Вальс под звездами - Донна Олвард

— А что, есть причина, по которой я могу вам не поверить?

- Нет.

Сделав глоток кофе, Броуди задумался.

— Здесь все хорошо друг друга знают. Одних людей я подпускаю близко, других нег. С вами мы еще слишком мало знакомы, и я пока не решил, могу вас к себе подпустить или нет. Небольшая порция правд может этому поспособствовать.

Сблизиться с ним? Это было последнее, чего она хотела.

— Я приехала сюда по делам.

Броуди положил ногу на ногу.

— Да, и у меня возникло к вам слишком много вопросов, без ответов на которые я не смогу вам доверять.

— Не сможете мне доверять? Да одного имени моего... э-э... короля Александра должно быть достаточно.

— Как я уже говорил, я знаю о Наварро достаточно, чтобы понять, что Его Величеству нужно только все самое лучшее.

— А вам для чего это сотрудничество? — Люси упрямо выпятила подбородок.

- Шутите? Конюшни Наварро известны во всем мире. Сотрудничество с королевской семьей Маразура может поднять мой бизнес на новый уровень.

Поставив кружку на стол, Люси поджала губы.

— Вы определенно получаете от этого сотрудничества больше, чем мы, так что сомневаться не в ваших интересах.

Гамильтон поднял бровь.

— А если вы вернетесь с пустыми руками?

Люси помрачнела. Это было исключено. Она должна была доказать своему отцу, чего на самом деле стоит. Но для этого ей нужно было сейчас раскрыться перед Броуди.

— Он отправил вас ко мне. Признайтесь, мы нуждаемся друг в друге.

— Чего вы от меня хотите? — Люси спрятала лицо за кружкой. Она все еще была слишком уязвима, и только словесная перепалка могла на время приглушить ее боль.

— Я хочу знать, почему вы плакали в моей конюшне посреди ночи?

— Это личное.

Нетерпеливо фыркнув, Броуди поднялся и поставил на стол кружку.

— Ну как хотите, — отрывисто бросил он и направился к двери.

Люси с открытым ртом уставилась ему вслед. Она не могла позволить ему уйти. Если он откажется от переговоров, ей придется возвращаться в Маразур ни с чем, а этого она никак не могла допустить.

— Броуди, подождите!

Подбежав к двери, она загородила ему проход.

— Подождите.

Он остановился, и ее сердце подпрыгнуло.

— Если вам будет интересно это знать, я выросла в Вирджинии. Среди лошадей. Моя мать... она работала бухгалтером на одной из ферм. Вот откуда я знаю Притти. Я видела ее в «Тремблин Оук», когда была ребенком, до того, как ее продали. Это место... напоминает мне «Тремблин Оук».

— Вы тоскуете по дому? — Судя по его холодному тону, он ей не поверил.

— Да... но дело не только в этом. Моя мать...— К горлу внезапно подступил комок, и ей пришлось на мгновение замолчать, чтобы сглотнуть. — Моя мать умерла несколько месяцев назад, и за это время столько всего изменилось...— Она глубоко вдохнула. — Столько всего произошло, что у меня не было времени горевать. Но сегодня я оказалась здесь, и мое горе вырвалось наружу. Мне нужно было побыть с кем-то, кто бы меня понял.

— С Притти? — спросил он, снисходительно улыбаясь.

— Не смейтесь надо мной! — Люси сверкнула глазами. Неужели было так трудно понять, что здесь, в «Прейри Роуз», она нашла связь с родным домом? Нет, он не мог быть настолько слеп.

Броуди подошел ближе.

— Я вовсе не смеюсь. Это единственная разумная вещь из всех, что вы мне сказали.

Люси встретилась с ним взглядом. Теперь, когда неприязнь прошла, их разделяло всего несколько дюймов, и притяжение усилилось.

— Вам было так тяжело? - мягко спросил Броуди.

— Да, — прошептала она.

— Я знаю, — ответил он, и эти два слова вызвали у нее слишком много вопросов.

Броуди положил ладонь ей на щеку

— Спасибо за доверие. Это многое объясняет.

Люси тяжело сглотнула. Напряжение между ними достигло предела. Еще немного, и их губы соприкоснутся...

— Давайте вернемся в дом. Завтра будет долгий день.

Немного разочарованная, Люси вежливо улыбнулась, отстранилась и вышла вслед за ним из конюшни..

Она наговорила ему больше, чем планировала. Как могла она упомянуть «Тремблин Оук»? Слышал ли он, что она говорила о лошади?

Он знал уже слишком много. Ей следует быть осторожнее. Больше никаких ночных откровений. С завтрашнего дня все их разговоры будут исключительно о делах.