнее спать.

Повисло молчание. Мужчина присел у моих коленей и теперь уже я смотрю на него сверху вниз.

Знаю этот трюк, когда человек боится нужно позволить ему почувствовать силу, а не страх. Кто ниже, тот считается слабее.

Павел переоделся в белую футболку, а немного взлохмаченные волосы придают определенный шарм. Глаза, черные угли, уже не хищно смотрят на меня, а озадачено. Атмосфера слишком располагает к интиму. Ночь, приглушенный свет, мы одни и он снова слишком близко. После развода у меня не было мужчины и организм порой сам требует близости с кем-то, но мозг на то и мозг, чтобы думать.

Павел, похоже, так же проникся атмосферой, как и я. Мы неотрывно смотрели в глаза друг другу, а стоило мне облизать губы как он, незамедлительно, повторил за мной. По спине пробежал холодок и чувство неопределенности металось во мне. Хочется поддаться искушению и, наплевав на все, взять инициативу в свои руки, но понимание того, кто передо-мной, останавливает.

‒ Юля… ‒ он нежно положил свою руку на мое бедро и по ногам прошелся рой мурашей. Тело кричит «Не останавливайся, да!», а разум наоборот.

‒ Мм..?

‒ Я правда не хотел тебя пугать и делать то, о чем ты подумала. ‒ он перевел взгляд на губы. ‒ А сейчас, я чертовски хочу тебя поцеловать.

Заявил он приближаясь к лицу и с нажимом впился в мои губы. Я замерла и даже пальцем не могла пошевелить, пока мужчина не впустил язык в мой рот. Взрыв. Забывшись о том, что он мой начальник, начала отвечать на поцелуй, посылая свою рассудительность к чертям. Павел, приподнимаясь на руках, приблизился ещё ближе, заставляя спиной упасть на мягкую кровать.

Нависая сверху он медленно, не без наслаждения, целовал и нежно блуждал руками по телу. Обвила руками шею мужчины, запустив пальцы в его волосы. Какое-то время мы просто наслаждались поцелуем и объятьями друг друга, но стоило ему стянуть с меня брюки, я растеряла всю свою решительность.

‒ Павел Григорьевич…

‒ Паша. ‒ заключил он. Принялся стягивать с себя футболку, обнажая для меня накаченный торс, я же отползала от него в другой конец кровати.

‒ … я думаю, зря мы с вами это затеяли. Поеду-ка я всё-таки домой.

Он хмуро смерил меня взглядом.

‒ Ты серьезно?

Кивнула и стала застегивать рубашку. Кончики ушей пылают, шея горит там где он целовал, а пристальный взгляд мужчины прожигает насквозь. Негоже оставлять возбужденного мужчину не удовлетворенным, но, ещё более не правильно, это спать со своим начальником.

Разобравшись с пуговицами уставилась на свои брюки, что мирно покоятся с его стороны кровати.

‒ Передайте мои брюки, пожалуйста…

Он, промедлив пару секунд, всё же поднял их и протянул мне через кровать, но забрать не позволял. Уцепился клещем.