Фиктивный брак - Кара Уилсон

– Да просто сердитый клиент, – ответила Эйлин. – Слушай, Норма, придумай что-нибудь насчет цветов, отнеси, к примеру, в больницу.

– Зачем? – удивилась та и с наслаждением понюхала розы. – Они такие чудесные! Трудно поверить, что их подарил сердитый клиент!

– Не задавай вопросов, – скомандовала Джинни. – Лучше помоги отнести цветы в машину. История слишком длинная и неправдоподобная.

– К тому же незаконченная, – резко добавила Эйлин.

Девушки взяли розы в охапку и пошли к выходу.

– Моя принцесса! Ну, входи, входи, – говорил Барри Крэнстон, встречая дочь и нежно целуя в щеку. – Ты запаздываешь. Я уж боялся, что не придешь.

Эйлин пожала его руку.

– Как ты мог так подумать? Просто задержалась на работе, разбирала счета, их накопилось слишком много. А кстати, с каких пор обед у Крэнстонов начинается строго в назначенное время?

– Для этого нам пришлось бы изрядно потрудиться. – Обняв дочь за плечи, Барри повел ее в гостиную. – Твои братья в саду, а невестки – в гостиной, вместе с мамой. Да, чуть не забыл. У нас гости.

– Гости? – Эйлин остановилась как вкопанная.

Она так и знала! Но каким образом? Как удалось Скотту заполучить приглашение в их дом?

– Не волнуйся, – заговорщически прошептал отец. – На сей раз не очередной кандидат в мужья, которого подыскала мать. – Он снова заговорил в полный голос. – Входи, познакомься с Марсией.

На кушетке рядом с матерью сидела женщина средних лет. Между ними лежал семейный альбом.

– О, Марсия, а вот и Эйлин, – обрадовалась миссис Крэнстон.

Поздоровавшись с гостьей, Эйлин обняла мать и невесток – Пэм и Коринну, которые тоже держали на коленях альбомы.

– Эйлин, познакомься, это Марсия Эшвуд. Мы знакомы очень давно! Но не видались целую вечность. Он с мужем уехала в Коннектикут, когда тебе не исполнилось еще и года. Теперь Марсия приехала в отпуск. Ей хотелось не только повидать нас, но и встретиться со всеми вами.

– Очень рада, – улыбнулась Эйлин, внутренне ликуя, что ее дурные предчувствия не оправдались. Кляня себя за подозрительность, добавила: – Надеюсь, мама не слишком утомила вас семейными фотографиями?

– Нам есть что вспомнить, – засмеялась Марсия. – И как приятно разглядывать снимки! – Она показала на одну из фотографий. – А вот мой сын Дэйв, вы вместе учились ходить. Теперь он – футбольный тренер в колледже.

Эйлин лениво попивала лимонад, разглядывая снимки, как вдруг раздался звонок.

– Должно быть, курьер, которого я ожидаю, – сказал отец, отставляя бокал.

– Барри, ты же обещал, – укоризненно обратилась к мужу Этель Крэнстон и тут же обернулась к гостье. – Он ничего не хочет знать, кроме работы. И готов отдавать ей двадцать четыре часа в сутки!

– Мне лишь необходимо посмотреть кое-какие бумаги, Этель. Обещаю, что даже конверт не вскрою до завтра.

– Ну что ж, ловлю тебя на слове. А вы, девочки, будете свидетелями. Я не желаю из-за твоих дел оставаться вдовой.

Усмехнувшись, отец вышел из комнаты.

Вскоре из вестибюля послышались мужские голоса.

– Не ожидал, что ты приедешь сам, Скотт! Думал, пришлешь курьера.

– Ну, видишь ли, я оказался неподалеку, ну и решил завезти бумаги. Приятно, что тебя заинтересовали мои предложения, Барри. Тебе не трудно перезвонить мне завтра утром?

– Разумеется. Но ты не убегай, мы как раз собираемся обедать.

Едва услышав разговор, Эйлин с ужасом поняла, что ее опасения подтвердились. Стиснув зубы, она слушала, как отец говорил гостю:

– Не будь смешным, ты вовсе не навязываешь свое общество. Пойдем, познакомлю тебя со всем семейством.

Скотт Митчелл вошел в гостиную, сияя обаятельной улыбкой, очевидно, той самой, дежурной, какой привык очаровывать клиентов и присяжных. Он сразу обратился с приветствиями к старшим женщинам, бросив, однако, быстрый взгляд на Эйлин.

– Миссис Крэнстон, я так рад познакомиться наконец с вами. Простите, что вторгся без приглашения, – любезно говорил адвокат.

Эйлин отметила, что виноватым он не выглядел.

– Ну что вы, мистер Митчелл, мы рады вашему приходу, – оборвала его извинения Этель Крэнстон. – Непременно оставайтесь на обед.

Поломавшись для виду, Митчелл позволил быстро себя уговорить. Эйлин находилась в отчаянии: мало того что он ухитрился проникнуть в дом, так теперь ей еще придется выносить его общество за столом!

Миссис Крэнстон представила адвоката Марсии, затем – невесткам.

– Я знаю их мужей, – обворожительно улыбнулся Митчелл. – Мы иногда вместе играем в гольф.

Тут Эйлин почти физически ощутила, как мать занялась излюбленным делом – все тем же сватовством. А как же иначе, если вдруг в доме появился холостяк? И собой недурен, и положение солидное.

– А это наша дочь, Эйлин.

Повернувшись к девушке, Скотт незаметно подмигнул ей.

– Здравствуйте, Эйлин. По-моему, мы с вами уже встречались. Помню, на вас тогда еще была розовая юбка.

– Рада вновь увидеть вас, – с трудом произнесла Эйлин, протягивая руку.

Подошел Барри Крэнстон и ухватил Скотта за плечо.

– А сейчас, с разрешения очаровательных дам, мы со Скоттом удалимся, нужно кое-что обсудить. Да-да, я помню свое обещание, Этель, но беседа займет всего несколько минут.

И, пропустив вперед Митчелла, он вышел вслед за ним.

Хорошо устроился! – иронически думала Эйлин. И в гостях, и дела улаживает, ну и ловкач!

– Разумеется, вопросы настолько срочные, что нельзя подождать до утра, – пробормотала она вслух.

– Что ты сказала, дорогая?

– Прости, мама, я просто вспоминаю о завтрашних планах.

Женщины опять занялись разговором. Затем Марсия обратилась к Эйлин:

– Мама рассказала мне о твоей успешной работе. Но ведь она отнимает много сил. Остается ли у тебя время на личную жизнь?

Эйлин в отчаянии чуть не застонала. Сама того не зная, Марсия села на любимого маминого конька. Опять начнется длинный, нудный разговор о том, как важно девушке не откладывать замужество надолго, достойного человека встретить трудно.

К счастью, появились Барри и Скотт, хотя неизвестно, что лучше: разговаривать о личной жизни или терпеть присутствие Скотта Митчелла?

Митчелл сел рядом с Эйлин.

– Вы, оказывается, дизайнер, Эйлин?

– Да, – скованно ответила она и поспешно добавила: – Моя мама – тоже художник. Только она оформляет интерьеры ради собственного удовольствия – друзьям, родственникам. Вот эта комната, например, плод ее фантазии.