Леди и дезертир - Шерил Сойер

Август Эллвуд вопросительно посмотрел на них. Мэри же хотелось узнать реакцию Софии. Но та ничего не ответила. Мэри приняла ее молчание и больше не пыталась возобновить разговор на эту тему.

Глава 3

Софии предстояло ждать два дня, прежде чем она смогла снова увидеться со своим отцом. Он был единственным, с кем она могла говорить об Эндрю. Она заключила сама с собой секретный договор, что никогда не будет искать совета у Эллвуда, ибо это могло сблизить их и таким образом нарушить спокойствие Мэри. София не раз наблюдала, как дружба между женщинами рушилась и из-за меньшего, тем более, что она знала, как Мэри обожает своего супруга.

София хотела увидеться со своим отцом наедине, и наконец ей повезло — в день, когда он приехал, Мэри отправилась со своими детьми и Гарри в Конный театр Эстли.

Ее отец сидел в золотой гостиной у окна, откуда солнечный свет проникал с Бедфордской площади, освещая густую копну его седых волос. Он был в морской форме, так как только что вернулся из Адмиралтейства. София подошла и села рядом.

— Недавно вечером я была представлена принцу.

— Я слышал об этом. Мои поздравления.

— Он говорил со мной об Эндрю. Заявил, будто бы Эндрю погиб во Франции. — София пристально посмотрела в глаза отцу. — Тебе когда-нибудь доводилось слышать об этом?

Он откинулся назад на своем стуле.

— Ты можешь сказать мне, папа. Теперь я бы предпочла знать. Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе об этом?

Контр-адмирал пожал плечами:

— Ну, мне об этом известно очень немногое…

— Но это возможно? — она перевела дух. — Это возможно, что он никогда не был в Сан-Себастьяне, что он вместо этого находился где-то во Франции? Они солгали мне, скрыли, как он погиб. — Отец молчал, и София воскликнула: — Я имею право знать. Великий Боже, если он не был убит в сражении, возможно, он по-прежнему жив?

— Нет! — резко ответил Меткалф, но тут же мягко добавил: — Никто не пытался тебя обмануть. Мы должны примириться с его смертью. Он мог погибнуть в Сан-Себастьяне, и если это не так, я, право, не могу сказать тебе — где. Я никогда не интересовался этим. Уверен, что армия действовала должным образом.

София посмотрела из окна на залитую солнцем оживленную площадь. Небольшая группа людей собралась возле дома лорд-канцлера по другую сторону площади.

— Во время битвы при Сан-Себастьяне никакие британские войска не прорывались во Францию, — спокойно продолжила София. — Если британский капитан умер за Пиренеями, он мог быть только шпионом или… предателем. Кто же был Эндрю?

Меткалф наклонился и взял ее за руку:

— Успокойся, тебе нет необходимости спрашивать.

— Он никогда не говорил об этом, — почти шепотом произнесла София.

— Он не мог.

— Но мне ведь он мог сказать.

— Нет, это только усугубило бы твое бремя. Эндрю говорил мне, что никогда не забудет твоего лица, когда впервые предстал перед тобою в форме. Присядь, моя дорогая.

София молча повиновалась, и он продолжил:

— Ты должна знать, он не доверял и мне тоже. Но есть определенные вещи, о которых я могу догадаться. Эндрю обладал качествами, которые подходили для шпионской деятельности. У него был быстрый, деятельный ум, острая реакция, а этого многие поначалу недооценивали.

— Но…

— Но все же нет, он был не из тех, кто мог добровольно, сознательно стать шпионом. Однако если на него была возложена секретная миссия, возможно, он и согласился из чувства долга.

— И этого для тебя достаточно? Достаточно, чтобы мириться с фактом, что власти использовали его и отреклись от него, а затем лгали его жене и ребенку? Но этого не достаточно для меня! Я должна выяснить, что случилось с ним, что они сделали с ним, и бросить это им в лицо.

Меткалф ничего не сказал. Это разозлило Софию еще больше. Перед ее мысленным взором пронеслись все месяцы после получения известия о гибели мужа. София многократно проигрывала в своем воображении сцену смерти Эндрю. Она видела его героически павшим на поле сражения. Но теперь ее воображение рисовало совсем иные картины: взятые в плен британские офицеры в гражданской одежде были расстреляны как шпионы на месте, если им повезло. Гораздо хуже пришлось тем пленным, которых пытали, дабы они выдали секретные сведения. В течение дней, недель, месяцев. Пока они не ломались. Ее муж был использован как пешка своей собственной страной. Слава Богу, она никогда не использовала и не предавала его, пока он был жив. Она не предаст его и теперь, когда он погиб…

Прорвав напряженную тишину, отец сказал ей:

— Я сделал бы все возможное, чтобы облегчить твои страдания. Если бы я пользовался хотя бы малейшим влиянием в высших военных кругах, я бы смог что-то разузнать. Но могу сказать тебе определенно: искать ответ на этот вопрос в армии совершенно бесполезно.

София судорожно вздохнула и опустила голову:

— Конечно, я понимаю.

Собираясь ехать в Клифтон, она надеялась, что там в бумагах Эндрю и личных вещах — тех самых предметах, которые она боялась увидеть снова, — определенно должен был находиться ключ к разгадке.

Пытаясь хоть как-то поддержать ее, контр-адмирал сказал:

— Я думаю, что пришло время тебе и Гарри вернуться домой и обрести, наконец, немного покоя.

— Да, папа. Не беспокойся о нас.

Он поерзал на стуле.

— Собственно говоря, я пришел сюда поведать тебе кое-какие новости. О нашем старом знакомом из Сиднейской бухты. Однако боюсь, что это будет вряд ли хорошая новость. — Он испытующе посмотрел на нее. — Пожалуй, лучше будет оставить ее невысказанной.

София не возражала против смены темы разговора.

— Нет, все-таки скажи. Губернатора Маккери свергли в результате еще одного «странного восстания»? Или его офицеры обанкротились на своем собственном ипподроме?

Он покачал головой.

— Ты помнишь французского солдата по имени Жак Десерней?

Это имя схватило ее за горло, и она уставилась на него без движения. Наконец она выдавила из себя одно-единственное слово.

— Мертв?

Он пожал плечами.

— Все равно что мертв. — Он наклонился вперед, опираясь локтями на колени. — Ты помнишь, когда впервые познакомилась с ним? В лесу, недалеко от Главной Южной дороги?

— Разве я могу забыть это!

— Да, конечно. Ты говорила мне, что Десерней двигался вверх по холму, когда столкнулся с тобой, и вскоре после этого лейтенант приказал ему вернуться обратно к дорожным работам, правильно?

На мгновение в ее памяти всплыл образ того мужчины, его проницательные серые глаза, копна светлых волос. И солнце над