Слава, судьба и первый поцелуй - Кейси Уэст

– Ты здесь, чтобы пробежаться по сценарию? – спросила я. Может, поэтому Реми сегодня не стал спорить по поводу окончания дня: он прислал мне того, с кем я могла бы порепетировать. Я направилась к шкафчикам в углу, в которых у меня обычно хранился сценарий.

– Я Донаван, твой новый репетитор.

Я развернулась и пошла к вешалке. Повесила блузку и корсет.

– А, репетиторов я тоже не заказывала.

– Твой отец предупредил, что ты ответишь именно так. И еще он просил передать, что либо так, либо ему придется потолковать с твоим режиссером.

Да, Реми бы это точно не понравилось.

– Как преподнести эту информацию, тоже он тебе сказал? Ты говоришь прямо как он. Хотя вид у тебя более угрожающий. Может, сбавишь немного тон?

– Тебе нужно подготовиться до того, как мы начнем?

– Подготовиться? Ты хочешь провести разминку для моего мозга?

Он внимательно посмотрел на мое лицо. Мой подкол его не смутил.

– А. Ты имеешь в виду грим. Я тебя пугаю?

– Ничуть. Я нашел твои задания. Вижу, что ты сделала примерно половину.

– Сделала половину? Круто. – Я села на диван рядом с ним. – Но есть проблемка: я не могу делать уроки с кем-то, кого совершенно не знаю. Потрать пять минут и расскажи о себе.

– Пять минут чтобы… что?

– Ну… – Подождите-ка. Мы и впрямь не были знакомы. Реми не собирался посылать мне помощника, но может, от этого парня, сидящего со мной на диване, был бы толк. – Ты можешь мне помочь.

– Да, именно. Начнем с математики или с английского?

– С химии.

Он пролистал несколько страниц в моих материалах.

– У вас в этом году и химия есть?

Я схватила и выложила на столик все, что лежало между нами: материалы, папку, карандаш, его телефон.

– Ты ведь без грима никогда меня не видел. – На моей щеке не хватало элемента грима, из-за которого я выглядела еще более жутко, но я знала, что и с тем, что осталось, зрелище было не из приятных.

– Еще твой папа предупредил, что ты будешь изобретательно избегать выполнения домашки. – Он потянулся к вещам на столике.

Я схватила его за обе руки и развернула так, чтобы он смотрел прямо на меня.

– Твои задания подождут минуту.

– Это твои задания.

– Какая разница. Просто быстренько помоги мне, а затем займемся уроками.

Он вздохнул.

– Ставлю таймер на пять минут. Как только он сработает, садимся за уроки.

Я поморщилась.

– Ты и правда напоминаешь мальчика-паиньку из хора.

– Пять минут.

Он достал телефон.

Я усмехнулась. А он стойко держится! Большинство молодых людей обычно не мешают мне делать то, что я сочту нужным.

– Договорились.

Он нажал несколько кнопок и положил телефон обратно на стол.

– Что от меня требуется?

– Просто сиди тут и скажи, когда ты что-то почувствуешь.

Для многочисленных прослушиваний мне приходилось и просто встречаться с незнакомыми людьми, и сходу разыгрывать с ними сцены. Тут немного другое, потому что он все же не актер, но тоже сгодится.

– Готов? – спросила я.

– Да.

Я медленно подняла руку, прошлась пальцем по его предплечью и пристально посмотрела ему в глаза. Красивые, темно-карие, с густыми ресницами.

Он отпрянул.

– Подожди, я думал, ты будешь пытаться меня напугать.

– Так могло показаться, но нет. Мне нужно знать, когда ты почувствуешь пробежавшую искру.

– Я тебя даже не знаю.

– Это и не нужно. Я пытаюсь понять, как сделать так, чтобы получалась химия, когда на мне это. – Я указала на грим.

Его глаза забегали по моему лицу. Разглядывал ли меня так же Грант? Может, он пытался сконцентрироваться на единственном, что не затронула рука гримера: на моих глазах?

– Эй… – Я поняла, что забыла, как его зовут.

Он это тоже понял.

– Донаван.

– Точно. Прости. Донаван, смотри только мне в глаза, больше никуда.

– Окей. – Наши глаза встретились. Он, очевидно, испытывал только дискомфорт.

С этим нужно было что-то делать. Я перестала трогать его и начала крутить прядь волос, продолжая смотреть ему в глаза. В своих глазах я попыталась показать мягкость и ранимость. Накручивая волосы на палец, я услышала хруст, и пришлось сдержать вздох. В этом и была проблема – я слишком полагалась на тактильные ощущения, к которым я обычно обращаюсь в романтических сценах, а это как раз то, что не сработает в моем загримированном положении. Я медленно двигалась ближе к нему. Чувствовала запах мятной жвачки. Если она у него и была, он ее не жевал. Он сидел абсолютно неподвижно.

Я потянулась к его лежавшей на колене руке и медленно сплела свои пальцы с его. Кончики его пальцев были огрубевшие. Интересно, из-за какой работы они стали такими? Работа в саду? Или на стройке? Большим пальцем я рисовала круги на его ладони.

Он был расслаблен, вдавливаясь всем телом в диван, наклонялся ближе ко мне. Я тоже наклонялась, пока мы не соприкоснулись плечами. Мой взгляд бегал по его лицу. У него была чистая, загорелая кожа. Полные губы немного потрескались.

Он подпрыгнул, когда зазвонил таймер. Потянулся к телефону, и на его щеках появился румянец.

– Прекрасно, – сказала я, откидываясь назад. – Ты что-то почувствовал, так ведь?

– Да… конечно.

Я знала, что это правда. Иначе он бы не покраснел.

– А я что? Было впечатление, что я тоже что-то почувствовала?

– Да.

– Что ж, спасибо. – Завтра мне это пригодится. По крайней мере, должно. С Грантом я еще не пробовала манипуляции с руками, и надо было убедиться, что зрительный контакт нам тоже поможет.

– Это правда было?

– Было что?

– Ну, ты правда что-то почувствовала?

Почувствовала ли я? Я так сильно сосредоточилась на его ощущениях, что не заметила.

– Нет. Но это не имеет значения.

Донаван поднял со столика материалы и вручил их мне.

– Было интересно. Теперь вернемся к работе.

– Можно я сначала смою грим?

– Одни отговорки.

– Ладно. Уроки. Позадыхаюсь в этом гриме еще часик, подумаешь.

В дверь постучали и тут же ее распахнули, вошла Фейт, держа в руках какие-то розовые листы. Она была очень молода, около двадцати лет. Она всегда была в очках, а волосы были неизменно собраны в небрежный пучок.

– Небольшие исправления в завтрашних сценах.

– Серьезно? – Я взяла листы и пробежалась глазами по своим репликам. Они не сильно отличались, так что запомнить эти незначительные изменения не составит труда.

– Ной сказал, что завтра нужно сделать что-то с твоими ногтями, так что приходи пораньше.

– Ладно.

– Я могу для тебя что-то сделать? – спросила она, глядя на Донавана с таким выражением лица,