Семья брата. Мой персональный ад - Анна Бигси

— Нет, — убираю с себя ее руки. — Прости, не сегодня.

Вот совсем нет настроения. Во-первых, романтик из меня, прямо скажем, никудышный. Не люблю я все эти розовые сопли и прочую требуху. А во-вторых, мысли слишком далеки от секса. Чисто механический процесс давно уже для меня не привлекателен.

— Почему? — Илона обиженно надувает губы. Типично женская черта, но ей совершенно не идет. Она из другого теста и зачем периодически пытается отколоть подобную дичь, мне не понять. Только раздражает.

— Мне надо уехать, — поднимаюсь на ноги.

— Ты же только приехал?

— Я обещал составить Макару компанию и прогуляться в парке.

Врать не имеет смысла, Илона все равно узнает правду. Поэтому говорю правду.

— Может, и меня прогуляешь заодно? — Она складывает руки на груди и выжидающе смотрит.

Чего добивается, я не знаю. Прекрасно ведь понимает, что я ее не возьму к брату. Это личные границы, и мы их не переходим. Я против. Категорически. Служебные романы тоже, кстати, табу. Но пришлось уступить. Подкупили холодность и безэмоциональность Илоны. В ней читалось типично мужское желание свободных отношений, секса без обязательств и зацикленность на работе. Мы идеально подходили друг другу, но в какой-то момент все изменилось. А я его пропустил. Илона стала требовать больше, чем я могу ей дать. Надо поговорить об этом. Видимо, пришло время ставить точки.

— Илон, давай ты лучше вечером приедешь ко мне, — снисходительно улыбаюсь я. — Если ванна, массаж и ужин еще в силе…

— Конечно в силе, — сразу расцветает она. — Для тебя что угодно.

— Тогда до вечера, — небрежно целую ее в губы и забираю телефон.

— До вечера.

Вбиваю в навигатор адрес и еду в парк. Противоречивые мысли распирают меня изнутри. Наверное, все-таки зря я все это замутил. Они взрослые люди, сами разберутся, как им жить. А мне надо выкинуть из головы эту девчонку и забыть. Ярослава — последняя девушка на свете, о ком мне следует думать. Тогда почему именно она постоянно мелькает в сознании?

Притормаживаю на светофоре и нервно стучу пальцами по рулю. Под стрелку — парк, прямо — частный сектор. Залипаю на пару секунд, силясь принять правильное решение. Мозг отчаянно сражается с сердцем, и никто не желает уступать.

Громкий сигнал клаксона сзади, возвращает в реальность и придает решимости. Нажимаю на газ и проезжаю прямо. Все. Домой. Подальше от дурацких мыслей, что заполонили голову.

Пишу брату сообщение «Я не приеду. Не обижай девочку», отправляю и сжимаю телефон сильнее. «Сам разберусь» — приходит ответ. Скриплю зубами от злости и инстинктивно прибавляю газ. Он прав. Пусть разбирается, как хочет. В конце концов, Ярослава не ребенок и вполне способна дать отпор.

Уговариваю себя, что все сделал правильно. Только на душе кошки скребут. Отчего-то чувствую себя предателем, хотя вроде не из-за чего. Я загнался. Надо срочно переключиться и выкинуть и эту девчонку, и эту историю из головы.

Глава 5 Ярослава

Глава 5 Ярослава

С самого утра я сама не своя. Все валится из рук, и ничего не получается. Даже накраситься толком не смогла. А все потому, что не выспалась. Опять. Мысли не давали покоя, терзали и мучили, как изголодавшиеся звери.

Почему Игнат вчера не пришел? Ведь собирался, но потом написал брату сообщение, что передумал. А я ждала вопреки всему. До сих пор чувствую себя обманутой, хотя повода, по сути, нет. Так глупо гулять с одним братом, а ждать встречи с другим. И глупо, и безответственно, и как-то даже низко. Но я же не делаю ничего плохого. С Макаром мы просто гуляли. Хотя и прогулкой это можно назвать с большой натяжкой. Он все время торчал в телефоне и едва обмолвился парой слов. Макару явно не интересны ни я, ни ребенок. Зачем это все, непонятно. Мы слишком разные… Но отвергать его помощь не хочу. Мне совсем не до гордости.

— Ярослава! — вздрагиваю, как ошпаренная, услышав строгий голос начальницы. Этого еще не хватало. Подбираюсь, натягиваю дежурную улыбку и оборачиваюсь.

— Да, Эльвира Юрьевна.

Переваливаясь с ноги на ногу, как медведица, она медленно идет ко мне. Судя по ее недовольной физиономии, разноса мне не избежать.

— Что ты сегодня, как вареная? — стреляет в меня испепеляющим взглядом и рывком распахивает дверь в свой кабинет.

— Простите, — отвожу глаза в сторону и нервно кусаю губы. Решимость, с которой я пришла поговорить с начальством, с каждой секундой все стремительнее тает. Может, в другой раз лучше?

— Люди ждут, а ты стоишь, стену подпираешь.

— Чувствую себя не очень хорошо, — пытаюсь оправдаться, но получается совершенно противоположный эффект. Эльвира Юрьевна резко разворачивается, упирает руки в бока и наступает на меня.

— Может, пора заканчивать работу?

— Нет, что вы, — качаю головой и пячусь, пока не упираюсь в стену.

— Сколько тебе осталось до декрета? Живот уже на нос лезет. Неповоротливая стала, как баржа, и медленная.

— Два месяца, — нервно ломаю пальцы и собираюсь с мыслями. — Я как раз об этом и хотела с вами поговорить.

— Да? — хмыкает она и демонстративно складывает руки на груди. — Ну говори.

— Вы обещали узнать про официальное трудоустройство для меня, — быстро тараторю. — Чтобы я получила все необходимые выплаты.

Эльвира Юрьевна на секунду меняется в лице, словно пытается что-то вспомнить. А потом отрицательно качает головой.

— Не получится. У нас нет такого варианта в трудовом договоре. Два месяца доработаешь, и все. В вольное плавание.

— Как же так… — шепчу растерянно. Я так надеялась на декретные. Где же мне теперь брать деньги? Два месяца я еще как-то продержусь, а дальше?

— Извини, но помочь ничем не могу. — Эльвира Юрьевна равнодушно пожимает плечами. — Семен Борисович так решил.

— Ясно, спасибо, — горестно вздыхаю я.

— Иди работай, а то и два месяца не продержишься!

Подскакиваю, как ужаленная, и мгновенно испаряюсь. Надо срочно придумать план «Б». Не к маме же возвращаться. Она, конечно, не прогонит, но я не хочу вешать ей на шею еще и свои проблемы.

На автомате забираю с барной стойки кофе и иду в зал. Земля дрожит под ногами, а отчаяние захлестывает. Непрошеные слезы застилают