Мне тебя подарили - Александра Салиева

— Что? — не удержалась я от вопроса.

— Да так, ничего особенного, пытаюсь прикинуть, каким именно образом ты собираешься это, — кивнул на лампу, — на мне использовать.

— И как? Получается?

Не то чтоб было особенно интересно, но всё же… вдруг у него идеи более актуальнее моих будут?

— Пока не очень, — признался с фальшиво прискорбным вздохом Габриэль.

Честно говоря, я и сама пока не определила на какую часть его тела готова покушаться на этот раз. До головы-то с высоты своего роста точно не достану. И вряд ли он будет столь любезен, чтобы предоставить мне стремянку.

— Ничего, будешь наглеть, скоро узнаешь, у меня с фантазией получше твоего будет, — откровенно соврала, продолжая пятиться к балконной двери.

Так и прислонилась спиной к холодному стеклу. Только потом остановилась. А ещё рот открыла. От удивления и возмущения одновременно. И всё потому, что:

— Хм… Раз уж зашла речь о фантазии, должен признаться: доберманов у меня нет, — оповестил с новой, непонятно с какой стати жутко довольной ухмылкой Габриэль.

— То есть как нет? — насторожилась я.

— А вот так, — пожал он плечами. — Нет. Не было никогда. И не будет. Я вообще не любитель разводить домашнюю скотину.

Тут я поняла, что «запланированные» переговоры не состоятся. Как и то, что их вообще никто не планировал.

— То есть обманул? — прищурилась подозрительно.

— Обманул, — не стал отрицать мужчина.

— Какое разочарование, — съехидничала я ответно.

Ничего подобного, разумеется, в помине не было. Хотя всё равно обидно.

— Это было первым, что пришло на ум, чтобы тебя хотя бы немного вразумить и остановить, — произнёс Габриэль. — Надоело бегать за тобой по всей вилле, — замолчал, позволяя в полной мере усвоить весь спектр его коварности. — К тому же совершенно не хотелось выбивать эту дверь, впечатывая тебя в стену, — добавил снисходительно. — Всё-таки симпатичная мордашка. Будет жаль, если испортится, — заявил в довершение, шагнув вглубь спальни.

Моментально не по себе стало!

Особенно в тот момент, когда я поняла, что балконный затвор не срабатывает, его заело — никакого пути к отступлению у меня нет. А всё потому, что кое-кто успел запереть дверь с той стороны, и оставил ключ в повернутом состоянии в замочной скважине...

Гадство!

— Куда-то собралась? — услужливо поинтересовался Габриэль, продолжая двигаться в моём направлении.

Расстояния между нами становилось всё меньше и меньше, а нервничать я начинала всё больше и больше.

— Ты такой догадливый, — съязвила в расстройстве. — Учти, я тебя не только засужу и упрячу за решётку, ещё и прикопаю где-нибудь, если ты ещё хоть раз своими грязными ручонками ко мне снова притронешьс-с-с... — не договорила.

Моя угроза застряла в горле. Вместе с рухнувшей на пол лампой. Трудно держать в руке в принципе хоть что-нибудь, когда запястья пережимают недюжинной хваткой! Грохот разбившегося предмета интерьера и вовсе отразился в моей голове, подобно ядерному взрыву. После такого ничего и никого целого не остаётся. Вот и мне, походу, тоже… Плохо всё, да!

— О, это ты очень кстати про полицию и суд заговорила, — протянул угрожающе Габриэль, нависнув надо мной, прижимая собой к стеклу плотнее.

Ещё немного и точно по нему размажет.

—Да что ты? — отозвалась вынужденно.

А то ж сам не договаривает. Стоит опять невесть чем довольный и нагло лыбится.

Гад, короче.

— Неужели всё ещё не догадалась, как я тебя тут, в этой комнате нашёл? — не спешил облегчать задачу, разглядывая меня с самой натуральной плотоядностью.

Тут пришлось немного призадуматься. Выходило откровенно паршиво. Он же меня, как под микроскопом разглядывал, то и дело отвлекая этим фактором. Притом никак не покидало стойкое ощущение, будто реально съесть собирается. Не удивлюсь, если совсем скоро облизываться начнёт, а потом реально укусит.

Невольно поёжилась. И сжалась вся.

— А я думал, ты куда умнее и сообразительнее, — не дождался моего ответа Габриэль.

Тихий вкрадчивый шёпот, коснувшись уха, в один момент пробрал до дрожи в кончиках пальцев. Я даже грешным делом слегка порадовалась тому, что амбал до сих пор прижимает меня собой к стеклу. А то стоять отчего-то затруднительно стало.

— Камеры, Ви, — доверительно сообщил собеседник, по-прежнему интимно-опасно склоняясь надо мной. — Вся моя вилла находится под видеонаблюдением, — пояснил подробнее. — Так что теперь у меня есть записи того, как одна рыжая нахалка пробирается в мой дом, а потом портит моё имущество. Может быть даже крадёт что-то, — замолчал, но ненадолго. — Так по чью именно душу придут полицейские, если ты не будешь вести себя пай-девочкой, Ви? — добавил, как бы невзначай.

И если я решила, что предел моего офигения наступил, то уже через мгновение осознала, что всё происходящее — лишь жалкая затравка всему тому, что этот мстительный извращенец мне на самом деле приготовил. Осознала в тот момент, как только его руки сомкнулись на моей талии, после чего я полетела прямиком… на постель. А Габриэль шторы срывать принялся! Обязательно поинтересовалась бы, зачем ему это, ведь выглядел его поступок, мягко говоря, странно, но имелись дела куда важнее. Не буду же я дальше лежать на кровати, как послушная кукла, и ждать результата этой его странности? Что-то глубоко внутри навязчиво подсказывало: мне в любом случае итог вряд ли понравится. Вот я и подскочила на ноги, ринувшись к основному выходу из спальни, раз уж не удалось воспользоваться запасным. Не учла лишь того, что эта дверь тоже окажется заперта.

И когда он, мать его, только успевает?!

Глава 2.3

Вместе с последней мыслью с моих губ сорвался страдальческий стон. Следующий — обязательно должен был быть полон досады. Но я проглотила его, ни звука из себя не выдавила. Лишь осторожно повернулась обратно к мужчине, ожидая встретиться со своей напастью лицом к лицу. Примерно так, к слову, и вышло. Сразу после того, как меня повторно швырнули на постель, а немного погодя я почувствовала себя маленьким непослушным ребёнком, которого на раз-два спеленали. Хотя в моём случае, если быть точнее: связали. Органзой. Не только руки, ноги — тоже. Несколько узлов вдоль запястий и щиколоток, а также по парочке