Любовный поединок - Холли Престон

Кэтрин замолчала в нерешительности, не понимая, к чему он клонит. В голове вновь мелькнуло навязчивое воспоминание о Ричарде, о его диких выходках. Может быть, у Эйда Стивенсона с кем-нибудь нелады? Неужели в этом замешан кто-то из «Стронга»? Наверное, поэтому у него был такой мрачный и замкнутый вид, когда он отошел от Хордов в зале.

Ей припомнилось, как забавно расфилософствовался в машине Эбнер Айзекс, и она с легкой иронией произнесла:

— Что ж, мистер Стивенсон, в жизни каждого человека рано или поздно выпадает ненастье.

— И вы это ненастье приносите, мисс Бакст. Как говорится, по стечению обстоятельств…

Кэтрин рассмеялась и покачала головой.

— Предпочитаю надеяться, что распространяю солнечный свет.

— Просвещаете, значит… — Эйд кивнул, и его стальные глаза удовлетворенно блеснули. — Я так и думал, что вы о себе именно такого мнения.

— А какого мнения вы о себе, мистер Стивенсон?

Он улыбнулся, но впечатление от этого осталось довольно зловещим.

— Я меч правосудия, мисс Бакст.

Ну и самомнение, подумала Кэтрин, и ей захотелось слегка осадить его.

— В таком случае, надеюсь, ваши весы работают точно. Правосудие нередко бывает слепым, — поддразнила она.

— Как верно подмечено, — многозначительно согласился Эйд. — К несчастью, многие видят лишь одну сторону медали и выносят суждения, даже не вспомнив о существовании второй стороны.

— Вы так и поступаете?

— Я всегда стараюсь охватить картину в целом, мисс Бакст. Смею вас в этом уверить.

— И не упускаете ни единой мелочи, мистер Стивенсон? — лукаво уточнила Кэтрин, которую позабавило то, что он считает себя всевидящим. — Таких людей просто не бывает.

— Ради Бога, что это с вами? — с шутливым возмущением вмешался Том. — Что это еще за «мисс» и «мистер»? Мы же на вечеринке, а не на каком-нибудь сверхофициальном мероприятии!

— В наше время, Томми, нельзя позволять себе лишнего, — добродушно отозвался Эйд. — Откуда мне знать, может, я разговариваю с какой-нибудь оголтелой феминисткой, которая вцепится мне в горло за излишнюю фамильярность?

Том расхохотался.

— По-моему, одного взгляда на Кэтти достаточно, чтобы понять, что она-то уж никак не оголтелая феминистка.

— Внешность бывает обманчива, старина… — парировал Эйд. Затем приподнял брови и вопросительно посмотрел на Кэтрин. — Может быть, наша прекрасная дама будет так любезна, что внесет ясность по этому вопросу?

Откуда у нее такое ощущение, что он действует с какой-то тайной целью, играет с ней, как кошка с мышью, и только и ждет, чтобы ударить, стоит ей на мгновение утратить бдительность?

— Разрешаю вам звать меня по имени, как, впрочем, и было пять минут назад. — Кэтрин обезоруживающе улыбнулась. Разводить дискуссии о феминизме ей сейчас совершенно не хотелось.

— Что ж, тогда и я не стану настаивать на формальностях, — с шутливой важностью он поправил галстук. — Можете называть меня просто Эйд, тем более что пять минут назад я на это еще не смел надеяться.

Кэтрин весело засмеялась. В этой игре определенно была своя прелесть, что-то вроде вызова. Она не могла припомнить, чтобы мужчина когда-либо прежде так заинтриговал ее, в особенности при первой встрече.

— Мне обращение «мис-с-с» вообще никогда не нравилось, — внесла свою лепту Диана. — Похоже на комариный писк.

— Вы говорите с высоты своей позиции «миссис», Диана, — мягко упрекнул Эйд. — У Кэтрин на этот счет может быть совсем иное мнение.

Снова укол!

Диана, не замечавшая их пикировки, смущенно вспыхнула.

— Ох, простите, пожалуйста, я брякнула не подумав. — И она устремила умоляющий взгляд карих глаз на Кэтрин.

Диане Хорд была присуща какая-то хрупкая ранимость и невинная простота, и в Кэтрин мгновенно всколыхнулась потребность ее защитить, какую она всегда испытывала по отношению к младшим братьям и сестрам. Диана была начисто лишена повадок светской львицы, а при таком муже, как Том, это, скорее всего, никогда и не понадобится. В чем-то Кэтрин даже ей завидовала, ведь Диане не приходилось иметь дело с темной игрой, которую ведут мужчины с женщинами.

— Просто так, без формальностей, удобнее, никто не путается — называть ли меня «мисс» или «миссис», — мягко пояснила Кэтрин. — Как и обращение «мистер» — на мужчине ведь не написано, женат он или холост.

— А когда выйдете замуж, вы захотите, чтобы вас по-прежнему называли «мисс»? — удивилась Диана.

— Это в том случае, если она захочет выйти замуж, — оживленно заметил Эйд. — Многие дамы, делающие карьеру, предпочитают не брать на себя лишних обязательств, которые помешают им добиваться поставленных целей.

— О Боже! — покаянно встрепенулась Диана. — По-моему, я опять что-то ляпнула невпопад?

Кэтрин тут же успокоила ее нежной улыбкой.

— Все эти церемонии могут слишком далеко нас завести. Ваши вопросы меня совсем не задевают, Диана. Могу сообщить, что я была замужем и была очень счастлива, став «миссис».

Эйд изумленно вскинул на нее глаза. Он явно был поражен, лихорадочно что-то переоценивал.

Кэтрин просто физически ощущала, как новые импульсы бьются в его душе, меняется какая-то внутренняя картина.

— А теперь я разведена… — будничным тоном, как ни в чем не бывало, продолжала она. — И признаться, привыкла… Вполне довольствуюсь обращением «мисс».

Диана сокрушенно покачала головой.

— Еще один неудачный брак. Эйди тоже через это прошел. Очень печально…

Одно откровение сыпалось за другим. На несколько секунд все растерянно замолчали.

Эйд Стивенсон разведен — стало быть, свободен! Эта мысль промелькнула у Кэтрин, как молния на темном небосводе. У нее было такое ощущение, что мир взорвался в искрящемся фейерверке, освещая ее жизнь, в которой, казалось, уже не было места грезам.

Кэтрин было двадцать девять лет, она стояла на пороге тридцатилетия, хотя и выглядела гораздо моложе. И в ее окружении, честно говоря, было не так много интересных неженатых мужчин. А уж если совсем по правде, то Эйд Стивенсон был вне конкуренции. В самом деле, он просто сногсшибателен. И Кэтрин есть о чем подумать на досуге…

Воистину надежда никогда не умирает!

— Ничего печального тут нет, Диана, — забавно пародируя нравоучительный тон, опомнился первым Эйд. — В наше время это просто вопрос статистики. Два брака из трех заканчиваются разводом. Вы с Томми — сказочно счастливое исключение. Имеет смысл взять патент. Но… может быть, нам по дружбе вы откроете секрет своего успеха?

Диана улыбнулась и протянула мужу руку.

— Просто надо хотеть одного и того же, — с трогательной простотой сказала она. — Правда, Том?