Искусство бегать на каблуках - Рэйчел Гибсон

Шон поставил стакан на колено и сурово посмотрел в большие голубые глаза Лекси. Он воспользовался тем суровым взглядом, который запугивал защитников на льду и заставлял маленьких собачек выбегать из комнаты.

Уголки красных губ приподнялись, как будто она эту суровость и не заметила. Улыбка казалась немного недовольной, или же все дело было в полных губах Лекси Ковальски. Шон ошибался: ее совсем не фотошопили. Сейчас на ней было слишком много косметики, возможно, из-за ее прерванного выступления на телевидении, но это не имело значения. Она была красивой. Настоящей. Сидела перед ним, как будто окутанная взбитыми сливками. Ее отец не очень-то жаловал Шона, а Лекси просила снять с нее платье.

— Спасибо, Шон, — сказала она, как будто тот согласился. Как будто понятия не имела, кто перед ней. — Ты такой милый.

Он снова перевел взгляд от ее губ к глазам. К растерянным голубым глазам. Она совсем его не узнала.

И улыбнулся. Если бы у него была более ясная голова, Шон бы сказал ей прямо здесь и сейчас. Может быть, его улыбка не превратилась бы в тихий смешок, если бы он не чувствовал облегчение от отсрочки возможного конфликта с тренером Ковальски.

Лекси начала двигаться, пока не оказалась на коленях спиной к Шону. Копна светлых кудрей доставала ей до середины спины, Лекси перебросила волосы на одну сторону.

— Я признательна тебе за помощь.

Наушники лежали на гладкой коже, Лекси пахла дорогими духами. Платье застегивалось на маленькие пуговки, которые начинались между лопаток и спускались вниз по спине куда-то ниже ягодиц.

Все в Лекси выглядело мягким. Начиная от волос, кожи и ресниц, заканчивая улыбкой, которую она послала через плечо.

— Прости, у меня нет крючка для расстегивания пуговиц.

Шон не мог вспомнить, когда раздевал женщину не для того, чтобы уложить ее в постель. Он засунул стакан в держатель между креслами и прикоснулся к первой пуговице. Та проскользнула сквозь пальцы, и он костяшками задел кожу Лекси. Попробовал снова с тем же результатом, но на третий раз все же умудрился протащить пуговку сквозь петлю.

Лекси была красивой и нежной. Она была хаосом и безумием, и настоящей занозой в заднице. Со второй пуговицей оказалось справиться труднее, чем с первой, и Шон выругался под нос, пока пытался расстегнуть ее.

— Я знаю, что я заноза в заднице, — сказала Лекси, очевидно, его раздражение уловил микрофон, торчавший у уголка рта. — Иногда.

В наушниках послышался смешок Джимми, как будто он тоже был с этим согласен.

— Как ты попала в «Давай поженимся!», Лекс? — спросил пилот. — Я удивился, увидев тебя в этом шоу. Никогда не думал, что ты из тех женщин, кто отчаянно хочет замуж.

— Я не из них.

Пальцы Шона оказались слишком велики, и он замешкался с третьей пуговицей. Посмотрел вниз на длинный ряд этих гладких пуговичек и маленьких петелек и задумался, не лучше ли просто разорвать платье по шву.

— Я решила принять участие в шоу, потому как думала, что это будет отличный бесплатный пиар для моего бизнеса. Тогда это казалось хорошей идеей. — Лекси покачала головой, и один локон выскользнул из ее руки и упал на спину. — Мне нужно было сделать что-то заметное. Что-то, чтобы раскрутить мой бренд и хорошо продвинуться. — Шон взял локон светлых волос и убрал со своего пути. — «Шкафчик Ням-Ням» продается только в онлайне, — продолжила Лекси, — и я не могу соперничать с большими торговыми сетями. Я собираюсь открыть свой первый оффлайн магазин в Бельвью недалеко от торгового центра, и мне нужна реклама.

Шон застыл, когда мягкие волосы снова упали ей на спину. «Шкафчик Ням-Ням»? Для него это звучало как название секс-шопа. Типа как «Бесстыжая от природы» или «Горячий бизнес».

— И как, сработало? — поинтересовался Джимми.

— Через десять минут после выхода первого эпизода мой сайт получил шестьдесят посещений за тридцать секунд и «упал». За три месяца продажи онлайн выросли на пятьдесят восемь процентов, а моя линия «Потрясающая ФиФи» полностью распродана.

«Потрясающая ФиФи?»

— Я и не знал, что у магазинов для зверей такая зверская конкуренция. — Джимми засмеялся собственному каламбуру.

Убирая волосы Лекси, Шон нахмурился, хотя сам не понял почему.

— У тебя магазин для животных?

Она повернула голову и посмотрела на него своими голубыми глазами.

— Я шью и продаю одежду для животных.

— Ты продаешь собачью одежду.

Это было скорее неверие, чем что-то еще. Шон испытывал отвращение к брехливым собачкам. Особенно к брехливым собачкам в кожаных куртках и байкерских шляпах.

— Да, но я расширила бизнес, чтобы включить игрушки и лежанки, и предметы безопасности. — Лекси пожала обнаженным плечом, и прядь волос снова упала обратно. — Почти все, что может понадобиться животному.

— Животным не нужна одежда, — заметил Шон, и снова убрал локон в сторону. Тот зацепился за стразы или кристаллы, или что-то в этом роде, и остался там.

— Им так же не нужны специальные площадки для прогулок и домики, но я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь плохо говорил о площадках для выгула собак или кошачьих домиках.

— Не позволяй Лекси начинать разговор о собаках, — предупредил Джимми.

Шон тянул и тащил, и умудрился вытащить четвертую и пятую пуговицы из маленьких петелек. Шелковая ткань разошлась, и красный отпечаток от тесного платья расчертил кожу Лекси. Шон провел большим пальцем по рубцу на идеальной коже. Только настоящий засранец мог считать, что Лекси должна оставаться в неудобном платье, которое врезается ей в кожу, еще три часа.

— Я люблю всех животных. — Ее щеки окрасились в нежно-розовый цвет, и она наклонила голову. — И у меня талант к шитью одежды для животных. Мама сказала, что это у меня в природе, я унаследовала от прабабушки, которая обожала делать одежду для своих цыплят. Хотя остается загадкой, почему она тратила свой талант на цыплячью одежду. Цыплята грязные и заканчивают свою жизнь на гриле.

Что за черт? Кто-то из ее семьи делал одежду для цыплят? Она ненормальная?

— Когда я была маленькой, то делала одежду для своих плюшевых игрушек и даже для статуэток с травой чиа. А когда мне исполнилось семь, папочка купил мне первую собаку. С тех пор я шила модную одежду для всех своих собак. После Понго у меня были Леди и Трамп. А теперь только Ням-Ням. Она породы китайская хохлатая и просто милашка.

— Господи Иисусе.

Все ее дикие рассуждения о собаках, одежде и цыплятах были просто бредом сумасшедшей. Совершенно сумасшедшей, упрятанной в красивую упаковку. Красивую упаковку с